(не)побеждённая. Кубок мира

Глава 32

Выражение глаз Игоря невозможно было передать словами. В них застыли страх, ужас, изумление, беспокойство; руки начали обыскивать меня на предмет повреждений.

- Ты цела? - спросил он, обеспокоенно глядя на меня.

- Да, Игорь, я цела, - порывисто обняла его, стараясь сложить в этот жест как можно больше нежности. Любимый…

- Но к чему это? – с его губ сорвалось несколько ругательств; поднеся кулак ко рту, он прикусил его, пытаясь успокоиться.

- Тише, - погладила его по плечу, - я случайно это увидела. Из-за угла… - начала я, стараясь убедить его, что все в порядке.

- То есть это был не факт устрашения? – задал он вопрос, слегка расслабившись.

- Вроде нет, - пожала я плечами, - просто так совпало. Я испугалась и убежала, в какую-то заброшку. Упала, потеряла сознание, вот и пробыла фиг знает где. Потом еле нашла свой мотоцикл, - хмыкнула я, - типичная история, для такой растяпы как я.

- А что… Где это хоть было?

- Я понятия не имею, из головы вылетело. Я просто решила покататься по Питеру. Вон, к Исаакиевскому собору съездить хотела. Уже перехотела. Игорь, я не хочу это вспоминать, - замахала я руками. Он мягко прижал меня к себе, уткнувшись носом в мою макушку, а в ответ я проделала тоже самое с его плечом.

- Ладно, прости, - прошептал он, а я заплакала от перенапряжения и отчаяния. Вот как я его отпущу, как?! – Тихо, тихо!

- Игорь, я хочу отдохнуть, - всхлипнула я, спустя пять минут, - давай не будем это обсуждать. Забудем, как страшный сон и все.

- Хорошо, - кивнул он и медленно отстранился, давая мне возможность передумать. Внимательно посмотрела на его лицо: красные глаза и синяки под ними, спутанные волосы, помятый ворот рубашки… Он очень сильно переживал.

- Ты любишь меня? – сорвалось с губ прежде, чем я успела подумать. Удивленное выражение застыло на лице Рощина.

- Конечно, а к чему этот вопрос? – я порывисто обняла его и вздохнула.

- Я тебя тоже.

Стоит ли говорить, что было дальше? Я думаю, что нет. Весь стресс, вся боль и все отчаяние выливалось в животную страсть, когда ты просто не можешь оторваться. Тоже самое было и с нами. Как я устала от всех этих проблем, от всего остального! Почему нельзя просто жить спокойно?

Месяц пролетел незаметно, как межконтинентальная ракета, не давая опомниться. О происшествии мы скоро благополучно забыли. Игорь сначала пытался у меня что-то разузнать, но вскоре понял, что это гиблая идея. Я не могла и не хотела описывать ему то, что произошло.

Декабрь выдался на удивление теплым и каким-то радостным. Новый год приближался, настроение улучшалось, жизнь налаживалась. В общем, жить бы да радоваться, чем мы и занимались.

Дни больше не тянулись унылой цепью. Каждый из них был насыщен каким-то радостным событием, отвлекающим от грустных мыслей. Чаще всего это было украшение дома.

За неделю до праздника было все готово: развешенные по всюду гирлянды, колокольчики, еловые ветки… В холле мы поставили огромную ель, украшенную белыми (и всеми оттенками белого) шарами, что выглядело необычно, но мило. Все в доме сверкало и радовало глаз, легкая прохлада навевала праздничные мысли, а слепленный нами с Игорем снеговик был как символ чего-то нового и хорошего.

Все чаще мы напоминали маленьких детей – мы могли дурачиться, смеяться как сумасшедшие, радоваться пустякам, часами смотреть фильмы, сериалы, мультфильмы и столько же их обсуждать. Казалось, что я наконец обрела счастье, свое собственное беловолосое счастье.

Улыбка все это время буквально не слезала с моего лица. Ну, а как по-другому? И вот, за пять дней до прибытия Деда Мороза, я вспомнила о подарке. Долго выбирала и думала, чтобы это могло быть. Идея посетила меня случайно, когда мы смотрели очередной боевик. Нам же стрельбы в жизни не хватает?

Спустя пять дней…

Я сладко потянулась, заехав Игорю кулаком в глаз, от чего он проснулся и сгреб меня в охапку.

- Игооорь, - протянула я, - пора вставать. Сегодня тридцать первое декабря, успеем еще поваляться. Целая неделя будет. Давай, вставай! – пихала я его, но он нарочно сделал вид, что спит. Пародируя кенийского бегуна, начала активно работать локтями; в ответ меня лишь прижали сильнее, тем самым «обезоружив». Медленно развернулась к Игорю лицом, и улегшись сверху, поцеловала его. Рощин, само собой, отвлекся, а я аккуратно стянула его телефон с прикроватной тумбочки. Сев на него, молниеносно поднесла к его лицу смартфон и разблокировала.

- Эй, - подскочил он, так как я, схватив свою добычу, убежала.

- Что бабочка? – рассмеялась я, смотря на причудливое крылатое насекомое у него на обоях и бегая от него по комнате, только бабочки там давно уже не было. Я искала в его телефоне информацию, которая могла бы мне пригодиться, - ты серьезно?

- Да, бабочка-адмирал, - каким-то образом он резко появился передо мной и прижал к стенке, - телефон!

Я недовольно цыкнула и вложила средство связи ему в руку, подкатив глаза и очистив историю того, куда я входила. В ответ меня удостоили лишь смешком, коротким поцелуем и ушли в ванную.

Игорь

Она веселилась, а я веселился вместе с ней. Радовался, старался угодить и понять, что конкретно произошло в тот злополучный день. Но сколько не пытался, Валерия молчала как рыба, как будто боялась рассказать. Эта странная печаль в глазах, глупые вопросы, бесконечные метания туда-сюда. Не могла её так смерть подкосить, если она только не была актом устрашения.

Вскоре мне это надоело и я, при помощи старых знакомых просмотрел камеры видеонаблюдения. Почему она не сказала о похищении, почему молчит?

Решил, что надо проверить место, куда её отвезли. Только вот было одно «но» - её отвезли в промышленный район, а там государственных камер нет. Все как всегда. Договариваться с частниками было бы пустой тратой времени, а заводов там слишком много для того, чтобы обнаружить место, куда её привезли, поэтому я быстро забросил эту идею.