Необыкновенные приключения флорентийки в Париже

Глава пятнадцатая, в которой говорится преимущественно о зверях

Излишне говорить, что после этого богатого на события дня, Гренгуар стал частым гостем в нашем особняке. Нищий стихотворец счёл наше знакомство подарком Небес, которые сторицей вознаградили его за все мытарства. Разумеется, далеко не каждому бедняку хотя бы раз в жизни выпадает подобный шанс. Теперь Пьер мог сытно питаться, да ещё Маргарита каждый раз вручала ему целый узелок лакомств, как она говорила, на дорогу. Гренгуар даже начал сочинять соти, решив, что лучше угождать низменным вкусам публики. Поболтать этот рифмоплёт любил, а уж покрасоваться тем более. Он гордился своим умом, талантом, образованностью и осведомлённостью во многих вещах. На мой пристрастный взгляд, знания у Гренгуара были самые, что ни на есть поверхностные. Есть такие люди, которые всю жизнь разрываются, кидаются из одной крайности в другую, увлекаются очень многими вещами, а потом резко охладевают к былым интересам. Они мнят себя особенными, но на деле являются полными заурядностями. Пьер умел только, как попугай, повторять чужие умные мысли и демонстрировать весьма высокий кругозор. В общем-то, если подумать, у Клода был свой личный попугай. Но одно время они с Пьером являлись настоящими друзьями. С точки зрения архидьякона, степенный, серьёзный и жаждущий познаний Пьер выгодно отличался от шебутного, буйного, не желающего учиться Жеана.

Но постепенно Клод понял, что Пьер является довольно пустым человеком. Он так и не сумел определиться со своим жизненным призванием. Разумеется, у каждого человека имеется собственная голова на плечах. Далеко не любой человек волен выбирать спутника жизни, профессию и даже друзей. Зачастую за нас всё решают родители. Но родители Пьера погибли, когда ему едва исполнилось шесть лет. Поэтому он был свободен, как ветер. Жить одному опасно, но отсутствие близких имеет и свои преимущества. Вот, к примеру, Клода готовили с раннего детства к карьере церковника. После смерти родителей он мог бы сойти с выбранной стези. Но тут сыграла роль любовь к Жеану. А теперь старший брат ненавидит младшего так же страстно, как когда-то любил. Страшно и грустно. И всё же я не потеряла надежду помирить этих таких разных братьев.

Гренгуар же, как это ни парадоксально звучит, всю жизнь находился в поисках профессии. Он один, а всевозможных дорожек да путей слишком много. Можно и запутаться. Как тут не вспомнить пресловутого Буриданова осла. Только у Гренгуара в жизни было побольше соблазнов. Сначала он хотел пойти в солдаты, но, как вы понимаете, это поприще для смелых. Потом решил стать монахом, но и это его не увлекло. Затем ему пришла фантазия сделаться школьным учителем. Как по мне, эта идея довольно разумная. Ведь после Клод обучил его грамоте, латыни и прочим книжным премудростям. У Пьера был хотя бы кусок хлеба и крыша над головой. Но думаю, что любая работа, как бы хороша она ни была, рано или поздно наскучила бы переменчивому поэту. Если подумать, то это качество свойственно многим людям. Мы боимся перемен, но изнываем от однообразия. Жизнь должна быть стремительным потоком или тихой речушкой, а не унылым болотцем, поросшим вредоносными травами или напротив бурным морем. Сам Гренгуар говорил, что во всём предпочитает золотую середину. Думаю, что он не лукавил. Ведь творческие люди такие противоречивые и довольно ленивые натуры. Теперь с высоты прожитых лет я могу понять натуру поэта, тогда же он внушал мне лишь презрение.

Как только Эсмеральда терпела такого муженька-нахлебника, уму непостижимо. Он же был ни на что не годен, кроме болтовни. Как говорят у нас во Флоренции про таких людей, много слов и мало дела. Если бы Пьер был аристократом или сыном богатых родителей, тогда бы его поиски себя можно было бы понять. Но подобные метания у почти нищего человека выглядели смешно.

Но были у Пьера и положительные качества. Он не опускал руки, никогда не унывал, а если и жаловался на жизнь, то делал это так забавно, что вызывал улыбку на моих устах. Вообще я ценю сильных личностей, которые борются с жизненными невзгодами, как отважный пловец с могучим течением. Нытиков же не терплю. Евангелие наставляет нас смиряться, а античные философы учат людей не сдаваться до конца. Да, нередко рок оказывается сильнее героев, но они хотя бы жили и противостояли неумолимой судьбе, а не шли на заклание, точно смиренная скотина.

Пьер, как и я, не отличался особой набожностью, и ценил античных философов, поэтов и драматургов. Думаю, что тут сказалось влияние его учителя. Как я уже говорила, Клод осуждал еретические воззрения только на словах, а сам увлекался трудами Гомера, Платона, Аристотеля, Овидия, Эсхила и Софокла.

В общем, благодаря дружбе с Маргаритой Пьер воспрянул духом и вернулся к поэзии и драматургии. Планов у него было больше, чем блох на бездомном коте. Он не мог сосредоточиться на чём-то одном и жаждал одновременно написать мистерию, стихи, трагедию и фарс. Задача довольно непосильная. К архитектуре Гренгуар резко охладел. Пьер шутил, что раньше у него была чернокудрая жена и белая козочка, а теперь у него целых две музы — белокурая красавица и чёрная коза. Да, страсть Пьера к козам была неистребима. Хотя в своём сердце он хранил верность беленькой и умненькой Джали, я не стала оповещать Пьера о местонахождении его былой привязанности. С тем же успехом, я бы могла выйти на Соборную площадь и крикнуть, где обитают молодые супруги Фролло. Язык Гренгуара по своей длине значительно превосходил его литературный талант.

Спустя некоторое время я осторожно расспросила этого неугомонного говоруна о том, что он говорил или не говорил Клоду. У поэта не было причин таиться, и он подтвердил мои опасения. Он рассказал своему другу и учителю решительно всё. Простодушным Пьер не был, просто любил, когда его слушают. К тому же, он боялся бывшего учителя. Это как раз можно было понять.

Мне Гренгуар без утайки поведал про то, как они с Клодом занимались алхимией. Удивительное простодушие! Хотя Гренгуара можно назвать кем угодно, но не идиотом. Похоже, что язык существовал отдельно от своего обладателя. Маргарита напоминала легендарную ледяную деву, отогретую сладостным мёдом поэзии. В итоге я пришла к выводу, что и Пьер может на что-то сгодиться.