Непокорная Луна халифата

Глава 4.

В офис я вернулась разбитой. Не смотря ни на что, я была уверена, что смогу вернуть Асю. Не просто, как ценного работника, а как человека.

Да, мой бизнес держался на Асе и её таланте. Да, я во многом её обманывала, забирая львиную долю дохода себе. Логично это никак не оправдать. Можно сказать правду, что я дико, просто до истерики боюсь однажды утром оглянуться вокруг, и понять, что я превратилась в нищую, никому не нужную старуху. Ася меня знала, знала всю мою подноготную. Она бы поняла этот мой страх. И дала бы мне шанс! А теперь...

- Аннна... - дрожащим голосом начала секретарша, едва я переступила порог офиса.

- Чего там у тебя? - протянула я руку и забрала у неё уже помятый от волнения лист бумаги. - Ага... По собственному желанию, угу. А что так? С чего такое желание проснулось?

- Ну, вы же сами знаете, что Астрея Владленовна ушла, - начала блеять секретарша.

- Уверенности в голос добавь, - посоветовала ей я. - И говори прямо. Таких больше ценят. Хочешь увольняться? Хорошо. Уволена. Зарплату за полмесяца сейчас переведу.

- Зарплату? - удивилась она. - Но у вас невыполненные заказы и закупки...

- Предлагаешь оставить твои деньги себе? - усмехнулась я.

Проводив секретаршу, в принципе неплохую девчонку, я уселась в кресле и тупо пялилась в окно. Я не помнила ощущала ли я ещё когда-нибудь такое опустошение внутри. И даже в детстве не было такого, чтобы я совершенно не знала, что теперь делать.

В раздумьях о том, с какой стороны ко всей этой каше подступиться и есть ли в этом смысл, прошло чуть больше недели. На похороны Аси я не попала. Не уверена, что её родители позволили бы мне присутствовать, а нарываться на скандал в таком месте и в такой день, было через край даже для меня. Я пришла на второй день.

И вот странное дело, похороны родной матери прошли буднично и нудно. А сейчас... Я рыдала часа два и никак не могла остановиться. В груди так жгло, словно там поселился огненный шар с торчащими во все стороны иглами. Я понимала, что поздно, но просила у единственного близкого мне человека прощения и не бросать меня одну. Глупость, дурость, идиотизм. Но что-то внутри требовало не верить, что всё закончено, а просить и вымаливать. И надеяться, что она слышит. Даже в машине я всхлипывала давно позабыв про тушь на ресницах.

Неожиданный звонок заставил подпрыгнуть. Звонила девушка, которой я сдавала квартиру. Они с мужем были очень ответственными и жили в моей квартире уже много лет. Да у них мелкий уже появился! Поэтому звонок в неурочное для оплаты время скорее всего был вестником очередных неприятностей.

- Анна, извините, что беспокою, но тут пришла девушка, утверждает, что она ваша сестра и ищет вас. Фамилия у неё ваша, но ни номера телефонов, ничего. Одна бумажка с адресом. Точнее, конверт. - Моя квартиросъëмщица явно была растеряна.

- Не переживайте, пусть ждёт у подъезда, я сейчас подъеду, - прикинула я примерный маршрут. - Извините, за лишнее беспокойство. Я как-то не думала, что переезжая, нужно всю родню извещать. Адрес на конверте... Боюсь даже предположить, когда в последний раз мы общались.

- Анна, - повеселел голос на том конце. - Это очень старый почтовый конверт... Мне кажется, что его отправляли ваши родители или вообще, может быть, бабушка. Но этот конверт явно старше девушки, что представляется вашей сестрой.

- Да? Ещё интереснее, спасибо. - Поблагодарила я и направилась к старому дому.

На лавочке у подъезда и правда сидела девица с тремя сумками-баулами. И как дотащила только! Невысокого роста, худенькая. Одна только коса с мою руку толщиной. Припарковалась я прямо рядом с лавочкой.

- Так это ты значит моя сестра? - спросила я её. - И откуда же ты взялась, солнце ясное?

- Здравствуйте, я Тэхён Мун, ваша сестра. У нас с вами общий папа, - подскочила она со скамейки и чуть склонилась.

- Кланяяшься что ли? - удивилась я. - Послушай, Тэ... Тëх... Короче, Тоха, присаживайся, разговор есть.

История оказалась банальнее некуда. Пока девчонка рассказывала, я несколько раз едва сдержалась, чтобы не расхохотаться. Мамаша у меня оказалась куда более ушлой с@кой, чем я себе представляла.

После своего увольнения она вовсе не забыла о его причине. И куда делся молодой специалист из Кореи тоже нашла, пусть и не сразу. Любовник из заграницы приезжал в наш город на недолгое обучение, и вернулся обратно, в какой-то город, где трудился на совместном предприятии. Там у него всё налаживалось, отгуляли свадьбу, да не абы с кем, а с единственной дочкой главбуха и главного инженера. И тут, на завод, на имя инженера Муна приходит письмо.

Скрывать его от жены он не стал, да и смысл, если её родители о нём узнали, чуть ли не раньше адресата. Впрочем, и обвинить зятя было не в чем. Поездка состоялась до начала его ухаживаний за будущей женой. И недолго думая, папенька решил не создавать себе проблем, и неучтëнную дочь не признавать. А вот его жена очень переживала по этому поводу, вроде как лишила ребёнка отца. И поэтому отправляла моей матери деньги! А то я, как выяснилось, была очень болезненным ребёнком. В ответ шли фотографии меня. В новой шубке, пусть и детской, рядом с велосипедом...

- О! Как это фоткалось я помню! - рассматривала я пачку старых фотографий. - Нужно было быть очень аккуратной, чтобы ни в коем случае не повредить бирку. Мать потом несла обратно в магазин, мол не подошло. А фотографировал наш сосед. Велосипед вообще не мой, это подруге подарили на день рождения!

Поток субсидий перекрылся, когда молодая жена отца забеременела. Работать она уже не работала, своей зарплаты не было, а муж и отец и слышать не хотел о каких-то твм переводах. Тем более, когда у него родилась дочь, которую не стыдно было показать родне. Он даже назвал её сам. Корейским именем, приносящим удачу. Тэхён, что означает солнце.

Время шло, всё вернулось на круги своя. Вскоре после того, как тесть ушёл на пенсию, а тёща главбух и вовсе ушла в мир иной, господин Мун поступил как обычный му@ак. То есть развёлся и вернулся на родину. А любимая дочь и внучка вдруг оказалась такой же ненужной, как и первый ребёнок неуважаемого господина Муна, то есть я. И даже то, что воспитывали девочку с заметным корейским налётом, роли не сыграло.