(не)ошибка

Глава 30

2 недели спустя

— Яр, что будешь на завтрак? — кричу ему из кухни, роясь в холодильнике в поиске любимого киви.

— Что угодно. Лишь бы ты это приготовила, — он неожиданно обнимает меня сзади со спины, прислоняясь горячим торсом.

— Боже, ты как всегда, — не могу не улыбнуться я. — Блин, скажи, ты киви не видел? — продолжаю двигать все продукты, но их так и не вижу.

— Ты так пристрастилась к ним, Оль, — констатирует факт. — Вон, бананы лежат. Чем тебе не то?

— Да не хочу я их, — мда, походу, киви правда нет. — Ладно. Возьму лимон тогда, — хватаю его и иду к раковине. Вместе с прицепившимся сзади Яром. К такому я уже тоже привыкла.

Я почти сразу переехала к нему. Мы вместе приняли такое решение, потому что мои постоянные уходы из дома стали настораживать родителей.

— Ты опять к Але? — в который раз за неделю спросила мама, недоверчиво смотря на меня, пока я завязываю шнурки.

— Ага. Вернусь вечером, — целую ее в щеку.

— Дочь, вы слишком часто гулять стали, — протянула она, подозрительно разглядывая мое лицо. — У Алины какие-то проблемы? — мама беспокойно сдирала лак с ногтей.

Аля для нее не только моя подруга, не только хороший человек, но и будто второй ребенок, поэтому она также часто переживает и за нее.

— Мам, ну ты чего? Все у нее хорошо. Просто пока отпуск, хочется успеть нагуляться. Давай. Я пошла. Люблю тебя, — обняла ее, вышла и, закрыв входную дверь, выдохнула.

Пока шла по двору, позвонила подруге.

— Привет, Аль. Ты не могла бы…

— Опять? — сразу поняла меня она. — Оль, я, конечно, не против тебе помочь и в этот раз, но что будет, если Надежда Сергеевна захочет проверить твои слова? Что, если она однажды придет ко мне домой и увидит, что я сижу здесь одна? — встревоженно рассуждала она.

— Алин, прости, пожалуйста, что втянула тебя во все это…

— Дело не в этом, ты же понимаешь. Я в любом случае поддержу тебя. Просто нужно что-то менять. Мне очень стыдно врать твоей маме…

— Мне тоже, Аль… Прости меня, пожалуйста. Я придумаю что-нибудь, — уверенно произнесла я, внушая то ли ей, то ли себе, что я действительно смогу что-то изменить в этой ситуации. В трубке повисло молчание.

— Как у тебя дела? — спустя какое-то время раздумываний спрашивает она.

— Ты знаешь, Аль… Я никогда еще не чувствовала себя такой счастливой… Мне так хорошо с ним, что я просто не знаю, что буду делать, если… вдруг… все это… — к горлу медленно подступал ком.

— Оля, не паникуй раньше времени. Все будет хорошо. Просто делай то, что велит сердце, помнишь? — успокаивающе проговорила подруга.

— Помню.

— Ну вот и все. Беги давай. А мне тут нужно убраться в доме, а то отпуск уже к концу подходит, а я все еще в хламе сижу, — усмехнулась она.

— Пока, — я тоже улыбнулась. Аля всегда умела поднять настроение и утешить.

Когда я завернула на другую улицу, меня резко схватили за руку.

Задержав дыхание, быстро развернулась и выдохнула. Яр!

— Ай, ты напугал меня! — ударила его по руке.

— Прости. Я совсем забыл, что ты Ежонок, — по-доброму засмеялся он.

— Вот гаденыш, — пробурчала под нос. — Что ты здесь делаешь?

— Как что? — не понял Яр. — За своей любимой пришел, — обольстительно улыбнулся и чмокнул меня в губы.

— Но ты же говорил, что занят сегодня? — сощурилась я.

Я поэтому и хотела приехать к нему на работу, еду для него собрала…

— Я хотел сделать сюрприз, — Боже, как маленький ребенок… Но почему мне это так нравится?

— У тебя получилось, — не смогла сдержать улыбку. Вот же проказник! — Пойдем?

— Я оставил машину на следующей улице.

— Да ты просто шпион какой-то, — засмеялась я, взяв его за руку.

— Ради тебя я кем угодно могу стать, — он сжал мою ладонь в своей, тепло заглянув в глаза.

— Нет, не нужно, — замахала руками. — Я люблю тебя таким, какой ты есть изначально. Меняться не нужно.

— Ты правда так думаешь? — он остановился, впившись в меня таким влюбленным взглядом…

Легкая улыбка расцвела на моих губах. Кивнула.

После этого Яр подлетел ко мне и, схватившись руками за лицо, страстно прильнул к губам.

Не знаю, сколько мы так стояли посреди улицы, но в тот момент, когда я уже начала задыхаться, он осторожно отпустил мои губы. А потом взял за руку, и мы продолжили идти.

— Мне кажется, мама заподозрила что-то, — серьезно произнесла я, нахмурив брови.

— Почему ты так решила? — спокойно спросил он.

— Не знаю… — я задумалась, вспоминая наш сегодняшний разговор. — Она спросила меня о том, зачем я иду к Алине, хотя я даже не успела ей это сказать. Потом расспрашивала, почему я так часто к ней хожу…

— Я понял, — внезапно сказал Яр. — Тогда… Переезжай ко мне.

— Что? — моя челюсть упала на пол. — Переезжай ко мне, — невозмутимо повторил он, повернувшись ко мне. — Родителям скажем, что ты снова сняла квартиру, только теперь будешь жить там одна, — он напрягся, вспомнив про Диму.

— Ты серьезно? — я уставилась на него в недоумении.

— Да, Оля. Я абсолютно серьезен.

— Подожди… А как же твоя мама?

Валентина Геннадьевна все еще в больнице. Но у нее наблюдаются значительные улучшения, поэтому через несколько недель ее уже должны выписать.

— Давай не будем забегать вперед, хорошо? — он погладил меня по плечу. — Когда мама выздоровеет, мы обязательно что-нибудь придумаем. Возможно, уже и будем готовы все рассказать.

— Думаешь? — а ведь он прав. Мы не можем скрываться вечно. Настанет тот день, когда правда вскроется. Уж лучше мы сами обо всем расскажем. — Тогда хорошо. И… когда я могу переехать?

— Чем быстрее — тем лучше. Я слишком скучаю, чтобы ждать, — облизнулся Яр.

Вот ненасытный…

Я вернулась в настоящее время.

— Чего это тебя на кисленькое потянуло? — приблизился к моему лицу Ярик. — Сладкая жизнь надоела что ли, м? — поиграл бровями.