Необычное приключение

Глава 6

***

Всю дорогу я размышлял о возможном путешествии. Это уже серьёзная экспедиция, а не простая прогулка. Самолёты летают только из столиц, а значит надо сначала доехать в Москву или Питер, и только потом сесть на рейс. А в самой Доминикане нам будут нужны проводники, машина и ночлег.

Друг встретил меня в невзрачном виде, хотя последний год это было его обычное состояние. Деньги, которые он получил за продажу монет, были благополучно пропиты, и прогуляны в разных общественных заведениях. Не знаю, осталось ли там что-то или нет, но мама была явно не в восторге от его просьб купить ему сигарет или дать на дорогу до очередной женщины. Сейчас она была на работе, служила какой-то шишкой в инкассации, даже с личным водителем.

— Привет, брат, проходи, садись, чай будешь?

— Привет, вот как ты можешь так жить? Не надоело?

— Ой, не начинай, отлично живу, меня всё устраивает. Тебе с сахаром или без?

— Две ложки.

— Ладно, выкладывай, что там у тебя.

Я положил перед ним карту, он уселся поудобнее в кресло, закурил и стал внимательно её рассматривать.

— Ну и что это такое? Обычная карта.

— Ты издеваешься надо мной? Видишь остров внизу? Там крестик, и пометки на испанском.

— Ну.

— Баранки гну, - я кинул ему бумажку с переводом, он внимательно всё прочитал, задумался на чем-то, а потом заулыбался.

— То есть выходит там клад, какой?

— Я тебе что, экстрасенс? Надо выкопать, да узнать. А по спутниковым картам это лес в Доминиканской республике. Серьёзная глушь, кстати, туда так просто не доедешь.

Он посмотрел на меня очень внимательно, глаза его горели жадным огнём.

— Но сколько там может быть сокровищ, явно не один маленький сундук.

— Вот именно! Надо скорее снаряжать экспедицию, лететь туда и найти всё, что там спрятано. По законам этой страны, нельзя искать в государственных землях и на частной территории, но тут тропический лес, а значит всё в порядке. Правда, придётся отдать часть сокровищ государству.

— Отдать? Ты шутишь? Ничего я никому не отдам!

— А как ты вывезешь из страны всё это? Неужели ты думаешь, что пройдёшь паспортный контроль и сядешь в самолёт, имея в чемодане кучу сокровищ?

— Да, это проблема. А ты что предлагаешь?

— Мы прилетим туда, найдём клад, и договоримся с властями, да, часть придётся отдать, зато всё остальное останется нам.

— Откуда в захудалой деревне эта карта, как ты думаешь?

— Я тоже думал об этом, видимо купец приобрёл этот старый сундук у кого-то из мореплавателей, они и спрятали туда эту карту.

Внезапно в дверь громко постучали. Зазвонил звонок, и кто-то очень настойчиво постучал опять.

Паша вжался в кресло, и приставил палец ко рту.

— Тихо. Нельзя открывать.

— Кто это?

— Разве ты не знаешь? Коллекторы.

— Паша, ну ё моё, сколько можно то играть в детство.

— Детство? Какое детство? Это семьдесят пять тысяч кредита, причём наличными.

— Как тебе безработному дали кредит?

— А я соврал, что работаю, мне и дали. А теперь ходят вот тут, ещё стены исписали.

— Стены?

— Ты разве не видел, когда заходил? Гудайтис долг.

— Ах, ну, видимо не заметил.

Мы подождали, пока они уйдут, и вышли погулять, другу был явно необходим свежий воздух.

Через пару переулков стояла церковь, мы шли мимо, как вдруг Паша остановился и принялся истово крестится.

— Что ты делаешь?

— А разве не видно? Осеняю себя крестным знамением божьим.

— Мм, да ты у нас в религию ударился, ну-ну, - я внимательно осмотрел храм и добавил, - А почему вокруг храма висят камеры, разве Бог не всё видит?

Он посмотрел на меня грозным взглядом.

— Богохульствуй, сволочь, за это тебе припомнят на страшном суде.

— Правда? А прелюбодеяние, которым ты постоянно грешишь, никому не припомнят?

Друг сразу замялся.

— «Mea culpa*».

— Я вот что подумал, нам нужны загранпаспорта, и с долгами тебя за границу не выпустят.

— Значит надо найти эти деньги, и сделать документы.

— Ищи и делай, давай. Попроси у матери.

— Ха, смешной, да она мне ни копейки не даст.

— Ладно, думай, а я пока сделаю себе загранпаспорт.

Мы пожали друг другу руки и распрощались.

***
*Mea culpa, - моя вина (лат.).

Пасмурным летним утром из института археологии Российской академии наук вышел человек лет сорока пяти. Невысокого роста и среднего телосложения, с короткими ногами. Смуглая кожа выдавала в нём иностранца. Одет в светлый строгий костюм, в руке кожаный портфель. Лысеющая голова его была прикрыта шляпой, скрывающей остатки некогда густых чёрных волос, очки и чёрные усы создавали образ человека учёного, а высокий лоб говорил о высоком интеллекте.

Быстрым шагом он засеменил к проезжей части, у дороги его ожидала такси. Порыв ветра как будто нарочно пытался сдуть с него его головной убор, он придерживал его руками, и сел в машину.

— В аэропорт, - сказал он водителю на ломаном русском.

Машина остановилась у одного из терминалов. Как всегда, в этом месте было многолюдно. Начинался сезон отпусков и люди спешили покинуть душный город с плавящимся асфальтом, и уехать поближе к морю.

Мужчина поставил вещи на ленту, и посмотрел на часы. Вылет через час, можно успеть пройти контроль и даже выпить чашечку кофе.

Строгая женщина контролёр жестом руки остановила его.

— Что в портфеле?

— Ах, это, не беспокойтесь, у меня есть все необходимые документы.

Он вытащил из кармана пару листов формата а4, свой паспорт и билет, и передал женщине. Она изучила бумаги, открыла паспорт, лицо её смягчилось.

— Удачи, Вильям Терни.

Мужчина получил свои документы, взял портфель и пошёл в кафе.

Блестящий самолёт, с яркой зелёной эмблемой на борту, уже ожидал у трапа.

***

— Вот скажи мне, где ты успел так напиться?