Непобедимое Солнце

Глава 9. Радушная Хозяйка

Глава 9. Радушная Хозяйка.

1.
Принц проснулся и с удивлением обнаружил, что лежит он на роскошной золотой кровати, покрытой шелковым балдахином. Мягкая простынь была сплетена из тончайших золотых нитей. В изголовье ложа, сделавшему бы честь и королю, – золотистые шелковые подушки, искусно украшенными изящно вышитыми изображениями солнца с женскими чертами лица.
Голова у Принца гудела и кружилась. Он с трудом вспоминал, что произошло вчера. Что–то неприятное, болезненное, но что именно – он не помнил.
Когда ему наскучило без дела валяться в кровати, он привстал и внимательно осмотрелся. Первое, что он заметил, это свою наготу. От этого ему стало не по себе. Благо, на глаза ему попался шкаф, сделанный целиком из зеркальных золотых пластин. Открыв дверцу, он обнаружил внутри несколько комплектов, впрочем, совершенно одинаковой одежды, что избавляло его от мучений выбора. Это были туники из золотистого шелка с вышивкой посередине в виде, конечно же, женообразного солнца. К туникам прилагались кожаные ремни, обшитые золотыми пластинами, с золотой бляхой с изображением солнца, золотистые шелковые плащи, короткие, до пояса. Внизу на полочке стояли пары деревянных сандалий, также обитые золотыми пластинами. На верхней полке он нашел большой золотой ларец, в котором на бархатной подкладке лежали золотые запястья и золотая цепь с эмблемой солнца, золотой перстень – печатка, также с эмблемой солнца, и золотой обруч с символом солнца на лбу.
Принц хотел было одеться, но тут вдруг подумал, что хорошо было бы сначала помыться. В тот же миг, словно повинуясь мысленному приказу, одна из «стен» мягко отъехала в сторону. Принц увидел роскошную ванную комнату. Однако стоило только ему переступить ее порог, как «стена» тут же закрылась за ним. Отовсюду хлынули упругие струйки теплой воды, деловито подлетела пенная мочалка, принявшаяся осторожно, но в то же время настойчиво мыть его тело.
Принц сначала пробовал сопротивляться, но после того, как мочалка сердито стеганула его по шее, он решил покориться судьбе и не шевелился, пока искусно запрограммированный механизм ванной комнаты не сделал все сам, после чего вода перестала течь. На Принца напали сразу три полотенца, а из невидимых отверстий пошел теплый воздух.
Лишь когда тело Принца стало сухим, стена вновь неслышно отъехала в сторону, выпуская своего пленника обратно в комнату.
«Ну, дела–а–а! – почесал затылок Принц, – даже у моей Феи такого не было! Да, тазики сами набирали воду и грели ее, но мылся я все–таки сам! Ну… или почти всегда. По крайней мере, иногда это любила делать Фея…»
После этого Принц почувствовал себя вправе облачиться в драгоценные новые одежды. Когда он посмотрелся в зеркальную поверхность шкафа, то не узнал себя – перед ним стоял настоящий сказочный принц: весь с ног до головы в золоте, ухоженный, царственного вида.
Одевшись, Принц решил тщательно исследовать те хоромы, в которых он оказался.
Это была довольно просторная комната с большим стрельчатым окном, украшенным прекрасным узором из разноцветных стекол. Сюжет был предсказуем: солнце с женскими чертами лица, греющее своими длинными лучами, напоминающие властно протянутые во все стороны руки, клумбу с кустами роз.
Принц подошел к окну и осмотрел его. Так он и знал – окно было с решеткой, правда, золотой, а высота до земли – приличной, не меньше полумили. Даже если и удастся каким–то образом перепилить решетку, выбраться живым из комнаты все равно не получится.
Тогда Принц стал искать двери, и, как можно догадаться, их не нашел.
«Золотой попугай в золотой клетке», – грустно подумал он.
Если бы не это обстоятельство, Принц мог бы подумать, что он в гостях у какого–то сказочно богатого короля. Стены комнаты сделаны из полированного до зеркального блеска золота, идеально ровные и гладкие, без какого–либо намека на неровность – так что найти дверь не было никакой возможности.
Солнце ярко освещало комнату. Его лучи отражались от полированных стен–зеркал, отчего отраженный свет слепил глаза до слез.
Вся эта обстановка кричащей роскоши и несвободы пробудила в его голове воспоминания о событиях в зале. Принц вспомнил теперь все – и металлический властный голос, и это странное отражение с глазами–прожекторами, и эти ужасные живые статуи, и самозакрывающиеся двери… Принц вспомнил все, и ему стало тоскливо и одиноко.
«Так и подохну здесь, в этой золотой клетке… – с горечью подумал он. – Даже поесть тут нечего – одно сплошное золото!» И он с тоской вспомнил вкусные обеды, которыми его потчевала Фея.
Но стоило ему только подумать об этом, как вдруг часть стены сама собой отъехала в сторону. В открывшемся проеме показался золотой человек, который катил перед собой тележку, всю уставленную блюдами – полноценный горячий обед с напитками. Принц не стал объявлять голодовку и основательно поел – в конце концов, он никогда не страдал отсутствием аппетита.
«И правильно сделал, – возник в его сознании знакомый голосок с металлическими нотками. – Тебе пока еще нужна еда для восстановления сил, но скоро ты будешь свободен. Ибо когда ты вольешься в Поток, ты будешь совершенным, ты будешь свободным от нечистоты плоти, всех этих жидкостей, которые оскверняют твое тело, делают тебя похожим на животных, и ты сам поймешь, что сделал правильный выбор...»
– А разве у меня он был? – осторожно осведомился Принц, боясь опять получить огненного тумака, как вчера. Но ничего подобного не произошло.
«Конечно, ты ведь сам посмотрел в Мое зеркало. Мое зеркало притягивает только тех, кто стремится к совершенству. И Я охотно предоставляю им такую возможность!»
– Что такое «влиться в Поток»? – спросил Принц, желая сменить тему.
«Поймешь, скоро поймешь... Это не объяснить. Это как новое рождение, рождение светом и от света. Это как брак, но лучше и чище. Я покажу тебе это, когда ты созреешь. Я хочу, чтобы ты сам захотел войти в Него – это обязательное условие. Иначе я просто бы сожгла твое сердце и ты стал одним из моих големов. Но мне не нужны рабы – у меня их достаточно – мне нужен... К тому же, ты явно способен на большее, чем только возить подносы с едой…» – Принцу показалось, что в металлическом голосе послышалось что–то похожее на металлический перезвон, перезвон золотых колокольчиков... Неужели это Существо еще может смеяться?
«Ну, если оно смеется, – рассудил Принц, – значит, бить точно не будет». И от этой мысли ему полегчало. Он настолько осмелел, что опять дерзнул спросить:
– Не понимаю, Хозяйка, почему Ты вчера называла меня «трупным червем», чуть меня не убила, говорила, что Тебе от меня ничего не нужно. А теперь обращаешься со мной как с дорогим гостем, помещаешь в роскошную комнату, в которой у нас и короли не могут себе позволить жить, кормишь вкусным обедом…
«Много будешь знать – скоро состаришься», не так ли говорят у вас? – ответил как–то удивительно по–женски Голос, и опять зазвенели золотые колокольчики ушах. – Пока тебе позволено знать одно, Добрый Принц – так, кажется, тебя называла жена? – ты должен делать то, что Я тебе говорю и не задавать лишних вопросов. Понятно?» – Принц неопределенно мотнул головой, поглощая уже третье блюдо.
«Вот и чудненько, насыщайся, пока дают, поросеночек, – снова перезвон невидимых колокольчиков. – Впрочем, скажу тебе, что пока ты спал, Я изучила всю твою жизнь с пеленок, вскрыла все тайники твоей памяти и то, что Я там увидела, оказалось, надо сказать, в твою пользу. Ты явно не похож на всех остальных, воистину трупных червей… Взять хотя бы то, что фея третьего ранга решила выйти за тебя замуж – это довольно редкий случай!.. Впрочем, – оборвала сама себя невидимая Хозяйка, – довольно, ты уже поел и пора приниматься за дело».
– Какое такое «дело»? – недоуменно проговорил Принц.
«Такое. Я хочу показать тебе твои будущие владения. Идем, Добрый Принц, ты увидишь то, чего не видел ни один смертный. То, что непременно пробудит в тебе желание остаться здесь навеки и разделить со Мной Мое Вечное Совершенство, как ты прежде сделал это с твоей феей. В конце концов, Мои чертоги и Мое Совершенство не сравняться с жалкой хижиной и доморощенной прелестью твоей провинциалки!»
С этими словами двери вновь открылись и что–то горячее подтолкнуло Принца в спину. Принц оглянулся назад, но никого не увидел. Зато, посмотрев вправо, на зеркальную поверхность стены, он увидел, что там отражается фигура высокой красивой женщины в золотых королевских одеждах. Она была облачена в пышное платье с куполообразной юбкой до щиколоток и открытыми плечами. С плеч ниспадала длинная пурпурная мантия. Голову ее венчала королевская диадема. Округлое лицо ее обрамлялось копной прямых золотистых волос, а из пустых глазниц ее лились потоки яркого, слепящего и жгущего до слез света.
Это была та самая незнакомка из зеркала. Но только теперь Принцу бросилось в глаза, что в этом зеркале она ничем не отличается от реальной женщины. Если бы он смотрел только на отражение, он был бы совершенно уверен, что она реальна, что к ней можно даже прикоснуться. В зеркале же карлика он видел именно призрак. От этой «реальности» отражения ему стало жутко не по себе, тем более, что рядом с ним на самом деле никого не было…
«Ну что ты застрял? – нетерпеливо произнес в его голове Голос. – Нам пора – мне так много предстоит тебе еще показать! Ты будешь первым моим гостем за двадцать тысяч лет! Я вся в нетерпении!»
– Прости, прекрасная Хозяйка. Я просто залюбовался твоим отражением… – попробовал пошутить Принц, но Непобедимое Солнце восприняло его слова вполне серьезно.
«Прощаю. Это уважительная причина. Пожалуй, единственная уважительная причина, которую я вообще допускаю для тебя. Скоро, очень скоро ты не сможешь больше никогда, ни на одно мгновение оторваться от созерцания моей совершенной красоты, а потом будешь без ума и от моей совершенной премудрости. Ты будешь так покорен моими совершенствами, что забудешь все – даже свою любимую женушку. Ты будешь ежечасно благословлять тот день, в который ты здесь оказался. Скоро, Принц, скоро! Но – не сейчас… Еще рано. Я хочу сначала показать тебе все, что я сделала, а потом уже и саму себя, во всем своем величии и красоте! Вперед, Добрый Принц, вперед, тебя ожидают великие открытия!»
С этими словами отражение Непобедимого Солнца побежало вперед, словно девочка, которая жаждет поскорей показать свои «достижения» – какие–нибудь детские рисунки или поделки – своему любящему отцу. И Принцу оставалось только следовать за ним, ориентируясь на отражения в зеркалах и на звук золотых колокольчиков у себя в голове.
2.
Непобедимое Солнце теперь было совершенно невозможно узнать. В самом деле, из холодной властной жестокой королевы она превратилась в радушную хозяйку. Куда только Она его не водила! Казалось, владения Непобедимого Солнца были поистине беспредельны.
Одна зала следовала за другой. Одинаковым в них было только одно – золото в качестве материала и золотые стены–зеркала повсюду.
Как догадался Принц, зеркала нужны были Ей главным образом для того, чтобы в них отражаться – ведь она была призраком. Но зеркала эти были необычные, волшебные. Только через них она могла проявлять себя в этом мире. А поскольку зеркала были сплошные, то создавалось стойкое ощущение ее реального присутствия повсюду, куда ступала нога Принца. Принц идет по одну сторону зеркал, а Она – по другую. Так могло показаться со стороны. А на самом деле шел только Принц, а Она – только отражалась. Но видимо, этого для Непобедимого Солнца было достаточно, ведь она–то себя видела реальной, в какую бы сторону ни повернулась…
Кроме золота и зеркал, все остальное было разное.
Первая зала была украшена одними изумрудами.
«Изумрудная комната», моя любимая», – похвасталась Она.
Принц, осмотрев ее, присвистнул от удивления.
Огромная зала, также вся из золота, с высоким потолком, таким высоким, что приходилось очень сильно задирать голову вверх, чтобы его увидеть. Но главное в ней было то, что все украшения залы состояли из самых настоящих изумрудов. Оконные рамы, люстры, кресла, рамы для картин, глаза статуй, вышивки на гобеленах – все украшали крупные и не очень зеленые камни. Искусно ограненные, они отражали солнечный свет, который проникал через многочисленные окна, разбрасывая по всей зале мириады зеленых искр.
– Слушай, Непобедимое Солнце, а откуда ты добыла столько золота и изумрудов? – с детской непосредственностью спросил Принц.
В ответ раздался уже знакомый перезвон золотых колокольчиков.
«Где взяла, там уже и нет!» – с детским лукавством ответил Голос. И опять – золотистый перезвон.
– Ну, серьезно? Любопытно же! – даже притопнул ногой Принц, совершенно забыв, что он пленник, а не гость. Но, похоже, Непобедимому Солнцу пришлась по нраву эта игра – и она только рассмеялась.
«А–а–а–а–а! Понравилось?»
– Еще бы! – сказал Принц, внимательно рассматривая подлокотники массивного трона, искусно сделанные в виде золотых львов с распущенными гривами и отверстыми пастями в натуральную величину. В глазных проемах у них также сияли искусно обточенные зеленые камни.
Вдруг Принц случайно нажал на глаз золотого зверя и что–то щелкнуло. Раздался громоподобный львиный рык такой силы, что у Принца заложило уши, а стекла на окнах жалобно задребезжали. Сами львы вдруг встали на дыбы, выставив вперед огромные лапы с острыми когтями, а их изумрудные глаза загорелись хищным зеленым пламенем.
Принц в ужасе отпрыгнул – он ведь никогда в жизни не видел крупных хищников и не слышал их рева, – а потом, не удержавшись на ногах, рухнул на спину и больно ударился головой об пол.
Непобедимое Солнце зазвенело своими колокольчиками так, что их звук заглушал даже львиный рык. Потом, просмеявшись, она удивленно посмотрела на Принца – тот был без чувств.
Тогда Она тронула своей невидимой – но вполне, надо сказать, осязаемой! – ножкой его плечо, и Принц тут же вскочил как ошпаренный, держась за обожженное плечо.
«Ой, я, кажется, тебя обожгла…» – и опять рассмеялась.
Но Принцу было не до смеха. Он насупился и посмотрел в зеркало исподлобья – ему не столько было обидно за ожог, сколько за то, что он так опозорился с золотым львом.
– Не люблю я таких шуток! Что это за такое обращение с гостями? Все – я с тобой больше не играю! Я пойду к себе в комнату, и больше ты меня не увидишь! – с этими словами Принц и впрямь направился к выходу, загадав про себя, будет ли она его опять жечь или нет.
Но, похоже, что Непобедимому Солнцу игра пришлась по вкусу.
«Эй, Принц, не уходи, я больше не буду! Давай, я полечу тебя! Правда, я не хотела…»
Вдруг рукав туники сам собой пополз вверх, и к красному пятну на коже прикоснулось что–то нежное, мягкое, прохладное. Боль тут же стихла, а рукав туники опять сам собой опустился на свое место.
«Ну, как?»
– Теперь хорошо… А зачем эти чудища так зарычали?
Громкий перезвон колокольчиков.
«А–а–а, испугался? Трусишка! Это я специально сделала, чтобы гостей пугать. Здорово сработало, правда? Ты только представь, что это такое – двадцать тысяч лет ждать, чтобы кто–нибудь вот так вот как ты бухнулся со страху на пол от моей шутки!» – и опять засмеялась.
Но Принцу это вовсе не показалось смешным. Оказаться в таком идиотском положении первым и единственным за двадцать тысяч лет было сомнительной честью, и он промолчал.
«Эй, чур не обижаться! Мне понравилось с тобой играть! Думаю, мы с тобой поладим! Пойдем, я тебе покажу другую залу, там тоже интересно».
И солнечный призрак опять побежал вперед, к двери напротив трона. Принцу ничего не оставалось, как последовать за нею.
Следующая зала была алмазной.
«Алмазная палата», – с нескрываемой гордостью произнесло Непобедимое Солнце. – Сколько карликов пришлось сюда согнать, чтобы они все это сделали для меня – жуть просто!»
– А–а–а! – протянул Принц разочарованно. – Значит, это все карлики делали!
«Ну а кто же еще? – недоуменно ответил Голос. – Но все чертежи делала я сама, они только выполняли техническую работу, обтачивали камни… Фи! Да разве бы карлики догадались делать такие изразцы на окнах? А такие узоры и картины? А гобелены? В своем ли ты уме, человечек! Только Я могла такое сделать – и никто больше!» – призрак топнул ножкой по полу – по крайней мере, так показали стены–зеркала.
Принц понял, что лучше не злить «радушную хозяйку» – так он обозначил про себя ее нынешнюю роль. А то, что она расстроилась, было понятно потому, что опять назвала его «человечек» вместо «Принц».
– Прости меня, Непобедимое Солнце, я не хотел тебя обидеть… – поспешно извинился Принц.
«Да ладно! Сразу видно, «деревня»! Ничего не смыслишь в высоком искусстве! Небось, ничего кроме дешевеньких акварельных пейзажиков и не видел. Так уж и быть, прощаю. Если б смыслил, понял бы, что ТАКОЕ карлики не сделают. У них фантазии хватает только чтобы обвешивать простофиль–фей на рынке, продавая им камни втридорога, а на такое… Ну, уж нет! Вот, посмотри!»
Легкое прикосновение горячего ветерка к лопаткам, и Принца подтолкнула вперед невидимая сила. Он оказался у длинной стены, увешанной гобеленами.
Все гобелены были сплетены из золотистых нитей, сиявших на солнце. Но главное было не в этом.
«Смотри, сколько нитей! Сверкают всеми цветами радуги. Мне приходилось их вытаскивать из алмазов специальными заклинаниями. Потрудилась тогда на славу!»
– Да уж, действительно, здорово!
И верно, на золотистом шелковом фоне переливающимися на солнце всеми цветами радуги нитями были вышиты самые разнообразные пейзажи. Тут и заливные зеленые луга, на которых паслись упитанные коровы, и зеленые рощицы, по которым прыгали веселые зайцы, и синие пруды, по которым плавали утки, горные ущелья, над которыми гордо реяли орлы и многое, многое другое. Но все эти разрозненные сюжеты объединяло одно – везде, на безоблачном небе царственно сияло крупное яркое золотое солнце с женскими чертами лица.
Принцу эти гобелены понравились больше, чем львы с изумрудными глазами. Его лицо просияло, как у ребенка, которому показали новую игрушку. Он внимательно изучал каждый рисунок, нежно трогая изображенных на них животных и птиц.
– Ой, какой зайчонок хорошенький! А какие коровки! А лягушата… Ну, точь–в–точь как настоящие! – то и дело раздавались его восхищенные возгласы.
Солнечный призрак с замиранием сердца стоял позади Принца. Он явно не ожидал такой искренней похвалы и такой детской непосредственной радости.
«Хочешь, Принц, я тебе подарю парочку таких штучек – раз они тебе так понравились? У меня еще есть!» – наконец с какой-то детской непосредственностью произнесло Непобедимое Солнце.
– Правда?! – от радости Принц захлопал в ладоши и повернулся к отражению Непобедимого Солнца. – Вот моя Фея будет рада – она тоже так любит…
«Какая такая Фея?!» – во мгновение ока изменился Голос. И Принц почувствовал невыносимое жжение в груди и голове. Голова закружилась и заболела, как бывает при перегреве на солнце, его сильно затошнило. Пот покатил градом по всему телу, ноги подогнулись и он рухнул на пол. Принц хотел что–то сказать, но не в силах был издать ни звука. Он раскрывал рот как рыба, выброшенная на берег. Перед глазами поплыли оранжевые круги. Он стал стремительно падать в какую–то огненно–оранжевую бездну…
Впрочем, падение оказалось совсем недолгим. Вскоре он почувствовал, что кто–то словно схватил его рукой за шиворот и потащил обратно из солнечной бездны.
«Эй, человечек, ты жив? А ну отвечай, а то хуже будет!»
Принц с трудом открыл глаза.
«Еще раз скажешь мне про эту Фею, я сожгу твою память так, что и пепла не останется, понял?»
Принц насупился.
«Слышишь?»
Молчание.
«Эй, не молчи! Отвечай, когда с тобой говорю Я! Немедленно! Кто тут пленник – я или ты?»
Принц уныло посмотрел на кончики своих сандалий, а потом медленно ответил:
– А я думал, что я здесь добровольно, что я – гость, которому показывает достопримечательности радушная хозяйка… – и в недоумении развел руками.
Возникла неловкая пауза.
«Ну, в общем, конечно, да, но подразумевается все–таки, что ты уже отсюда никуда не уйдешь, вот… Неужели после всего этого великолепия и совершенства тебе может захотеться вернуться обратно в свою берлогу?! – с чувством праведного возмущения проговорил Голос. – Не понимаю! Я–то имела ввиду, что я твою новую комнату (ведь, правда, она хороша?) украшу своими подарками, что ты будешь ими вот так вот как сейчас любоваться, думать обо мне, восхищаться… Сам рассуди – как бы оправдываясь, сказало Непобедимое Солнце, – каково мне слышать про эту… деревенскую гусыню? В моих–то великолепных чертогах!»
– Она не гусыня, – обиженно произнес Принц, – а моя жена и мать моих детишек, которых я очень и очень люблю!
«Фи! Подумаешь! – парировал Голос. – Вот увидишь, когда ты сольешься с Потоком, ты о них даже и не вспомнишь! Это такое блаженство, что все земное кажется чепухой! Впрочем, у тебя еще будет возможность это оценить, а пока… Пока пойдем осмотрим сапфировую!»
И призрак поспешил вперед, словно убегая от дальнейшего продолжения разговора, принявшего такой неприятный для него оборот.
Общий вид сапфировой залы был примерно такой же. Такой же высокий потолок, такие же золотые литые колонны, такие же канделябры, статуи и люстры. Только украшено все здесь были темно синими сапфирами.
«Я сама делала эскиз и заказывала поставку камней и их огранку», – прихвастнула хозяйка, довольно глядя на то, как Принц удивленно осматривал редкие камни, искусно украсившие одну из колонн.
«Вот, смотри, этого ты еще не видел», – и опять между лопаток Принц ощутил горячее прикосновение, подтолкнувшее его одной из стен.
Принц подошел туда и ахнул. Вся стена была увешана превосходными картинами, чьи золотые рамы усыпаны синими сапфирами. Такой безумно кричащей роскоши Принц еще не видел.
Но самое прекрасное в этих картинах, конечно же, были сами картины. Все они были довольно большого размера, в три, а то и четыре человеческих роста, так что, чтобы их рассмотреть полностью, Принцу приходилось отступать к противоположной стене. Написаны они были масляной краской – очень яркие и живые. В общем, их сюжеты сплошь представляли собой пейзажи, и на те же темы, что и гобелены – луга, сады, леса, горы, пруды с самыми разнообразными животными и птицами. На всех картинах как живое ярко сияло женообразное солнце с лучами–ручками, которые, казалось, хотят объять все и вся в этом мире.
Но Принцу–то именно пейзажи и нравились больше всего! Удивительно даже, насколько совпали вкусы Непобедимого Солнца и Принца! Даже Фея все–таки помимо пейзажей любила и портреты, и художественные композиции, а потому настаивала на полезности и семейных портретов, и всяких зарисовок из их жизни для своей домашней картинной галереи. А тут – одни пейзажи – и больше ничего!
Но самым удивительным на этих картинах было то, что изображенные там персонажи казались совсем живыми. Ветви деревьев, например, колебались от дуновения ветерка, реки – текли, а пчелы роились над цветами.
Принца это привело в такой восторг, что он даже забыл закрыть рот, жадно рассматривая очередную зверушку.
– У–у–у! А моя–то Фея так рисовать не умеет… – прошептал Принц и тут же осекся – сейчас ка–а–а–ак получу опять по шее! Но ничего не произошло.
«Еще бы! – снисходительно произнес Голос. – Она, небось, все картины делает при помощи запоминающих кристаллов! Фи! Тут и карлик понаделает сколько угодно, а попробуй–ка масляной краской!»
– Ой! – вдруг воскликнул Принц, – а на этом источнике я был… Да, да, я ошибиться не могу! Там еще живут мои старые знакомые ивы – они так любят болтать друг с другом без умолку! А еще на них ползают две большие улитки, такие смешные, с рожками… Я любил их щекотать травинкой по брюшку! Да и эта речка мне знакома… Я ведь там плаваю всегда с русалками на перегонки! Да–да, вот тут еще песчаный пляж за поворотом, я обычно там обсыхал. И тут я был… и тут… Слушай, Непобедимое Солнце, а откуда у тебя эти сюжеты? Откуда ты знаешь про наши места?
«Мне многое, Принц, известно, многое…» – загадочно проговорил Голос.
– Ты как моя Фея! – гневно топнул ногой Принц. – Все время что–то от меня скрываешь! Мне это не нравится! Разве я не твой гость?! Сама же говорила! – В ответ ему опять мелодично зазвонили колокольчики.
«А ты разве до сих пор не понял, что МЫ ВСЕ ТАКИЕ? Да, мы любим помыкать другими, чувствовать свое превосходство. Это – наша стихия! Даже твоя провинциальная красотка не может не проявлять свойства своей расы!»
– Ну и сидите с вашими секретами! Очень надо! – и Принц как ребенок обиженно махнул рукой и отвернулся спиной к картинам.
Некоторое время оба молчали.
«Эй, Принц, а ну вернись ко мне! Мне скучно! Мы так не договаривались! Давай! Я тебе показываю мои сокровища, а ты должен восхищаться, понял? А то поджарю тебе одно место, быстро заговоришь!»
Молчание.
«Э–э–э–й, Принц, а ну, сделай еще такое лицо, как раньше, когда ты на зверюшек смотрел. Мне понравилось! Ну, давай, я хочу продолжить игру! Да–а–а–а–ва–а–а–ай!» – Принц ощутил, как его кто–то щекочет, словно травинкой то в ухе, то по животу, то по спине. Принц не выдержал и засмеялся.
«Аг–а–а–а–а! Засмеялся! Это хорошо! Теперь я знаю, чем тебя доставать, когда ты будешь кукситься. А ну, пошли в другую залу, я тебе покажу еще кое–что интересненькое…» – Солнечный Призрак, бросив щекотать Принца, стремглав пустился вперед, а Принцу ничего не оставалось, как последовать за ним.
Следующая зала была рубиновой. Как можно было догадаться, все здесь было украшено кроваво красными рубинами.
Но тут внимание Принца привлекли странные узоры на стенах, сделанные из незнакомого цветного материала, наклеенного на золотистый фон.
– Что это? – удивленно спросил Принц, указывая на них пальцем.
«Эх ты, «деревня»! – насмешливо произнес Голос. – Это ж мозаика, разве не знаешь?»
– Нет, я знаю только витражи. Я их много видел в книжках про Авалон, а вот это вижу в первый раз, – недоуменно сказал Принц. Он внимательно ковырял пальцем рубиново красную розу, которая росла посреди сада из персиковых и грушевых деревьев. При свете солнца она переливалась рубиново красными искрами. – Это какие–то крошки…
«Вот если бы ты побывал на морском дне, у королевы Лоры, то увидел бы, что в ее дворце много мозаики. Русалки собирают разноцветные раковины на дне моря, а потом их толкут в крошку в специальных ступах. На досках, при помощи специальных трубочек, выдувают узоры, а потом заклинаниями прикрепляют их к доске и получается картина».
– И ты тоже все это вытолкла из раковин? – удивился Принц. Он стоял как раз перед большой мозаичной картиной, на которой был изображен закат над бескрайними морскими просторами. Заходящее солнце переливалось рубиновыми искрами.
«Нет, конечно, – ответил Голос. – Откуда мне их здесь взять? В основном, я использовала разного цвета стекло, разбитого в крошки, но рубиновые тона, которые ты видишь на каждой картине, – это перетертые в крошку рубины…»
Тут уж Принц не выдержал.
– Слушай, Непобедимое Солнце, да ты художница какая–то! Я и не думал, что ты такая…
«…А что же ты думал?» – вдруг с нескрываемым любопытством спросил Голос.
– Н–у–у–у, что ты – могущественная волшебница, властная, жестокая, беспощадная, опасная…
Голос Принца прервал золотистый перезвон.
«Ну и правильно ты думал, я действительно такая! Но, как видишь, и другая тоже… А тебе… действительно… нравится?..»
– Еще бы! – и Принц не соврал. Картины действительно были великолепны.
Опять оба замолчали. А потом Принц вдруг ощутил, как что–то жгуче горячее прикоснулось к его шее и губам. Он почувствовал, как все тело его становится мягким – такое чувство бывает, когда погружаешься в горячую ванну. Волна жгучего удовольствия прокатилась по всему телу – от макушки до пят. От наслаждения у него так бешено забилось сердце, что, казалось, вот–вот вырвется из груди, дыхание перехватило, перед глазами поплыли разноцветные круги…
Но в тот момент, когда наслаждение стало совершенно невыносимым, прикосновение прекратилось. Принц едва успел облокотиться на литую золотую колонну, чтобы не упасть.
«Нет… Тебе еще нельзя… – раздался в голове страстный шепот. – Твоя плоть слишком слаба, чтобы выдержать меня… Умрешь еще раньше времени…»
– Ч–ч–что? Что это… было? – судорожно глотая воздух, облизывая обожженные, потрескавшиеся губы, недоуменно спросил Принц.
«Поцелуй… Всего лишь маленький поцелуйчик Непобедимого Солнца, вот и все… – зазвенел колокольчик. – Ну как, понравилось, да? Вот когда ты пройдешь чрез Врата Потока, ты станешь таким же сильным, как я, и тогда ничто уже не помешает нам! Ладно, хорошего помаленьку, побежали, покажу тебе и витражи тоже – такие, что авалонские покажутся тебе просто жалкими стекляшками!»
И, продолжая звенеть колокольчиками, призрак побежал в следующую залу.
«…А это зала – Стеклянная!» – торжествующе воскликнула Хозяйка.
Тут уж Принц и вовсе не мог вымолвить ни слова. Вся зала была сплошь из литого разноцветного стекла. Стеклянными были колонны, статуи, трон и кресла, канделябры и вся остальная утварь.
Стекло отражало и преломляло солнечные лучи так, что зала буквально утопала в разноцветных солнечных зайчиках, которые, вдобавок, постоянные прыгали и бегали по комнате, как настоящие. Принц сначала не мог понять почему, а потом заметил, что и колонны и все другие предметы медленно вращались по разным осям.
– Вот здорово–то! Слушай, Непобедимое Солнце, но ведь настоящее–то солнце уже зашло за тучку, а у тебя стекло по–прежнему все отражает!
«А у меня в Башне солнце никогда и не заходит, даже ночью, – последовал тут же ответ. – Мои зеркала, как ты заметил, наверное, волшебные. Они накапливают солнечную энергию, а потом, когда солнце садится или прячется за облака, начинают эту энергию излучать. Так что обрати внимание сегодня ночью, если, конечно, опять не уснешь как сурок (звон колокольчиков) – все будет светится здесь и повсюду… Правда, ночью, когда всходит луна и звезды, мои зеркала опять переходят на режим отражения и отражают уже лунный и звездный свет… Впрочем, увидишь! Имей в виду – не надейся! – сегодня я тебе спать не дам!» – И опять радостно мелодичный перезвон колокольчиков.
«Что–то уж больно часто она стала смеяться, – недоуменно подумал Принц. – А при первой встрече – «червь» да «червь» и глазищами – зырк–зырк! А теперь – ну радушная хозяйка какая–то… Что с ней произошло такое? Не понимаю… Все эти женщины–колдуньи – такие непонятные!»
«Э–э–й, Принц, ты что – опять задумался? Пойдем, покажу тебе витражи…» – и что–то горячее опять подтолкнуло Принца в спину.
Он подошел к окнам. Они здесь были намного больше, чем в других залах. Вся стеклянная часть окон, огромных – в несколько человеческих ростов, была выложена из кусков цветного стекла на те же пейзажные темы.
Впрочем, Принц обратил особое внимание на закономерность. На витражах, как и на прочих видах картин, кроме зверей, большое место занимали цветы – розы, нарциссы, хризантемы, орхидеи, даже васильки и ромашки. Правда, везде это было к месту. Например, где ромашки – тут же были изображены их опыляющие пчелы, где розы – тут же изображен роскошный сад, по которому летают цветные попугаи и бегают шаловливые обезьянки, где эдельвейсы – высокие горы с редкой растительностью и орлами, парящими в высоте.
– Создатель! – опять не выдержал Принц. – Да ведь на одно такое окно у тебя ушла, наверное, уйма времени!
«Года полтора, не меньше, – тут же отозвался Голос. – Пока созреет в голове образ, пока я его нарисую, пока подберу материалы…»
– И тебе не скучно было?! Ведь тут сделано столько всего!
«Знаешь, если у тебя будет лишних двадцать тысяч лет свободного времени – посмотрю, что ты будешь с ним делать», – поддел его Голос.
Принц почесал макушку и присвистнул – такие цифры не умещались в его голове.
– Даже не знаю… Наверное, я бы обошел все лужайки, лески, речки и горы Целестии и перезнакомился бы со всеми ее обитателями. Витражи мне не сделать – это уж точно… – но тут озадаченное лицо Принца вдруг просияло. – Зато я люблю записывать зверушек и пейзажи на запоминающий кристалл, для меня его…
– «…Знаю–знаю, – поспешно прервал его Голос. – Всю твою память я изучила досконально. Думаешь, стала бы я показывать тебе все это, если бы не знала, что ты такой…»
– Какой?
Он опять почувствовал легкое прикосновение к щеке – словно невидимая и очень теплая рука дотронулась до нее.
«Такой, какой надо! Что это за глупые вопросы? Пойдем, нам еще много чего предстоит посмотреть…»
Но тут желудок у Принца предательски заурчал. Ведь солнце уже перевалило давно за полдень, а он еще даже не обедал. Не успел он ничего сказать, как Непобедимое Солнце уже засмеялось:
«Ой, извини, я совсем тебя затаскала, как игрушку, а ведь ты же еще не обедал! А ну пойдем обратно в Изумрудную! Я велю для тебя накрыть стол – будем обедать!»
– А разве ты… ешь? – удивленно захлопав ресницами, спросил Принц.
«Ну, конечно же, нет, глупыш! Просто посижу с тобой за компанию, покормлю тебя!» – и опять перезвон колокольчиков. А потом что-то схватило Принца за руку и потащило обратно, в Изумрудную Залу.
3.
Действительно, в Изумрудной Зале уже был накрыт длинный стол, также целиком вылитый из золота и накрытый золотистой шелковой скатертью. Золотые големы молча раскладывали последние блюда. Меню включало только те блюда, которые любил Принц – вегетарианская еда. Здесь были и клубника со сливками, и салаты из свежих овощей, и многое другое, только розовой пищи не было.
«Ну как?» – торжествующе спросил Голос.
– Мои вкусы ты тоже взяла из моей памяти, да?
«Конечно, а откуда же еще?! Только розовой пищи у меня нет, уж не обессудь – розовые облака даже для меня недоступны».
Но Принц ничуть не расстроился. За время экскурсии он изрядно проголодался и теперь готов был съесть все, что угодно. Но только он потянулся к еде, как услышал Голос.
«Эй, эй, подожди, мне хочется самой тебя покормить, я ведь здесь Хозяйка, не так ли?»
И с этими словами один из золотых стульев, украшенных на спинке крупными изумрудами, сам «подъехал» к Принцу и остановился рядом. Блюдо с клубникой поднялось в воздух и ягоды одна за другой стали сами собой взлетать в воздух.
«А ну, открывай–ка ротик, давай-давай, не капризничай!» – мелодично зазвенел колокольчик.
– Что это за шутки такие? – обиделся Принц. – Дай я поем как нормальный человек!
«Ну–ну, давай, не капризничай! Я, может, хочу сама тебя покормить! А моя воля тут закон, понял? В конце концов, ты – мой первый гость за двадцать тысяч лет! Так что давай – наслаждайся гостеприимством! – И с этими словами Принц опять ощутил жгучее прикосновение к щеке, и рот, против его воли, сам открылся. После чего в него влетела солидная порция клубники.
«Ну, вот и хорошо! Вот и умница! Наедайся, поросеночек!» – зазвенели металлические колокольчики.
Принц чувствовал себя в идиотском положении, ему хотелось обидеться и выплюнуть все съеденное. Но почему–то он этого не делал. Нет, не столько из опасения перечить воле властной и могущественной колдуньи, сколько…
– Слушай, Непобедимое Солнце, – едва прожевав порцию каких–то овощей, спросил Принц, – а почему ты не вышла замуж, почему у тебя нет детей?
Опять на какое–то время повисла тягостная пауза. А потом вдруг в воздух взлетела золотая ложка и легонько хлопнула Принца по лбу, опять раздался металлический смех.
«А ты оказывается не такой простачок, как кажешься! Ничего… все это поправимо… А теперь попробуй–ка этот фрукт. Готова поспорить, что ты его вообще никогда не ел – он растет только на Дальнем Юге. Специально для тебя их доставил мой золотой слуга».
И с золотого блюда сам собой поднялся довольно большой кусок разрезанного на части мясистого красного плода, покрытого тоненькой кожицей. Казалось, диковинный фрукт состоял из одного красного сока, пропитавшего мякоть, словно вода – губку. Он подлетел ко рту Принца и с трудом в него влез. Ароматный сладкий сок и нежная мякоть наполнили ротовую полость – фрукт оказался действительно очень вкусным. У Принца надулись щеки как у хомячка и металлический смех оглушил его.
«Ну, ты просто хомячок какой–то! Видел бы ты себя со стороны! Ну, ты жуй–жуй получше, а то подавишься еще…»
«…Так, пообедал? Ну, все, пошли дальше, а то до заката не успеем».
– А почему именно до заката?
«Потому что после заката у меня для тебя – другое развлеченьице предусмотрено, вот почему, – и опять Принц получил ложкой по лбу. – Пошли быстро, пока я не заскучала! Вперед!»
На этот раз их путь лежал в Библиотеку.
«Что это за громадина, Создатель?!» – подумал про себя Принц.
Высотой с порядочный десятиэтажный дом. Стеллажи, стеллажи, стеллажи… до самого потолка! Огромные толстые фолианты – красные, зеленые, голубые, черные, желтые… Кожаные переплеты, обшитые золотыми пластинами и защелками.
– Неужели ты все это прочитала? Ни за что не поверю! – спросил, задирая голову вверх, Принц.
«Конечно. Впрочем… Мне не нужно читать книгу, как тебе. Мне достаточно посмотреть на нее, и я уже вижу ее насквозь. Ты забываешь, человечек, с Кем ты имеешь дело! Я уже не простая фея, Я – представительница и родоначальница совершенно другой расы, расы божественной и совершенной во всех отношениях, Я…»
Но Принц уже не слушал ее философских излияний. Ее голос звучал где–то на самых задворках его сознания. Внимание Принца целиком поглотили книги. Он снимал их с полок одну за другой, пытаясь хотя бы по названию понять, что в них написано. Ведь сам Принц был большим любителем почитать.
Вот Принц взял одну книгу в зеленом переплете. На обложке золотыми буквами было написано: «О превращениях» и чуть ниже – «Магистр транзитологии, фея 3–го ранга, ведущий научный сотрудник отдела №1–14».
Принц открыл первую попавшуюся страницу и с трепетом неофита вслух прочитал название подзаголовка: «Как превратить осла в козла». Пункт первый: «Прежде чем заняться превращением осла в козла, необходимо ответить на вопрос, насколько это превращение актуально с точки зрения поставленной перед феей магической задачи….»
«Ну–у–у, это не интересно, – подумал Принц, – а дальше–то что? Ах, вот: «Начертите при помощи подручных средств фигуру №1 (Приложение 15, стр. 414), затем поместите объект в центральном секторе фигуры (Приложение 16, стр. 515). Мысленно произнесите формулу №5 (см. Приложение 27, на стр. 577)».
«Ну, вот, – разочарованно подумал Принц, – еще и страницу искать нужно! Ну, где же она?»
«Я вижу, тебя заинтересовала магия, мой Добрый Принц? – опять раздался в голове металлический голос. – Не сильно же тебя баловала этим твоя дорогая женушка, не правда ли?»
Принц чуть не лопнул от досады. Непобедимое Солнце опять бессовестно использует его мысли и воспоминания! Ему стало жутко обидно и за себя, и за Фею, и желание читать дальше у него начисто пропало. Он захлопнул книгу и поставил ее на место.
«А Я, между прочим, – словно не замечая его негодования, продолжало Непобедимое Солнце, – в отличие от твоей завистливой женушки, могу обучать тебя магии. Все эти чертежи, формулы, заговоры – это все вчерашний день. Очень скоро ты сможешь все это проделывать одним движением мысли. А феи эти никогда тебе ничего не откроют, потому что для них магия – это власть!»
– Неправда! – не выдержал Принц. – Феи – Хранительницы нашего мира! Они используют волшебную силу для поддержания в нем Порядка и Процветания! Они защищают нас от зла!
«Да, да, да, конечно, мой дорогой! – и металлические колокольчики задребезжали так, что у Принца заболели уши. – Меня этим тридцать лет кормили в Школе Фей, наелась до тошноты! А скажи–ка мне, мой дорогой Принц, а почему это волшебству не учат людей, раз оно такое полезное? Ну–ка отвечай!»
– Ну–у–у–у… – замялся Принц, который, если честно, и сам неоднократно задавал себе этот вопрос. – Мы, люди, мало живем – учиться ведь долго надо! – выпалил он первое, что пришло в голову.
«Но не ты, Принц, – парировала с издевкой Непобедимое Солнце. – Тебе дали такую же жизнь, как и феям – это раз. А почему бы, кстати, не дать такую же вечную жизнь и другим людям, не состоящим в браке с феей, как ты?»
Принц замолчал и насупился. Ответить было нечего.
«То–то же! – торжествовал Голос. – А я отвечу тебе, причем на все эти вопросы сразу. Феям просто нужна власть. Власть над Целестией. Власть неограниченная и вечная. Люди им нужны – смертные и бессильные, чтобы по сравнению с ними особенно бросалась в глаза их вечная юность и необыкновенная сила. Быть этакими сказочными «принцессками»! Ха, неплохо придумано, правда? А если и берут они себе, для размножения и развлечения, пару–тройку сотен человечков за несколько тысяч лет, – продолжила солнечная колдунья. – То и их они не посвящают в свои тайны, делая из них что–то среднее между пчелиными трутнями и плюшевыми зверенышами, годными только столы накрывать да тапочки к постели подносить. Разве не так, а, дорогой ты мой счастливый Принц?»
От жестоких слов Непобедимого Солнца, звучавших в голове, Принцу стало не по себе. Он хотел зажать уши руками, убежать на край света, но бежать было некуда. Ответить же ей он ничего не мог. Трутень… плюшевый звереныш… – вертелось у Принца в голове. Ком обиды подступил к горлу, а руки инстинктивно сжались в кулаки.
– Но Фея любит меня! – наконец, не выдержал и закричал во всю глотку Принц. – Я для нее не трутень, не игрушка, нет! – И, схватив первую попавшуюся книгу, бросил ею в золотистое отражение в зеркале. Книга глухо ударилась о металл и отлетела в сторону, а отражение в зеркале продолжало смеяться.
«Любовь?! Ха–ха–ха! А ты думаешь, феям известно, что такое любовь?! Ха–ха–ха! Ну ты и развеселил меня! Я теперь совсем не жалею, что оставила тебя в живых! Давно я так не веселилась, ха–ха–ха!»
– Прекрати, Рыжее Солнце! Фея меня спасала от смерти, Фея меня лечила, Фея меня жалела, Фея обо мне заботилась, Фея любит меня!..
«…Фея использует тебя, простофиля! – властно оборвал его Голос. – Ей просто скучно сидеть тысячами лет на одном месте. Сам подумай, ей надо же чем–то заниматься, дурачок. Да и себе подобных плодить, исполняя безумные заповеди опьяневшей от вседозволенности трехголовой Премудрости! И все они такие, все! Люди для них – что скот для пастухов. И не только они – все обитатели этого чокнутого мира!»
– Я больше не хочу тебя слушать! – закричал Принц и бросился вон из Библиотеки. Он выбежал через открытую дверь на свежий воздух. В этот раз ему уже никто не препятствовал этого делать.
Он добежал до открытой площадки, с которой открывался удивительно потрясающий вид на горы, на догорающий закат, и жадно глотал бодрящий горный воздух. По щекам Принца ползли влажные струйки слез, слезы обиды и горечи, которых ему было стыдно.
«Не переживай, мой милый маленький Принц, – уже спокойно произнес Голос. – Правда всегда режет глаза. Но ведь правда делает нас сильнее, не так ли?»
– Я не верю тебе… – всхлипнул Принц.
«Наконец–то ты поумнел, Принц! Значит, не зря все–таки ты тут очутился, – торжествующе произнес Голос. – Начинаешь понимать, что к чему. Я ведь тоже фея, только развоплощенная, и мне тоже верить нельзя. Никому верить нельзя! Мы все – колдуньи. Природа у нас такая – всех околдовывать, – и колокольчики снова зазвенели в ушах, но уже сдержаннее. – Ты взрослеешь, Принц, и Я тобой довольна. Глядишь, и станешь достойным Меня учеником, а, может, и больше… Ну, раз уже ты выбежал наружу сам, пойдем посмотрим теперь мои сады – думаю, тебе будет небезынтересно».
4.
Сады были действительно сказочно прекрасны. Они целиком состояли из золотых деревьев, невероятно похожих на настоящие. Тут были и персики, и яблони, и груши, и вишня, и даже пальмы… Листья на деревьях – сплошь серебряные, трава – изумрудная, а цветы – рубиновые розы и сапфировые васильки.
«Я специально вывела такие сорта. Потребовалось много экспериментов с магией – и очень, очень много драгоценных металлов и камней, конечно же, – опять похвасталось Непобедимое Солнце. – А розы и васильки – мои любимые цветы, как ты, наверное, догадался».
Трава и листья шевелились словно как живые. Но самое удивительное – они пели песни. А по ветвям прыгали певчие птички, разноцветные попугаи и веселые обезьянки. Они также были сделаны из золота, с глазами из драгоценных камней. Цветы весело болтали, пели песни, а обезьянки, вдобавок, уморительно верещали и играли друг с дружкой в догонялки.
«Мне потребовалось много потрудиться, чтобы запрограммировать их на непосредственность. Первые образцы у меня просто бегали взад и вперед, как тупые механические машинки карликов. А теперь они у меня как живые! Между прочим, мои мартышки могут даже запоминать разговоры, выполнять команды, подражать и даже передразнивать, как настоящие обезьянки! Вот, смотри!»
Вдруг одна из обезьянок соскочила на дорожку, посыпанную золотым песком, и скорчила уморительную рожицу. Она раскрыла рот, высунула кончик языка, вылупила глазищи, подошла медленным неуверенным шагом, шаркая по дорожке, к первому попавшемуся цветку и стала его рассматривать с идиотским выражением мордашки. При этом она медлительно, нараспев, приговаривала дребезжащим голоском: «Брат-цветок, давай–ка я расскажу тебе сказку…»
Непобедимое Солнце снова залилось металлическим смехом, но Принцу было не до веселья. Он даже и подумать не мог, что может выглядеть со стороны таким идиотом.
«Ну, ладно, ладно, не обижайся, не такой уж ты идиот (новый взрыв смеха)! Ну, не интеллектуал, конечно, да и не король Роланд Древний… Хотя что мешает тебе им стать?»
– Я такой, какой я есть! – гневно закричал Принц. – И, между прочим, моя Фея любит меня таким! Я ее муж, а не твой, так что оставь свои пожелания при себе, также как и своих искусственных обезьян!
Принц развернулся и быстрым шагом пошел обратно к Башне. Его терпение лопнуло! Издевательства этого Непобедимого Солнца были просто невыносимы. То она одна, то другая, то чуть не вешается ему на шею, то высмеивает его, то изображает из себя радушную хозяйку, то высокомерную владычицу. Надоело!
Но не тут–то было! Стая золотых обезьян вдруг, с диким гоготом прыгая с ветки на ветку, обгоняя друг друга, перекрыли дорогу Принцу. И та обезьяна, которая его высмеивала, встала впереди остальных и, упав на колени перед Принцем, заголосила жалобным голоском:
– О, Ваше Высочество, простите меня, недостойную мартышку! – и жалобно завыла, пресмыкаясь по земле, а за ней и вся стая, пытаясь схватить за полу туники Принца и поцеловать носки его сандалий.
«Я думаю, они достойны прощения, не правда ли? – раздался сзади насмешливый Голос. – Что с них взять? Они ведь всего лишь обезьяны, хоть и золотые».
Но Принц ее не слушал. Он так поразился их «живоподобности», как он про себя окрестил их манеру поведения. Позабыв обиду, он удивленно спросил:
– Слушай, Непобедимое Солнце, а почему во всех этих садах у тебя нет живых птиц и зверей, живых растений и травы?
«А зачем они мне? – тут же последовал мысленный ответ. – Они мерзкие, плотские, нечистые. Золото совершенно. Мое совершенство не терпит грязи рядом с собой».
– Но зачем тогда тебе золотые?
«Потому что Я так хочу, ясно? Не задавай глупых вопросов!» – Принц снова было ощутил сильный жар в сердце, но только на мгновение.
«Лучше посмотри на это», – вдруг, как ни в чем не бывало, спокойно произнес Голос, и невидимая сила подтолкнула его обратно, в глубину сада.
Там, в укромной тенистой рощице, тоже, впрочем, золотой, сидели на гигантских (в три или четыре человеческих роста) золотых тронах две огромные золотые статуи Мужчины и Женщины. Они были одеты в короткие золотые туники. С плеч их ниспадали роскошные золотые мантии. Головы венчали королевские диадемы. Они держались за руки и смотрели друг на друга с каким–то сладострастным вожделением.
«Как тебе?»
– Где–то я уже это видел, – сказал простодушно Принц, оглядывая их с ног до головы.
«Дурак, эти статуи сделаны по моему эскизу, их не мог придумать больше никто! Разве ты не узнаешь их?»
Принц внимательно посмотрел... и ему стало плохо. Женщина в этой композиции была красива и прекрасно знакома ему – это была все та же круглолицая золотоволосая красавица с зияющими дырами вместо глаз, из которых струился солнечный свет.
Но мужчина...
«Создатель!» – вдруг дошло до Принца. Ведь это же был ОН и – не он одновременно.
Вроде, все черты лица и фигуры, как у него. Но выражение лица... странное, если не сказать, страшное. Выражение лица было каким–то НЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКИМ, отталкивающим, но что в нем было такого, Принц никак не мог понять.
Наконец, он все понял. Смотря на самого себя, он испытывал примерно такое же чувство, как если бы увидел самого себя мертвым! Это был Принц, все черты лица были его, но это был мертвый Принц, словно чучело когда–то живой птицы. На лице у него не было ничего живого. Вместо него – какая–то бездушная маска. Такое впечатление, что у Золотого Принца была начисто сожжена душа, сожжено сердце, сожжена его любовь к Прекрасной Фее. Это был уже НЕ человек, но какой–то бездушный идол, кумир, тень настоящего Принца…
«Ну как, тебе нравится?» – вновь возник в сознании нетерпеливый голос Непобедимого Солнца.
– Лучшего и представить невозможно, – солгал Принц. – Но откуда такое поразительное сходство со мной?
«А–а–а–га–а–а! – металлические колокольчики зазвенели как никогда часто. – Догадался? Когда я создавала эскиз, я об этом не думала. Но потом, когда увидела тебя в зеркале, сразу узнала. По большому счету, только поэтому ты и остался жив, – как бы между прочим простодушно сказала Она. – Это уже потом я оценила твои, так сказать, душевные качества…»
«Это судьба, Принц, – наконец, после некоторого молчания, добавил Она. – Ты пришел ко мне вовремя, ты даже сам не подозреваешь, насколько... Впрочем, всему свое время!»
5.
Тем временем последний луч умирающего солнца погас за горизонтом.
Однако сад при этом не погрузился во тьму. Наоборот, он стал еще прекраснее. Каждое дерево, каждый листочек, каждый цветок вдруг изнутри загорелся присущим ему светом: золотые деревья – солнечно желтым, серебряные листья – лунно серебристым, цветы – сапфирово синим и рубиново красным, трава – изумрудно зеленым. Это было поистине потрясающее зрелище!
Принц сразу вспомнил новогоднюю ночь. Ведь Новый год – это самый любимый праздник у фей. На этот праздник они тоже зажигают магические огоньки, украшают дома иллюзиями деревьев, трав и цветов, поют песни, посвященные Новому Году. В эту ночь обычно идут гулять в лес и там тоже украшают деревья и траву огоньками, зажигают магический огонь и у этого огня устраивают танцы, с музыкой и фейерверками. Но кульминация праздника – это живые сказки! При помощи специальных заклинаний к гостям приходят яркие светящиеся иллюзии сказочных героев и начинают показывать им свою историю. Принц с детьми просто обожали этот праздник! Особенно – просмотр сказок. Обычно он брал на колени обоих и они все втроем смотрели сказочное представление, оживленное Феей…
– Как красиво! – ахнул Принц и хлопнул в ладоши. – Как в новогоднюю ночь, не хуже!
«Старалась, – самодовольно произнес Голос. – Я тебе уже говорила, что за день они накапливают свет, а потом всю ночь его излучают. Ты кстати ничего не замечаешь?»
Принц внимательно осмотрелся.
– Обезьянки перестали верещать, и попугаи с птичками тоже…
«Да, я заложила в них программу спать по ночам, как у настоящих. Зато сейчас тебя ожидает сюрприз…»
И верно. Через некоторое время запели самые настоящие ночные соловьи, раздался цокот настоящих цикад, а по воздуху стали летать ночные мотыльки. Правда, присмотревшись, Принц разочарованно вздохнул – соловьи, цикады и мотыльки оказались сделанными из серебра. Ему вдруг нестерпимо захотелось уйти из этого искусственного рая. Он устал от всего этого мертвого великолепия, захотелось побыть одному.
«Эй! Мы так не договаривались! Чего ты опять скуксился? Я тебе еще не все показала!»
Принц устало улыбнулся.
– Я просто немножко устал, Непобедимое Солнце. Мне хочется отдохнуть… Я ведь пока еще человек, из плоти и крови, – и Принц зевнул как можно шире.
«Эх ты–ы–ы–ы… А я только настроилась продолжить играть, а ты… Ну ладно, пойдем. Так уж и быть, я тебя уложу, а самое главное покажу тебе завтра».
С этими словами невидимая сила снова подтолкнула его в спину, а дорожка, усыпанная золотым песком, мягко засверкала во тьме.
Наконец, оказавшись в своей комнате, Принц первым делом направился в баню. Двери, как и утром, бесшумно отворились.
Когда прием ванны был окончен, магические зеркала сами собой почти погасли. Они излучали лишь самый слабый мягкий золотистый свет, чтобы не раздражать глаза и не мешать Принцу заснуть. На стуле Принц нашел золотистую шелковую пижаму, в которую немедленно переоделся.
Однако стоило только Принцу прилечь, как он почувствовал, что на постели находится кто–то еще…
«Ты что это, спать что ли собрался?» – и в голове его опять раздался перезвон золотых колокольчиков. Принц от досады чуть не прокусил себе губу – даже в своей спальне он не один!
В самом деле, а чего еще он мог ожидать? Ведь и в прошлую ночь Непобедимое Солнце было здесь, читало его мысли и воспоминания, как раскрытую книгу, просто он этого не замечал во сне.
– Да, Непобедимое Солнце, я уже хочу спать. Разве ты не можешь оставить меня хоть на ночь в покое? – не смог скрыть раздражения Принц.
«Не могу. Мне скучно! – в ее голосе прозвучали капризные нотки. – Я ведь, в отличие от тебя, НИКОГДА НЕ СПЛЮ!»
– Ну и что я могу с этим поделать?
«Как что – не спать со мной! Ты у меня в гостях, ты и должен меня развлекать!»
Но Принц повернулся к Непобедимому Солнцу спиной (он чувствовал жар с правой стороны широкой двуспальной кровати) и закутался в одеяло. Голову спрятал под подушку.
Но не тут–то было! Горячее прикосновение, словно дуновение раскаленного ветерка в пустыне, прошло по спине от основания шеи до пояса.
«Э–эй! При–и–инц! Не спи–и–и–и! А ну не спи – тебе говорят! Не спи–и–и! А то защекочу до смерти! – раздавался настойчивый голос и не менее настойчивые прикосновения к спине и плечам. – Хочешь, пойдем, я тебе устрою ночной ужин с настоящими свечами, вином и музыкой… Потанцуем как молодожены…»
– Я спать хочу! – отчаянно закутывался Принц в одеяло, словно оно могло укрыть его от навязчивых приставаний хозяйки Золотой Башни.
«Ну все, ты сам напросился!» – и тут Принц ощутил, что его начинают щекотать по всему телу, словно десятки надоедливых мурашей стали бегать по коже.
Принц неистово засмеялся, дергаясь всем телом.
– Прекрати–и–и! Прекрати–и–и! Я боюсь щекотки–и–и–и!
«А я знаю и буду тебя щекотать, пока ты не скажешь, что не будешь спать!»
– Не буд–у–у! Не буд–у–у–у! – и щекотка тут же прекратилась.
«Давай, ложись обратно… вот так… а я буду рассказывать тебе сказку…»
Принц лег и почувствовал легкое прикосновение чего–то воздушного к своим вискам и ушам. И поток мыслей и образов закружился в его голове…
…Он увидел прекрасную девушку на скаейке в тени вишневого сада. Вся трава рядом со скамейкой усыпана ковром опавших нежно розовых лепестков. Девушка сидела и что–то напевала себе под нос. Она была действительно очень красива и… печальна. Чудесное округлое личико, миндалевидные небесно голубые глаза, пухленькие губки и немного курносый носик. Золотистая кожа лица усыпана веснушками. Самым же удивительным в нее внешности были ее роскошные золотые волосы…
Принц не выдержал и спросил ее:
– Эй, почему ты так печальна, красавица? С твоей ли красотой быть такой грустной!
Она внимательно посмотрела на него и перестала петь себе под нос. Только теперь Принц заметил в ее руках маленькую куколку. Такая же куколка была у его дочурки, она ее называла «пупсик». Куколка в младенческой распашонке с пустышкой во рту…
– Эй, красавица, а что это у тебя в руках? – опять спросил Принц.
– Это мой пупсик, – сказала девушка.
– Хороший… – одобрительно покивал головой Принц.
– Нет, не хороший! – вдруг с плачем злобно воскликнула девушка. – Не хороший! Он не живой! Он не плачет! Он не ест и не пьет! Он – МЕРТВЫЙ! – и в истерике кинула «пупсика» вглубь сада.
Принцу стало жалко девушки. Он сел рядом с ней и взял ее за руку. Она оказалась такой горячей! Как полежавший на жарком летнем солнце камень.
– Эй, не плачь… – прошептал Принц, и вытер руками слезы. – Давай, я с тобой поиграю! Вот увидишь, тебе станет лучше…
– Давай! – вдруг обрадовано сказала девушка, и глаза ее загорелись странным огнем, от которого Принцу стало по-настоящему жутко. – Только играть с тобой буду Я, а ты теперь будешь МОИМ ПУПСИКОМ, понятно?!
Лицо девушки стало стремительно меняться. Из глаз хлынул поток ослепительного солнечного света. Само лицо стало излучать свет, словно настоящий солнечный диск. У Принца заболели глаза, из которых хлынули слезы. Он было отпрянул, но девушка стремительно, как змея, бросилась ему на шею – руки ее оказались не по–девически сильными. Она обхватила его, прижала к спинке скамейки и буквально впилась своими огненными губами в его губы. Принц опять почувствовал слабость и дряблость во всем теле, острое чувство наслаждения пронзило каждую клеточку его тела, и он почувствовал, что проваливается в огненную бездну, из которой нет возврата…