Ненужный принц

5. УИЛЬЯМ

Я делаю ход и принимаюсь рассеянно наблюдать за вьющей гнездо в каштановом дереве птичкой.

— Уилл, ты вообще следишь за игрой? — раздается возмущенный голос Эмили.

— Остынь, невестка. — Я потираю переносицу большим и указательным пальцами, не отрывая взгляда от пернатого папаши (или мамаши — мне-то откуда знать?). — Мне просто скучно.

И это чистая правда. Единственное, что сможет меня сейчас согреть, это фляжка с красным вином во внутреннем кармане куртки. Но я решил не пугать Эмили своими пагубными привычками, хотя моя решимость с каждой секундой тает, как оставленный на солнце кусочек масла.

Даже чертовой птице есть, чем заняться.

— Через десять минут мне надо ехать в ресторан, — продолжает сердиться невестка. — Сегодня зал арендовали для празднования помолвки, так что я не смогу больше тебя развлекать. Чем тебе не угодили шашки?

— Они скучные.

— Ты то же самое говорил про карты на прошлой неделе.

— Карты тоже скучные.

— Мне открыть для тебя казино при дворе?

Я делаю вид, что не замечаю сарказма в ее голосе.

— Можешь попробовать, но я сразу скажу тебе, чтобы ты не утруждалась. Игра на деньги — это тоже скучно.

Кажется, девчонка начинает терять терпение. Она такая молоденькая, но дерзости в ней на троих королев.

— Тогда, может, тебе стоит найти работу, Уильям де Виллер? Ну, знаешь, это такая штука, которой обычные люди занимаются, чтобы им не было скучно?

Может, она и права, но я ни за что не признаюсь в этом вслух.

— Чтобы быть как ты, невестка? Ни одной свободной минуточки в расписании? Я ведь не идиот. Я родился принцем не для того, чтобы обслуживать кого-то в ресторане.

— Хочешь сказать, здесь идиотка я?

М-да, над самообладанием бедняжке еще работать и работать.

— Что скажет Ричард, когда ты забеременеешь и с огромным пузом будешь торчать в кухне вместо того, чтобы поддерживать его на троне? — Я наконец перевожу взгляд на Эмили и отмечаю ее сильно раскрасневшееся лицо.

— А это, Уилл, не твоего ума дело.

— Моя жизнь — тоже. — Я посылаю ей ослепительную улыбку.

— А знаешь что? — Эмилия вскакивает со стула и одергивает блузку. — Мне пора. Счастливо тебе тут свариться со скуки.

И, как и появилась, невестка исчезает на тропинке, ведущей обратно во дворец. Я снова лениво оглядываю сад, заметив, что непонятная птичка уже прилично продвинулась в строительстве своего жилища.

Делаю глоток из серебряной фляжки и, почувствовав, как спасительная жидкость растекается по телу, наконец позволяю себе расслабиться.

Моя жизнь — дерьмо. Знаю, многие, в том числе моя невестка, думают, что я просто с жиру бешусь, но послушайте, у меня есть кое-какие аргументы. Младший сын Эдуарда и Беатрис де Виллер. Запасной вариант короля на случай, если с моим братом что-то случится.

Но никто никогда всерьез не задумывался о том, что по-настоящему подготовить меня к этой роли. На меня махнули рукой сразу после моего рождения.

И если за учебой и успехами Риччи тщательно следили, то мои оценки никогда никого не волновали. Наверное, единственный раз, когда отец вспомнил о моем существовании, был, когда брат уехал на семестр по учебе в Валленсию.

Я могу заниматься чем угодно, но ничем, что бы могло бросить тень на репутацию королевской семьи. Народ не простит мне то, что прощает Эмилии. Она же своя. У нее не было соответствующего воспитания, многому она только учится. Я же уже в четвертом классе наизусть знал наваррскую конституцию, и этого все равно было недостаточно.

Когда отец женился во второй раз и у меня появился сводный брат, я думал, что теперь статус неудачника перейдет к нему, но нет. Он же не принц и на трон не претендует, поэтому ему прощается абсолютно все.

Мне ничего не интересно и ничего не нужно. Каждый день похож на предыдущий. Еще эти постоянные головные боли, на которые врачи только разводят руками. Стресс, говорят они. Какой, на хрен, стресс у человека, которому не о чем беспокоиться?

Эмили развлекает меня время от времени из жалости. И это хуже всего. Ей просто жаль придурочного брата своего мужа. Иногда она ездит со мной в больницы, где я делаю вид, что мне есть дело до лежащих там пациентов. Или ходит на благотворительные вечера, когда Ричард не может. Или на скачки…

Но я-то прекрасно понимаю, что у нее просто слишком доброе сердце, которое я не заслужил.

Мне было относительно весело в тот недолгий период помолвки Ричарда и Эмили, когда оба делали вид, что не влюблены, хотя даже слепому ослу с расстояния в две мили было понятно обратное. Но теперь эти двое счастливо женаты, и я потерял к их истории всякий интерес.

Женщины и алкоголь — вот что помогает на миг забыться. Только этот миг быстро проходит, а реальность обухом бьет по голове.

Просто кайф, а не жизнь.

Единственное, что появляется в моих мыслях время от времени… Точнее, не что, а кто. Иногда там оказывается эта миленькая блондиночка в очках, которая по ужасной несправедливости работает журналисткой. Переспать с такой было бы нарушением табу, но нельзя не признать: она вызывает во мне большее любопытство, чем все девушки, с которыми я спал, вместе взятые.

Порой мне кажется, что я вижу ее. Знаю, вы скажете, это алкогольные глюки, но статус психа уже точно мне не повредит. Кажется, что вижу ее великолепные ножки, круглую попку, этот ее совершенно обворожительный носик…

Вот как сейчас. В моей фантазии она почему-то одета в голубой твидовый костюм с крупными золотыми пуговицами. Волосы, правда, почему-то снова другого цвета. Но уже не темные, а рыжие. Опять парик? Не похоже.

Я несколько раз моргаю и только тогда понимаю, что, кажется, передо мной вовсе не фантом, а самый настоящий человек из плоти и крови.

Рози появляется передо мной всего на мгновение, в просвете цветочной арки, а затем снова исчезает, когда кто-то зовет ее следовать дальше.

Ноги сами несут меня в глубь сада, хотя я понятия не имею, что сделаю или скажу, когда увижу ее.