Непобедимый Николай Второй и дочери русских Богов

Немецких овчарок

Алиса чувствовала тут определенную странность, будто бизнесмены вдруг потеряли всякий интерес к данному ей заданию. Но ей не впервой видеть, насколько ветрены олигархи, и до какой степени лишены тактичности, склонные недооценивать народные выступления. А с другой стороны, секретарша то слышала их угрозы и сделанное ей предложение, а значит... Её геройство совершено напрасно, и все муки пойдут впустую.

Ну, а следователи с целым штатом помощников, добросовестно искали преступников.

Карташов хмурился, изучая доклады.

Все трое убиты в одно и то же время, но в разных местах, разделенных значительным расстоянием: Константин Боровиков во дворце, которому позавидовал бы и сам император Нерон.

Абрам Хинштейн в маленьком, очень скромном горном домике, где скупердяй предпочитал охоту, или рыбалку не слишком накладное развлечение.

А Гофман в заповеднике, где он охотился...

То, что смерть носила исключительно насильственный характер, сомневаться не приходилось.

Леонид Гофман оказался не единственной жертвой. Кто-то ткнул его мощного телохранителя очень острым и узким кинжалом в затылок. Сам олигарх так же изрядно исполосован, выпущены кишки, лужица крови. И судя по всему, убийца тоже вступил на багровую жидкость, оставив странные следы туфель с шипами на подошве.

Хинштейна, похоже, изрядно помяли, о чем свидетельствовало его раздавленное пенсе и порванная сеть, при явной попытке браконьерским способом пополнить рыбные запасы. Чуть пониже нашли и шляпу с изорванными полями и парой пятнышек крови...

Константина Боровикова нашли мертвым в чайном домике, где заодно можно было и принять джакузи... Цветные стекла с внешней стороны оказались разбиты, а на месте преступления нашли оброненный значок, данный участникам китайского похода.

Константин, впрочем, погиб, получив удар чем-то тяжелым по голове, после чего, отключившись, утонул в ванне. Впрочем, статую, которой двинули по башке, нашли быстро, правда, отпечатки пальцев снимать бесполезно, смылись в ванне.

Карташов попутно естественно допросил секретаршу. Её показания, а также двух лакеев, сразу же дали результат - три видных эсера, компромат. Далее ответная реакция, убийство, так привычное данной террористической организации слишком уж напрашивалось.

Первый помощник Колобков заметил:

- Максим Железняк, Алексей Дубинин и Виктория Тараканова видные личности данной бандитской организации. Их не повесили лишь из-за чрезмерного либерализма Думы и...

- Царя! - Не стесняясь, закончил Карташов. После чего с победным видом добавил. - Сейчас мы их тепленькими возьмем, а там заставим признаться.

Полиция надежно блокировала место эсеровской тусовки. Мало того, уверенность следователей окрепла, когда на пороге на выбеленной полоске их пытливые и внимательные глаза заметили подозрительный коричневый отпечаток. Краткая сверка, и более никаких сомнений, рисунок совпадал. Кроме того, Колобков получил телеграмму, где подтверждалось, что Железняк участвовал в Китайской, или еще по другому называемому боксерском походе.

Арест прошел без физического сопротивления, но ругани оказалось много. Естественно постарался Максим Железняк. На вопрос, как относится к Боровикову, последовала крепкая нецензурная брань, полицейские повисли на богатыре и уже хотели избить здоровяка дубинками, но Карташов подал им знак:

- Не сейчас. В комнате допросов с ним разберутся по полочкам.

Алексей Дубинин, пытаясь сохранить видимость хладнокровия, заметил:

- Против нас у вас ничего нет. А оправдательный приговор за недостатком улик вызовет скандал.

Колобков ехидно ухмыльнулся:

- Как это нет? Прямые улики на лицо, однако покажите подошвы туфель сего проходимца, наверное, до сих пор на них остались не смытые капельки крови.

Карташов неожиданно предложил:

- А давайте освободим гражданочку Канарееву и доставим её сюда. Пускай поймет, каким бессмысленным "донкихотством" оказалось её геройство.

Колобков с ехидцей произнес:

- Вот представляю, какую Алиска устроит истерику... Смеху то будет.

Виктория в тяжелых оковах и рясе смотрелась весьма романтично. Действительный, статский советник Карташов вдруг заметил:

- А ведь против мадам нет прямых улик, что впрочем, не помешает вас осудить, так как это дело будет слушать не суд присяжных, а особое совещание... А вы так красивы,. и талантливы, что не хотелось бы, чтобы петля охватила вашу тонкую... впрочем, не такую уж и тоненькую шейку.

Виктория, с глубоким вздохом опустив глаза, тихонько ответила:

- Ведь вы не можете быть уверены в насильственной гибели мистера Хиншейна. Может, это обычный несчастный случай... - Тон девчонки стал плаксивым. - Поверьте, мне очень жаль, что этот почтенный старик в отличие от остальных так и не сможет упокоится, с почетом и миром.

Колобков извлёк из ножен саблю и крутанул её в воздухе, после чего решительно произнес:

- Поедешь с нами и поможешь найти труп. Будешь умницей, оформим явку с повинной, а также состояние аффекта. Сидеть будешь не в Сибири, а тут где теплее, а через пару лет милостивый государь оформит амнистию. - В последних словах советника пятого класса звучало явное презрение. Действительно, не успеваешь иного террориста посадить, так его уже выпускают. Хорошо еще, что повешенным акты амнистии не помогают, а из могилы не уходят.

Путь на горный перевал проделывали уже в темноте на конях. Помимо следователей и прекрасной пленницы, в отряде скакал десяток отборных полицейских и знаменитый на всю Россию эксперт Жорж Бычков. А немного позади семенила пятерка великолепных немецких овчарок.