Неожиданный дар для дракона

Глава 18

Я резко отстранилась от Шовского, чувствуя, как неловкость сковывает тело, и быстро отошла подальше. Мне категорически не понравилось то, что только что произошло, и это странное влечение к этому мужчине.

А покалывание в татуировке, о которой я уже успела позабыть, вызывало тревогу. До зуда в пальцах хотелось закатать рукав и посмотреть, что творится с этой проклятой татуировкой, но я боялась. Всё ещё было неизвестно, что это за метка и чем грозит её активация.

— Мадам Кубуб, — позвал меня Тервин.

— Зовите меня просто Сера, — попросила я, морщась от звуков фальшивого имени.

— Как скажете, — безразлично пожал он плечами, дожидаясь, когда я подойду ближе. Когда я оказалась рядом, он понизил голос до почти неслышного шёпота. — Сера, скажите, мне показалось или от вас фонит драконьей магией?

Сердце у меня замерло, а ладони мгновенно вспотели. Он почувствовал это?

— Я не понимаю, о чём вы, — ответила как можно спокойнее, надеясь, что голос не выдаст внутренней паники.

— Меня касается только ваша безопасность. Остальное не имеет значения, — пристально глядя мне в глаза, сказал он. — Поэтому спрошу ещё раз, мне показалось или нет?

— Нет, — резко ответила я, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

Он не стал больше ничего говорить. Вместо этого взял мою руку в свою прохладную ладонь. Я опустила взгляд и увидела нечто невероятное, по моей коже заструилась тонкая чёрная дымка, поднимаясь от запястья к плечу. Когда этот странный туман дошёл до татуировки, надоедливый зуд и покалывание наконец прекратились.

— Раз в два дня я буду обновлять защиту, — тихо сказал Тервин, отпуская мою руку. — Иначе её могут почувствовать.

— Скажите, Тервин… — я сделала паузу, оглядевшись. Все были заняты своими делами, только Шовский на мгновение задержал на нас взгляд, но почти сразу же потерял интерес и куда-то удалился. — Я могу рассчитывать на вашу помощь?

— Конечно, — ответил он просто, без колебаний.

Решившись, я взяла его за рукав и потянула в сторону, за густые кусты, скрывавшие нас от посторонних глаз.

Расшнуровала платье — благо шнуровка корсета была спереди — и приспустила рукав, обнажив чёрный узор на коже. Тервин склонился ближе. В слабом свете луны были видны лишь очертания чёрного узора, но я надеялась, что этого хватит, чтобы наёмник смог понять природу этого рисунка. Он внимательно изучил рисунок, почти не дыша.

— Брачная Вязь, — наконец произнёс Тераин, и его голос прозвучал как приговор. Он дёрнул ткань моего рукава вверх, скрывая кожу. — драконья.

Мда. Вот хотела узнать — узнала. Но легче от этого не стало. Наоборот, меня тут же посетило острое желание найти что-нибудь крепкоалкогольное и выпить залпом. Ну, и собственно, матерные выражения вырвались сами собой. Успокаивало лишь то, что материлась я на могучем русском, и Тервин вряд ли что-то понял. Хотя по его взгляду было ясно — он догадался о сути.

— Что с этим можно сделать? — почему-то шёпотом спросила я его, чувствуя себя совершенно потерянной.

— Ничего, — так же тихо ответил он. — Даже моя магия сможет скрывать её лишь ненадолго. Интересно другое… — он посмотрел на меня с нескрываемым любопытством. — Почему Ваш жених не рядом с Вами? Учитывая, что чистокровные драконы, если ставят Брачную Вязь избраннице, то уже не отпускают. Никогда.

Вот что я должна была ему ответить? Что я его сиятельство князя какого-то там, отхлестала мокрым полотенцем и сбежала? Нет, конечно. Но мне и самой стало интересно, зачем он мне этот рисунок поставил? Особенно если учесть, что в тот момент я выглядела на свои пятьдесят, а не на двадцать.

Мысли о том, почему он до сих пор меня не нашёл, у меня, конечно, были — чёрный вивиарн хорошо скрывал мою ауру. Но на все мучавшие меня вопросы ответы мог дать лишь один человек, вернее дракон — сам князь. А обращаться к нему за ними я желанием совсем не горела.

Казалось, я только закрыла глаза, как уже объявили подъём. И снова — бешеная, изматывающая скачка. У меня было стойкое ощущение, что если я и доеду до нужного места, то только благодаря чистейшему упрямству. Силы закончились ещё вчера, сейчас я держалась на одном лишь адреналине и страхе за детей.

Единственное, что хоть как-то радовало — мы двигались в верном направлении. Деревянный медальон в моей руке ни разу не остыл, лишь становился всё горячее, почти обжигая ладонь. Мы не останавливались даже для полноценной еды — всё на ходу, сухой паёк и глоток воды из фляги.

— Взять в круг! — тихо, но чётко скомандовал Тервин своим подчинённым.

Меня мгновенно окружили со всех сторон. Сзади пристроилась массивная Ырсана, её голова поворачивалась из стороны в сторону, а глаза хмуро сканировали местность, в которую мы въехали.

Я не сразу поняла причину всеобщей настороженности, пока ко мне не подъехал Шовский.

— Мы въехали в предместье эльфийских земель, — тихо прошептал он, и его голос звучал напряжённо. — Держитесь рядом со мной.

Я напрягла зрение, пытаясь разглядеть отличие от уже виденных мною пейзажей. Всё так же росли деревья, пели птицы, в воздухе витал сладкий аромат цветов. Казалось, сама природа дышала благоденствием и покоем. Но свои мысли по этому поводу я решила оставить при себе — всё же опытным воинам виднее, когда стоит насторожиться.

Спустя несколько часов медальон в моей руке раскалился докрасна, боль стала почти невыносимой.

— Горит! — прошипела я, обращаясь к Тервину. — Сильно горит!

— Я услышал, — кивнул он, не поворачивая головы, и поднял руку, подавая знак. — Спешиваемся!

Все мгновенно последовали приказу. Тервин привязал всех лошадей к своей, что-то тихо прошептав на ухо своему скакуну. Животные замерли, словно вкопанные.

— Дальше — пешком. Аверия, укрой наше присутствие.

Фея коротко кивнула, расправила свои великолепные белые крылья, и от них пошли едва заметные золотистые искры. Они обволокли нашу группу лёгкой, мерцающей дымкой, скрывая от посторонних глаз и, видимо, приглушая звуки.