Непокорная для принца

Глава 42.

Прогулка по нашему военному лагерю вселила в меня противоречивые чувства. Я увидела множество паладинов разных рангов и статусов, сидящих вместе у костров и мирно беседующих. Это, конечно, не могло не радовать. Но были и те, кто выглядел очень встревоженными, и таких было можно сразу отличить по тому напряжению , которое они излучали своим внешним видом. Такие бунтовщики держались в стороне ото всех и молчали, хмуро поглядывая в сторону дворца.

И все же, настроение в нашем лагере было скорее радостным, и я поспешила натянуть на лицо улыбку – никому не нужно знать, что творится у меня в душе. Всюду, где я появлялась, меня прошествовали радостными возгласами. Мой авторитет среди бунтовщиков, похоже, взлетел до самых высот, и это навалилось на мои плечи непривычной тяжестью. Теперь я просто обязана оправдать их ожидания, поддерживать, вселять надежду и вдохновлять на новые подвиги. Оказывается, быть музой очень и очень непросто!

Совершенно неожиданно для себя я оказалась у большой палатки, которую плотным кольцом окружали вооруженные бутовщики. По сравнению с другими, она выглядела шире и выше, словно предназначалась военачальнику высшего ранга. Должно быть, именно здесь находится принц Тарелл! Интересно, как он пережил свое пленение? Он всё еще взбешен, как раньше, или уже успокоился, признав свое поражение? А может, обдумывает план побега? Хоть бы одним глазком взглянуть…

Я остановилась в нескольких шагах от палатки, и воины, окружавшие ее плотным кольцом, дружно отсалютовали мне. Затем они немного расступились, выпуская наружу одного стражника, который держал поднос с едой.

– О, госпожа Карина, доброй вам Луны, – поравнявшись со мной, он вежливо поклонился.

– Что случилось? – я посмотрела на поднос, на котором всё выглядело абсолютно нетронутым. – Принцу не пришлось по вкусу наше скромное угощение?

– Простите, госпожа, вся приготовленная еда отменного качества… Но его высочество отказывается принимать пищу из рук бунтовщиков.

– Давай сюда, – я забрала у него поднос и приблизилась к палатке. Охранники слегка отошли, чтобы я могла пройти, и затем снова сомкнули кольцо. Замирая от волнения, я осторожно приподняла плотную полу палатки и заглянула внутрь.

Принц стоял у дальней стены, отвернувшись ото всех и независимо заложив руки за спину. Он был в том же самом парадном дворцовом костюме, который, правда, немного пострадал после всего, что случилось. Но выглядел он все равно роскошно в своем костюме и короне, создавая резкий контраст со скромной окружающей обстановкой, словно бриллиант на одежде бедняка.

– Я же вам сказал, что буду разговаривать только с Кариной, – не оборачиваясь, высокомерно произнес он.

– Это я.

От моих слов принц Тарелл резко обернулся, и на его красивом лице отразилась целая гамма чувств. Одновременно с этим он сразу как будто успокоился и не спеша подошел ко мне. Я стояла, посматривая на него с опаской и немного укоризненно, но больше всего – с любопытством, как на редкую зверушку, попавшую в капкан. И одновременно с этим внутри меня шевельнулась непонятная радость. Принц Тарелл здесь! Принц Тарелл здесь! Эта мысль сладко пела в моей голове, отодвигая все остальные преграды разума.

Я не могла себя понять. Ну почему, почему внутри меня все так радуется, едва мы находимся так близко друг к другу? Словно активируется какой-то невидимый механизм, заставляя сердце учащенно биться, делая дыхание прерывистым и наливая щеки румянцем. Я должна ненавидеть его, ведь он причинил мне столько обид и неприятностей!

Но вместо этого я молча протянула ему поднос с едой, на который он даже не посмотрел. Его зеленые глаза видели только меня, и не было сил оторваться от этого магического взгляда.

– Наконец-то ты пришла! – произнес он с неожиданной горячностью. – Я уже думал, эти грязные бунтовщики не позволят нам увидеться.

Я была в полном недоумении. По правде говоря, я предполагала, что принц Тарелл будет в ярости, едва увидев меня. Возможно, накинется с упеками, гневными оскорблениями за то, что я его так унизила… Я ожидала, что он будет надменно насмехаться надо мной или просто прогонит, не желая удостоить своим вниманием….

Ничего подобного не было. Тарелл продолжал молча сверлить меня взглядом, словно хотел компенсировать то время, когда я была вне поля его зрения. Я переминалась с ноги на ногу, и мой военный костюм, состоявший из мужской рубахи, кожаных штанов и массивных сапог разительно отличался от костюма танцовщицы, в котором он видел меня в последний раз. Лишь длинные волосы так же, как раньше, лежали на плечах. Я понимала, что выгляжу совсем не женственно и не элегантно сейчас, и это меня немного расстроило. Хотя, какая разница? Для него я такая же грязная бунтовщица, как и все. И мы с ним в разных окопах, поэтому не стоит и надеяться на что-то большее.

Так и случилось. Принц заговорил, постепенно повышая голос.

– Твои друзья решили, что могут изменить жизнь в Тайрине, – он презрительно сжал губы, и я сразу узнала прежнего Тарелла. – Но вы не понимаете, чем вам это грозит. Жители высшего ранга никогда не смирятся и не захотят лишаться того, что имеют сейчас. Если вы отнимите у них то, что они имеют, будьте готовы к тому, что война еще очень долго будет бушевать в Тайрине. Погибнут сотни, а может и тысячи людей. Подумайте, на что вы обрекаете всех, и сдайтесь добровольно!

– Этого не будет, – возразила я. – Эти люди борются за свою свободу, и они сделают всё, чтобы изменить свою жизнь к лучшему. Они пойдут до конца… Но почему тебя вдруг беспокоят жизни других? Разве человеческая жизнь для тебя что-либо значит? Разве вы не убиваете десятки и сотни невинных людей на заднем дворе?

Глаза принца потемнели от гнева. Кажется, я зря так сильно повысила градус нашего общения, но меня уже было не остановить.

– Разве вы не казните девушек всего лишь за то, что они что-то повторили в своем танце? – продолжала говорить я, видя, как накаляется обстановка в нашей палатке. – Разве вам жалко кого-нибудь? Зачем же тогда рассуждать о жизнях и судьбах тех, кто погибнет во имя собственной свободы?