Ненужный принц

14. РОЗИ

Если бы кто-нибудь еще неделю назад сказал мне, что у нас с принцем Уильямом будут общие секреты, я бы рассмеялась этому человеку в лицо. Но сейчас я неожиданно почувствовала, как мое отношение к нему медленно, но верно меняется вопреки моей собственной воли. Он не был моей семьей, но был ниточкой, связывающей меня с ней.

И все же мне не нравится, куда движется наше общение. Всю обратную дорогу, пока Уильям спит на соседнем сидении, я только и думаю о том, что, кажется, перешла границы. Все это время я вела себя с ним слишком фривольно, и пора это все прекращать.

Не знаю, на что он теперь рассчитывает, но нужно на всякий случай объяснить ему как можно доступнее, что ловить здесь нечего.

Припарковавшись, я выключаю двигатель и еще несколько мгновений смотрю на профиль младшего принца. Несмотря на острые скулы и густые брови, сейчас он выглядит таким юным, таким беззаботным. В расслабленном состоянии я не вижу на его лице морщин.

— Кхм-кхм, — наигранно кашляю я, намекая, что пора просыпаться.

— Рози… — сквозь сон стонет Уильям, и этот стон кажется мне ну уж совсем неприличным.

— Возьмите себя в руки, ваше высочество, — с показной вежливостью произношу я. — Пора возвращаться во дворец. У тебя наверняка еще куча дел.

Словно заметив в моем тоне некоторые перемены, Уильям разлепляет сначала один глаз, затем второй и подозрительно косится в мою сторону.

— Какая муха тебя укусила?

— Муха профессионализма, Уильям. Нам пора возвращаться к работе и своим жизням. Было весело, но у всего есть конец.

Кажется, мое мнение совсем не совпадает с его планами, потому что принц в ответ лишь криво ухмыляется. Ну вот, снова эти морщинки.

— Ты ведь не всерьез.

— Я только что пересмотрела свое поведение.

— Пока я спал?

— Да, пока ты спал.

— Больше не буду, — со всей серьезностью обещает принц. — Это плохо на тебя влияет.

Но, похоже, он все-таки не осознает до конца всю серьезность моих намерений.

— Ладно, поговорим потом.

— Нам не о чем разговаривать.

В машине внезапно становится очень душно.

— Солнце…

— Не зови меня так! И пора все это прекращать. Ты помог мне доехать до Нантанна, большое спасибо. Стоимость бензина можешь вычесть из жалования. И пожалуйста, не разболтай никому мой секрет. Иначе ты знаешь, что случится.

Я хватаю сумочку с заднего сиденья и вылетаю из салона. Мне нужны кислород и компания, которая поможет отвлечься.

Возможно, я только что совершила огромную ошибку, но сказанного уже не воротишь.

Мы возвращаемся в резиденцию аккурат после обеда, поэтому Флоренс я нахожу за работой, в ее теплице. Девушка так увлеклась своими розами, что не замечает моего присутствия.

— Не хотела тебе мешать…

— О, Рози, ты вернулась! — И флористка бросается мне на шею так, как будто мы сто лет не виделись.

— Скучала? — подначиваю ее я.

Флоренс смеется.

— Успела к тебе привыкнуть. В общей зале я уже поменяла композиции, поэтому тебе осталась вся работа на свежем воздухе.

— Лучше так, чем сидеть за компьютером в четырех стенах, — улыбаюсь я, ни капельки ни лукавя.

Постепенно меня отпускает дрожь, охватившая меня в машине.

Удивительно, как при этом быстро меня перестала манить прежняя жизнь, как будто ее никогда и не было. Элеонора и другие коллеги из редакции все реже всплывают в моих мыслях. Хотя мне надо бы почаще напоминать себе, что я здесь на задании, а не на отдыхе.

И все же впервые в жизни я думаю о правильности выбора профессии. В юности я была уверена: моя цель — показывать людям правду. Но было ли это моим искренним желанием или всего лишь ответной реакцией на произошедшую со мной несправедливость?

— Срезанные в тележке. — Флоренс мотает головой в сторону. — Как съездили?

— С каждым годом приют кажется все меньше, — с ноткой грусти говорю я. — Наверное, в один день я приеду, а он уменьшится до размера ореховой скорлупки.

Флористка вытирает со лба пот предплечьем, потому что руки у нее в садовых перчатках.

— А как принц? Хорошо себя вел?

— Сносно, — неопределенно отвечаю я.

Флоренс заговорщически улыбается.

— Мне кажется, ты ему нравишься, — шепчет она. — Давно не видела его таким оживленным.

— Ты хотела сказать, таким пьяным?

Девушка загадочно щелкает языком.

— Думаю, ты понимаешь, о чем я. Ты ему понравилась с самого начала. Раньше его высочество все время торчал в городе, а теперь наведывается сюда все чаще.

— Может, у него здесь дела.

— Ну да, очень красивые рыжие дела! — И Флоренс со смехом возвращается к грядке.

Я вспоминаю, как Уильям не один раз говорил о том, что мне больше идет мой натуральный цвет волос. И несмотря на то, что я с ним полностью согласна, мне принципиально хочется в следующий раз покраситься в еще более огненный.

Остаток дня я провожу у ваз, расставленных вдоль прогулочных дорожек и парадного входа. Какие-то цветы еще вполне могут простоять пару дней, поэтому там я лишь сменила воду. Какие-то заменила на заботливо выращенные Флоренс розы.

К счастью, Уильям догадался оставить меня в покое.

Когда работа сделана, а до ужина остается добрых минут сорок, я позволяю себе присесть на одну из скамеек и принимаюсь зарисовывать букеты в выданный миссис Рохас блокнот.

Надо сказать, я давно не рисовала просто так, без какого-либо повода, как любила делать в приюте. В обычные дни я больше думала о работе и предстоящем суде. Больше думала о будущем, чем находилась в моменте. Но сейчас у меня с собой даже телефона нет, чтобы поскроллить социальные сети. Впервые за много лет я понятия не имею, что Уильям де Виллер выложил на своей официальной страничке за последнюю неделю. И мне не нужно сдавать очередную статью о том, что он поел или куда поехал, чтобы все холостячки королевства припали к газетам по дороге на работу.

— У вас красиво получается, — раздается тихий голос с хрипотцой где-то слева от меня.