Neoрусские сказки

Ткаченко Елена. «Колобок» (фэнтези версия)

Предисловие

На одной из опушек темного леса стояла высокая башня, возведенная еще в прошлую эпоху. Таких башен по всему миру было не много, и люди то и дело с недоверием косились на возвышающийся над кронами деревьев острый шпиль, которым была увенчана крыша строения.

Им было страшно даже думать, какие черные дела творятся в застенках башни, но пока ее обитатели не чинили  зла жителям окрестных селений, те не спешили хвататься за горящие факелы.

Тем временем в самой башне магистр темных магических искусств первой степени Тэндриен, склонившись над кипящим котлом, бормотал свое заклинание. Рядом мельтешил его ученик, подавая мастеру необходимые компоненты. На столе перед магистром лежала открытая книга,  страницы которой были исписаны мелким рукописным текстом, чередующимся с пентаграммами и кривоватыми рисунками.

Мастер Тэндриен, то и дело, сверяясь с записями, выкрикивал название нужного ему компонента, причем делал это так громко, словно его ученик был глухим, или же находился в другой комнате. В свою очередь, молодой эльф Дейвиэль опустошал полки стеллажей, уставленных различными банками, колбочками, кувшинами и маленькими флакончиками, в которых хранились ингредиенты, от жидкостей и порошков, до более крупных органических составляющих некогда живущих или растущих объектов.

— Крыло летучей мыши — произнес маг, и тут же рядом с ним оказался ученик с нужным компонентом.  — Корень полыни, перо из хвоста грифона, слеза феникса — все перечисленные компоненты юноша подносил с необычайной скоростью, потому как любое промедление могло вызвать нежелательную реакцию в котелке. Окуни, скажем, хвост гремучей змеи в зелье проницательности позже положенного, как  варево запенится и покинет котелок.

А маг тем временем произнес название последнего ингредиента, и ученик, схватив с полки маленький кувшинчик, протянул его наставнику. Маг зачерпнул горсть порошка, и бросил в котелок. Ничего не произошло. Зелье не поменяло цвет, как было написано в книге, а осталось таким же бледно зеленоватым. Мастер Тэндриен долго смотрел на полупрозрачную жидкость, и, не дождавшись никаких изменений, перевел взгляд на маленький глиняный кувшинчик, на поверхности которого было написано «Мука».

— Я тебе, что сказал принести?! — заорал учитель на поежившегося от резкого звука эльфа. 

— П-порошок забвения — заикаясь от страха, ответил юноша, еще сильнее втянув голову в плечи.

— И с каких это пор порошок забвения делают из меленого зерна?

Тут и ученик увидел, что на кувшине вместо рунного обозначения, была выведена надпись на всеобщем языке: «Мука».

Зелье было безнадежно испорчено, и магу ничего не оставалось, кроме как смириться с таким исходом.

На землю спустилась ночь. Лунный свет осветил опушку, вместе со стоявшей на ней башней, отчего строение стало выглядеть еще более зловеще, нежели в лучах солнца. Черные камни, из которых были выложены стены, казалось, оживали от прикосновения холодного ветра, уныло гудящего меж деревьев, и в унисон ему, из лесных глубин донесся протяжный волчий вой.

В лаборатории магистра было темно. Уходя, маг и ученик затушили все свечи, и плотно задвинули шторы, чтобы даже луна не могла подсмотреть тайны рождения магии. Единственным источником света в комнате было бледно зеленое зелье, оставленное стыть в котелке. По краям емкости образовалась еле заметная пенка, которая быстро распространялась к середине, и вот уже жидкость забурлила, как кипяток, и полилась прочь из котелка. Когда зелье почти полностью вылилось, на дне остался маленький круглый объект цвета свежего пшеничного хлеба. Так родилось  новое волшебное существо, в дальнейшем на совете высших магов получившее название «Колобок».

Волшебное существо, несмотря на то, что не имело конечностей, весьма ловко покинуло пространство котелка, и покатилось по каменному полу в направлении окна. Тяжелые шторы, преграждающие ему путь, растворились в воздухе, исчезло и стекло, вместе с оконной рамой. В комнату с диким ревом ворвался холодный ветер, сдувая со стола свитки с заклинаниями и сухие травы. Легкие листья закружили по комнате подобно стайке маленьких бабочек, зашелестели страницы открытой книги, и резко развернулось перо в чернильнице, как будто из любопытства, намереваясь узреть учиненный бесплотным гостем беспорядок.

Тем временем, Колобок, все тем же не известным никому, кроме него, способом, запрыгнул на подоконник, немного помедлил, глядя неведомо откуда взявшимися глазами на открывшийся ему вид, после чего спрыгнул вниз. Спускался он плавно, словно был не тяжелее мыльного пузыря, и спустя какое-то время, достиг земли. По земле он передвигался, на удивление, быстро, и уже скоро, скрылся в густом лесу. 

Основная часть

Долго Колобок бродил по лесу, пугая своим появлением зверей и птиц, и вот, наконец-то вывела его узкая тропа к маленькой деревушке, на краю которой стояла изба. Жили в ней Дед и Бабка — люди добрые и щедрые. Испечет бабка пирожков, как тут же собиралась у порога толпа детишек, и никого из них она без вкусной выпечки не оставит. Детей-то своих у них не было, вот и привечали чужих, какая-никакая, а отрада. 

А вечера проходили у них за беседой, дед любил помечтать, а бабка слушала его сказки, да кивала: «Да, вот бы и вправду так было». Этим вечером, дед рассказывал услышанную от купца историю, якобы где-то есть страна, в которой чудеса творятся. И там оживают каменные изваяния, будь то воин или молоденькая девушка.

— Вот бы и нам высечь из камня дитя, да так чтоб он ожил, и был нам сыном или дочерью, да только где же такой камень взять, не простой он, наверное, а волшебный, разве что от той страшной башни отколоть.