Непокорная для принца

Глава 18.

Вооружившись карандашом, я внимательно обходила кареты, стоявшие во внутреннем дворе дворца. Много мешков с продуктами уже унесли, и мне оставалось проверить последнюю карету. Здесь были овощи и фрукты, привезенные из разных императорских владений. Я уже хорошо умела отличать, что из каких владений привезено – по цвету и запаху.

Поскольку запахи в этом мире почти полностью отсутствовали, мне приходилось ориентироваться на внешний вид. Продукты из Теруаля всегда выглядели очень свежими, но их было мало, наверное, продукты из этого города считались редкостью. Большая часть полезных культур выращивалась именно в Стерни, и привезенные оттуда овощи и фрукты всегда были бесцветными – ведь они росли там без солнечного света. Мне всегда казалось странным, зачем в Теруале высаживают только цветы, в то время как продукты, жизненно важные для Тайрина, выращивают там, где нет солнца.

Но Лерон не смог ответить мне на этот вопрос. Он лишь сказал, что так пожелала Императрица, и этого было достаточно. Не потому ли в стране такая тяжелая ситуация – из-за глупости правительницы, для которой красивые цветы важнее своих подданных, умирающих от голода?

Погруженная в свои мысли, я забралась на ступеньку кареты и заглянула внутрь, чтобы проверить, не осталось ли там ящиков или узлов с продуктами. За моей спиной промелькнула чья-то тень, а затем кто-то крепко зажал мне рот огромной рукой в перчатке. Я даже и ахнуть не успела, как оказалась внутри кареты с незнакомцем, который провел перед моим лицом острым лезвием кинжала. Впрочем, насколько острым он был, я не знала, да и не было особого желания проверять. Но вот сердце мое точно ушло в пятки, и я едва не задохнулась от страха. Дверь кареты осторожно закрылась, и мы остались наедине.

В полумраке я видела лишь его губы и подбородок, поскольку верхнюю часть лица незнакомца прикрывал металлический шлем. Но в прорези шлема его глаза сверкали мрачной решимостью, когда он снова направил свой кинжал на меня. Ненормальный, да и только! Если он рассчитывает меня ограбить, то ему явно не повезло – взять с меня нечего, ни вещей, ни денег.

Он крепко прижимал к себе, и чувствовала всем телом жар его разгоряченной кожи, влажной от пота. Я невольно задрожала, вспомнив во всех подробностях, как Моуст хватал меня своими противными руками. Мне вдруг стало страшно, а вдруг это Моуст подослал его? Что если сейчас дверь кареты откроется, и потом…

Незнакомец хрипло шумно дышал мне в ухо, но не от возбуждения, а скорее от быстрого бега, словно он пробежал длинную дистанцию. Он заметил, что я сильно дрожу, и немного ослабил хватку, чтобы я смогла сделать спасительный глоток воздуха.

– Молчи! – приказал он тихо. – Если пикнешь хоть слово…

Снаружи послышались чьи-то шаги. Кто-то явно искал меня, и выкрикнул мое имя. Но затем шаги смолкли – очевидно, слуги решили, что я уже ушла на кухню. Незнакомец выждал еще несколько секунд, а затем аккуратно выглянул в крошечное окошко, проверяя, все ли чисто. Затем снова наклонился ко мне.

– Сейчас я отпущу тебя, – прошипел он. – Но если закричишь, тебе конец. Понятно?

Не дожидаясь моего ответа, он резко разжал пальцы и отодвинулся, не опуская кинжала. Я смогла немного отдышаться и посмотрела на незнакомца уже сердито.

– Что тебе нужно? Что ты тут делаешь? – возмущенно прошептала я.

– Ты служишь Императрице, – тихо ответил незнакомец. – Поэтому ты мой враг. Мои друзья погибли,  чтобы я смог пробраться сюда. А сейчас ты поможешь мне пробраться во дворец, ясно?

– Нет, не ясно, – сердито ответила я. – Если ты один из бунтовщиков, то ты выбрал не самый подходящий день для своего плана. Через час начинается большой праздник, и едва ты выйдешь из кареты, тебя обнаружат, поскольку охрана везде усилена. Ты обречен.

Незнакомец криво усмехнулся.

– Тебе-то какая разница… Но у меня важное задание, и я должен его выполнить. И если мне суждено погибнуть, то я умру за благое дело, во имя свободы Тайрина от власти Императрицы…

– Глупо, – прервала я его пафосную браваду. – У меня есть другая мысль. Я ухожу, и кареты отвезут в главную конюшню. Там ты сможешь выбраться и спрятаться до наступления темноты. А потом, когда всё затихнет…

– Ты издеваешься, – сердито зашипел незнакомец. – В карете они меня сразу заметят! Тут негде спрятаться!

– Почему негде? Можно, например, здесь, – и я осторожно приподняла крышку сиденья, где чернело небольшое пространство. Очень немногие знали о том, что здесь находится большой секретный ящик. Лерон говорил мне, что здесь часто прячут особо ценные посылки, чтобы в случае ограбления они не попались бунтовщикам.

Незнакомец пренебрежительно осмотрел ящик.

– Я туда не влезу, – заключил он.

– Влезешь, влезешь, –  с оптимизмом в голосе заверила я. – Давай, помогу.

Снаружи снова послышались голоса. Они приближались, и я смогла разобрать свое имя – точно, они искали меня.

– Скорей же, – торопила я, испуганно посмотрев в окно. К нам приближалось несколько вооруженных паладинов, и они явно что-то подозревали.

Незнакомец вздохнул и опустил ноги в ящик, а затем пригнулся, пытаясь забраться поглубже внутрь. По правде говоря, я сама засомневалась в разумности своей идеи. Мужчина оказался очень широкоплечим, и ему пришлось принять совершенно невероятную позу, чтобы крышка, наконец,  захлопнулась.

– Если ты меня обманешь, я тебя отыщу, – прорычал он из недр ящика. – Ты слышишь?

– Угу, – я села на ящик и, откинувшись на спинку, притворилась спящей. А что, очень убедительно. Что еще я могла тут делать?