Необъявленный поход, или Человек из другой вселенной

Необъявленный поход, или Человек из другой вселенной

НЕОБЪЯВЛЕННЫЙ ПОХОД,

или

ЧЕЛОВЕК ИЗ ДРУГОЙ ВСЕЛЕННОЙ

Вечером Наде позвонил Олег. Как всегда, вечером – чтобы не дать ей времени на раздумья. Олег приглашал Надю в поход. Он всегда всех обзванивал, собирая группу, и его прозвали «отделом кадров». Олег на прозвище не обижался, гордился даже – такой почетной должностью. «Кадровый состав», конечно, соберется, а «чужие» вряд ли придут, - подумала Надя.

Поход предполагался не из легких, как, впрочем, все походы в группе Левашова. Руководитель походов выходного дня (в просторечии – ПВД) Костя Левашов любил «пойти куда подальше» – в лесную дремучую глушь, не ближе 11-й зоны от железнодорожного вокзала, и всегда выбирал труднопроходимые (Костя говорил – интересные) маршруты. Если дороги не было – Костя вел группу по азимуту. Если не было моста – переходили реку вброд. Если с самого утра шел дождь (варианты: ливень; мокрый снег), весь день шли в плащах или накрывшись полотнищем полиэтилена. (Зонты были бесполезны: их срывало ветром, выворачивая наизнанку, а в лесу – ломало сучьями и ветками). При этом заявленный в «Плане» километраж соблюдался с точностью до сантиметра.

Костины походы (один – два похода в месяц) печатались в Плане походов выходного дня Московского городского турклуба. Такие походы назывались «объявленными», и к группе мог присоединиться любой желающий. Вы спросите, кто же к нему ходил? – Желающих было достаточно. Костя «объявлялся» в «Плане» не потому, что хотел, а потому, что нельзя было – не «объявляться»! При этом Левашов исхитрялся и изворачивался так, что «чужих» в группе было немного. Хитрый Костя знал множество лазеек.

Взять, к примеру, время сбора группы. Сбор у Левашова назначался на 6.30 или 6.50, самое позднее 7.10 (Наде, чтобы успеть, приходилось вставать в пять утра). Как всем известно, на вокзал туристам рекомендуется приходить за 15 минут до указанного в «Плане» времени. Также известно, что все приходят обычно минут за 7. Но напрасно туристы обводили глазами привокзальную площадь: группа давно сидела в электричке (и поскольку туристы, как правило, собираются в четвертом вагоне, группа пряталась от них – в третьем…).

Левашов уйти не мог: как руководитель ПВД, он должен был встречать туристов в кассовом зале. Костя стоял, подпирая стену, и смотрел на туристов отсутствующим взглядом, словно хотел сказать: «Какой из меня руководитель ПВД, сами видите – я обыкновенный дачник!». «Скажите, а группа Левашова… Вы с Левашовым идете? А сам он где?» - спрашивали у Кости. «Я – Левашов. А группа уже в поезде, в третий вагон идите» - со вздохом признавался «припертый к стенке» Костя...

«Ох, и пронырливый народ! – говорил о новеньких Левашов. – И не лень им в пять утра вставать? Неужели спать не хочется? Походов в «Плане» много, другие группы в девять утра собираются, и даже в одиннадцать. Ну и спали бы на здоровье! Бессонница у них, что ли...»

Впрочем, новичков в группе встречали дружелюбно, и они нередко становились «своими» (если, конечно, проходили маршрут до конца и отваживались прийти к Левашову во второй раз). Но бывали дни, когда «чужих» приходило слишком много. Обычно это случалось летом. Маршруты Левашова – с реками, запрудами и озерами – заманивали многих, ведь всем известно: сколько на маршруте «воды», столько будет – купаний!

Окинув взглядом непомерно разросшуюся группу («Мать твою, Куликово поле! Своих не найдешь…»), Костя морщил лоб, соображая… Часа через два, проходя мимо населенного пункта, с обязательным шоссе и автобусной остановкой на нем (с обязательным же отсутствием расписания автобусов), Костя резко сворачивал в лес, предупреждая группу разбойничьим свистом. Следующий час шли (хотя глагол «идти» здесь не вполне уместен) по азимуту – то есть ломились напропалую через лес, с непременным мордохлестом по лицу упругими ветками (только успевай зажмуриваться!), с непременным же лесным буреломом и оврагами, обходить которые никто не собирался – овраг брали, что называется, штурмом. При этом умудрялись держать темп. У Кости это называлось – «обрубить собаке хвост». Кандидат математических наук, Костя рассчитывал предельно точно: группа пройдет, им – не в первый раз, выдержат! А «пришельцы» отстанут.

Новички к этому времени порядочно уставали от левашовского «неслабого» темпа и плелись позади. Вслед за группой они сворачивали с проселочной дороги – широкой, ровной, хорошо утоптанной – в лес, думая, что объявлен долгожданный отдых, и можно будет перевести дух. Но Костя и не думал останавливаться! Он задавал такой темп, словно за ним гнались волки или дикие кабаны. Впрочем, кабаны бы его точно не догнали, куда им! Вымотались бы за первые 10 минут – в хвост и в гриву… Группа бежала вприпрыжку, жадно глотая воздух и поминая Костю «незлым тихим (не дай бог – услышит) словом». Исцарапавшись в кровь и на все лады проклиная Левашова со товарищи, новички поворачивали назад, к поселку.

 – Ничего… Выйдут на шоссе, там автобус... В автобусе отдохнут» - говорил Левашов.

- Костя, автобус-то здесь редко ходит, раза три в день… или четыре.

- А сегодня суббота, значит четыре, – оптимистично заявлял Костя. – Доедут! А могут пешком по шоссе, для здоровья полезней! Я их с маршрута не снимал, сами ушли! Ну, значит, так... Группа! Слушай мою команду! Отдыхаем 10 минут! – и, блаженно кряхтя, стягивал с плеч рюкзак.



Ирина Верехтина

Отредактировано: 18.12.2015

Добавить в библиотеку


Пожаловаться