Неожиданный дар для дракона

Глава 27

Дариен Хейзерский

— Участвовать в этой войне? — Восточный князь фыркнул, и из его ноздрей вырвалось облачко дыма. — Зачем? Меня это не касается.

Внутри меня закипела ярость, но я сдержал её, лишь сжал зубы. Этот непробиваемый вояка всегда был слишком самоуверен.
— Она касается всех, Веран, — прорычал я, заставляя каждое слово звучать весомо. — Неужели ты настолько ослеп, что не видишь? Если они осмелились напасть на мой замок, ничто не помешает им нагрянуть и в твои владения.

— Пусть попробуют, — отмахнулся он, и в его глазах вспыхнул огонь. — Мои горы не так легко взять.

Я всегда знал, что Веран считает себя непобедимым. Но сейчас его недальновидность могла стоить жизни нам всем. Безумие, охватившее Южное и Северное княжества, не ограничится истреблением ведьм. Я узнал нечто, от чего кровь стынет в жилах.

После проклятия эльфов многие насторожились, но драконы... драконы лишь потирали лапы. Эльфийская магия всегда была единственной силой, способной всерьёз противостоять нашей. С её исчезновением мы прочно заняли первое место в иерархии силы. Казалось бы, чего ещё желать?

Но нашёлся тот, кто пожелал большего. Одна из видящих ведьм была любовницей Южного князя и предсказала возрождение Шейсера, древнего эльфийского государства. Она сказала, что именно Видящие помогут найти ту, что снимет проклятие.

Князь, одержимый жаждой власти, пришёл в ярость. Возрождение эльфов? Возвращение былых соперников? Немыслимо! Он был в ярости, но убить ведьму не смог — то ли из-за не остывающей страсти, то ли из-за расчёта. Вместо этого он заточил её в своей темнице и принялся методично уничтожать всех молодых ведьм способных стать видящими, чтобы убить само предсказание.

А она... сбежала. Нашла убежище на моей земле. Селена была сильной видящей, но слабой женщиной, которой только чудом удалось сбежать. Теперь мы имеем дело с драконом, свихнувшимся от жажды власти, чья цель — уничтожить любую возможность возрождения эльфов. Вот только мотивация Северного князя остаётся для меня загадкой. Что заставило его вступить в союз с этим безумцем?

— Я тебя услышал, — холодно бросил я, разворачиваясь к лесу. — Но учти, я предупредил. Когда их армии встанут у твоих границ, не жди, что я приду на помощь.

Сын Рурха... Без помощи Восточного князя нас просто сотрут в порошок. Пусть лес и находится под защитой Хранителя, но долго он не продержится. Любые защитные рубежи будут сметены чистой драконьей мощью. Нам нужна армия, а не упрямый союзник, живущий иллюзиями.

Интерлюдия. Каэл, третий килстар колдовского ордена «Илхайре».

В последнее время на Драконьем материке было неспокойно. Многие бежали на свободные земли, но Каэл прекрасно понимал: бегство было иллюзией. То, что назревало годами, должно было взорваться. Война. Это слово витало в воздухе, пропитывало его запахом страха и дыма. Шпионы докладывали об активных передвижениях войск двух драконьих княжеств, но орден хранил молчание. Каэл же был ярым противником этой позиции невмешательства.

— Пусть перегрызут друг другу глотки, — разносился в Зале Совета надменный голос Зирима, второго килстара. — А мы займём подобающее нам место, когда дым рассеется.

Совет пяти глав ордена Илхайре и их приближённых затянулся на несколько часов, но был предрешён с самого начала.

— Если драконы опьянеют от крови в междоусобице, нет гарантий, что их ярость не обрушится на наши дома! — вскочил с места Марен, мейстр Каэла, его лицо пылало возмущением.

— Ты ещё молод и горяч, — снисходительно парировал первый килстар. — Общим решением принято не вмешиваться в распри драконов.

Каэл поднялся, готовый оспорить вердикт, но первый килстар опередил его:
— Третий, мы все уважаем твою доблесть. Но твоя вспыльчивость мешает трезво оценить ситуацию. Решение принято большинством. Таково моё последнее слово.

— Да, первый, — хором ответили остальные, склоняя головы.

Пусть совет и постановил стоять в стороне, Каэл не собирался бездействовать. Он будет готовить своих воинов втайне. Когда он покинул душный зал вместе с верным Мареном, в груди у него похолодело — так же, как в тот день, когда умирала женщина, с которой его связывала нерушимая клятва. Только на этот раз ледяное жжение было в разы сильнее.

— Килстар! — Задыхающийся посыльный, почти мальчишка, ворвался в коридор и бросился к Каэлу. — Горит! Ведьминская цитадель горит!

Вокруг мгновенно вспыхнула паника, но Каэл уже не слышал криков. Он выбежал на улицу, и пространство разорвалось под напором его воли. Первый портал перенёс его в казармы на его собственных землях, где уже был собран ударный отряд. Второй — прямо в пылающее сердце цитадели, в самое святилище, куда ему было даровано право являться, но где он никогда не бывал. До сегодняшнего дня.

— Все мертвы, мой килстар, — мейстр Марен склонил голову, его голос был глух от ужаса.

— Верховная? — коротко бросил Каэл, окидывая взглядом оплавленные стены, обугленные остатки роскошной мебели и… тела. Он намеренно не фокусировался на искалеченных, окровавленных фигурах, усеявших мраморный пол.

— Не найдена. Здесь открывали Ведьминскую Тропу, след магии ещё витает в воздухе.

— Отследите! — приказал он, прекрасно понимая: если его маги ощутили эхо заклинания, то драконы-охотники уж точно не могли его пропустить.

Зачем? Почему они обрушились именно на ведьм? Насколько он помнил, несколько столетий назад между ними был заключён хрупкий, но прочный мир. Ведьмы были полезны драконам, даже необходимы.

Когда его люди наконец вышли на след Тропы, было уже поздно. Замок Западного Князя, давшего им убежище, пал. Но все его обитатели бесследно исчезли. Исчезли настолько мастерски, что найти их не мог никто.

Что ж… Неудивительно. Ему пришлось обратиться к Истинному Свету, чтобы найти Марриду. Ведь как бы он ни сражался с собой, с ней и с судьбой, изменить предначертанное был не в силах. Он всё ещё принадлежал ей. Как и она — ему.