Непокорная для эльфийского короля. Том 1 || Опасная сделка

Глава 2

Я сложила краски в корзину и, попрощавшись с продавцом, покинула магазин. Сегодня ходила по поручению отца за новыми красителями для его изделий.

Солнце высоко поднималось над городом. Начинался новый день.

«Все у нас будет хорошо». Собаки плескались в луже и отряхивались от воды, где играли, дети смеялись и бегали вокруг фонтана, птицы клевали вчерашний хлеб.

Из мясной лавки выбежал стремительно кот, неся в зубах сосиски и убегая, словно угорелый, от мясника с выпученными глазами. Я сразу узнала его.

– Линдо, негодник, иди сюда! – я ловко схватила кота. Тот начал вырываться и царапаться, не разобрав, что к чему, но поняв, на чьих руках сидит, успокоился. Правда, ненадолго. Я вырвала из его пасти сосиски и вручила мяснику.

– Вот, простите его, – с извиняющейся улыбкой сказала я.

– Теперь их не продашь! – гаркнул мясник, – Еще раз увижу его в своей лавке, пусть пеняет на себя!

Я поклонилась, продолжая держать кота на руках, а на сгибе локтя болталась корзина с красками.

– Линдо, совсем ты страх потерял, – выпустила кота из рук.

Тот недовольно мяукнул и почесал задней лапой за ухом.

– Перестань воровать.

Кот зевнул, выражая крайнее пренебрежение моими словами. Я цокнула и, потрепав кота за ухо, устремилась к дому.

Кот посмотрел по сторонам, и, увидав, что я ухожу, поспешил следом.

Едва я зашла в проулок между домами, как услышала позади шаги.

– Вот на кой ты мне помешала украсть сосиски у этого пузана, а? – проговорил хриплый голос. – Я не примерный гражданин. Не буду жить, как паинька. Хочешь быть паинькой – флаг в руки!

Я обернулась и увидела, как парень приложился к бутылке.

Я немедленно остановилась и взялась за бутылку на правах старой подруги.

– Уже и посреди дня?

– Что ты ко мне прибодалась, женщина?!

– Я за тебя переживаю, ясно? – отвечала я, продолжая бороться с ним за обладание бутылкой.

– Ага, переживаешь, – сощурил тот янтарные глаза по-кошачьи. – Раз переживаешь, значит, любишь.

– Люблю! Ты мой друг!

– Вторая часть фразы была лишняя, – сонливо ответил он.

– Дай-ка сюда, а, – мне удалось отобрать бутылку, после чего та отправилась в ближайший мусорник.

– Три кнели уплачено, как ты могла, а? Бессердечная ты женщина!

Я вздохнула. Это мой лучший друг, Линдо, не очень хороший маг, хотя и умеет превращаться в кота. Он единственный не стал издеваться надо мной, когда люди узнали, что я могу менять облик на лисий. Пусть и не по-настоящему. Я перестала надевать кулон, и в один прекрасный день этот оболтус пришел в облике кота. Я его гладила, за ухом чесала, а он взял и превратился в парня! Отчего тут же получил от меня оплеуху. Не обиделся, но место прямо покраснело на щеке. С тех пор он учится у старого чародея Ренигаста и пытается стать хорошим магом.

– Какая у тебя мечта, Линдо? – спросила я однажды, когда мы сидели над оврагом и смотрели на почти родной для меня Акстер. Дул ветерок, солнце пригревало, а в роще позади нас птицы пели.

– Хочу стать хорошим магом, – откусил он от хлебной булки. – Хочу детям помогать, чтоб они хорошие отметки получали, а учителям краской усы сами рисовались.

Мы расхохотались.

– На такие глупости хочешь потратить свое умение владеть магией? – спросила.

– Не только, конечно. – пожал он плечами. Как всегда, с щетиной на лице и нечёсаной шевелюрой каштановых волос. – Хочу, чтобы все красивые девушки мои были!

– Линдо! – Я шутливо пихнула его в бок. Он никогда не говорил всерьез.

– А ты о чем мечтаешь, Ники? – спросил он, кинув крошки какой-то птице, прилетевшей с дерева.

Я немного помолчала, поковыряла пальцы.

– Хочу сестру найти. И еще…

– И еще?

– Узнать, кто был виновен в том пожаре. – Я почувствовала комок в горле и замолчала. Слеза предательски скатилась по щеке.

Линдо посмотрел на меня, как я слезы утираю.

– И что потом?

– Что?

– Когда ты найдёшь того, кто сделал пожар?

– Я устрою пожар в ЕГО жизни. Чтобы он вспомнил о том, что сделал, и пожалел об этом. – мой голос прозвучал как натянутая струна, и мне даже стало не по себе.

– Дай сюда, – я взяла у Линдо из рук хлеб, стала крошить его и кидать пташкам, которых становилось все больше. Но мысли были далеко отсюда.

так, по мнению автора, выглядит Виктория