Непокорная Луна халифата

Глава 7

Год спустя...

- Солнце, меня сегодня ни для кого нет. В офисе не появлюсь, - напомнила я Тохе, постучав по дверному косяку.

- Я помню, Луна, - распахнула дверь сестра.

Как-то само собой, пару месяцев спустя после знакомства, я стала называть её не по имени, а по значению этого имени. Она меня в ответ по значению фамилии.

- Девочки, сначала завтракать. Потом все дела, - из кухни выглянула Хейя Мун.

Её седые косы были забраны в узел и уже с утра она ходила по дому в широких брюках и глухой, под самое горло, рубашке со стоячим воротником. Эта рубашка из плотной ткани закрывала её тело до середины бедра. На ногах у неё были плотные светлые носки.

- Чхинхальмони Хейя, вы опять босиком? - вздохнула я.

Упрямая старушка не признавала домашней обуви.

- Ходить дома в обуви, это проявлять неуважение к дому, в котором живёшь. Дом такого не простит! - этот ответ я слышала регулярно.

- Девочки, ну где же вы? Анечка, блинчики сегодня вышли как ты любишь, ажурные и золотистые. Чай и мёд на столе. - Следом за матерью отца появилась и его вторая жена, мама Тохи.

- Тётя Злата, уже бегу. Но только ради блинчиков с мёдом! - пошла я на кухню.

Первые полгода после гибели Аси, прошли в тумане. Жизнь и время проносились мимо, почти не задевая. Да и некогда мне было. Я шла по стопам Аси. Знакомилась, общалась, училась. Тоха полностью взяла под свою ответственность всю бумажную работу, неделя восстанавливая всё то, что Ася уничтожила за пару часов.

Первый, после ухода Астреи, заказ я сдавала с трясущимися руками и на смеси валерьянки с афабазолом.

- Солнце, меня нет, я бухать, - завалилась я домой после сдачи объекта заказчику.

- Не выйдет, у тебя всего две недели до сдачи следующего, - прилетело мне в спину. - Ты не можешь себе позволить бухать и страдать похмельем. И да, завтра к семи утра тебе надо быть в восьмидесяти километрах от города, забирать заказ из питомника.

Очень медленно я осваивала эту тяжёлую науку. И радовалась каждому завершению так, словно мне каждый раз дарили сундучок с изумрудами. Мне казалось, что за те месяцы я не разгибалась вообще. Но даже ночью не было покоя от назойливых мыслей. А что, если бы тогда и вместе с Асей? Да у нас бы пустыни цвели и болота плодоносили!

И каким-то то ли чутьём, то ли чудом в этом круговороте я заметила, что Тоха стала часто отлучаться, нервничать, до поздна сидеть на кухне.

- Выкладывай давай, что за грусть тебя тревожит? Или как там лебедь у Гвидона спрашивала? - села я напротив в одну из таких ночей.

- Мама, - опустила глаза сестра.

- Болеет? - предположила я. - Или поняла, что одна не вывозит и требует возвращения назад?

Очевидно, что Солнце мне была нужна. Это и дураку было понятно, а я дурой не была. Но помимо работы были и другие причины для моего волнения. Уедет Тоха, и я снова останусь одна. А за прошедшие полгода, я себе точно могла сказать, что оказывается, я ненавижу одиночество. И не готова вновь возвращаться в пустую квартиру, где никого родного, только собственные тяжёлые мысли.

Но всё оказалось куда интереснее. Мать нашего общего папаши долгое время вообще не знала, что сыночка теперь свободный и ждала, когда к ним переедут невестка и внучка. Через некоторое время, когда никакие отговорки уже не могли утихомирить подозрения бабули, она вытрясла таки правду из блудного папаши. А тот похоже решил, что раз уж каяться, то во всём, рассказал и о том, что дочерей две. Просто одну он знать не знает, и в живую ни разу в жизни не видел.

Сыну-гулëне был дан разворот от родительского дома, а бабушка с дедушкой начали готовиться к переезду в другую страну. Ради общения с внучкой старики упорно изучали русский, но выезд для них был сопряжён с определёнными трудностями. Дедушка, как я честно могла признаться сейчас, к сожалению до одобрения выезда и встречи не дожил. И я действительно об этом сожалела. Год назад даже слушать бы не стала, а сейчас было жаль.

Наш с Солнцем папашка оказался, что называется, паршивой овцой в семье. Конечно, если не считать меня. Его отец, наш дедушка служил в армии, как и его младший сын с невесткой. Это было очень почётно и престижно. А старший выкидывал коленца. Как выяснилось, дедушка с бабушкой были готовы забрать ребёнка сына к себе и воспитывать. И это были не просто слова. Их младший сын и его жена погибли во время испытаний. И дедушка с бабушкой забрали себе малолетнего внука без раздумий. Так что и внучку бы потребовали привезти.

Слушая рассказ сестры, я уже понимала, к чему идёт разговор. Поэтому новость, что бабушка и получается, наш с Тохой двоюродный брат приехали по месту прописки Солнца, меня не удивила. Вот только на зарплату работницы отдела кадров прожить втроём... Пусть и с теми деньгами, что переводила маме каждый месяц сестра. Солнце загорелась перевезти маму, бабушку и брата к нам, чтобы жить рядом, да и возможностей больше.

В соседнем подъезде продавалась двухкомнатная квартира. Благодаря расположению, она была через капитальную стенку с моей. Собственно, если сделать проход через лоджию, то можно ходить в гости, не выходя из подъезда. Тоха всё разузнала и приступила к поиску денег. Но в кредитах ей прогнозируемо отказывали.

- А мне почему ничего не сказала? - спросила я.

- Мама считает, что мы и так чрезмерно пользуемся твой добротой, - удивила меня сестра.

- Да? - опешила я. - Кто бы мог подумать! Буду знать.

- Ну, правда! Я живу у тебя, я работаю у тебя... - перечисляла она.

- Работаешь, Тош, - улыбнулась я. - Ты и сама помнишь, сколько пришлось восстанавливать документы. Да и на заказы со мной ездишь, и за секретаря. Так что это не доброта. Это вывод из жизненного опыта. Меня мучает только один вопрос. Твоя мама... Она что, святая? То на прижитого на стороне ребёнка своего мужа деньги шлёт, то бывшую свекровь да ещё и с внуком принимает.

- Мама говорит, что она хитрая, - грустно улыбнулась Солнце. - Мол, она таким способом показывает миру, что ждёт от него только хорошего. Говорит, как ты к жизни, так и она к тебе. Только вот... Знаешь, Ань, маму у нас считают немного странной. Смеются и пальцем у виска крутят за спиной.