Непокорная вдова

Глава 5

Горестные воспоминания потревожил аккуратный стук в деревянную дверцу. На пороге купе возник немолодой проводник в темной форме.

- Проверка билетов, госпожа, - уведомил с легким веренийским акцентом. Его внимательный взгляд за долю секунды выхватил под кроватью приоткрытый чемодан, обежал мою фигуру, оценив внешний вид, зацепился за браслет с сапфирами на запястье - подарок папы, и вновь посмотрел строго в глаза: – Доброго дня.

- Доброго. Вот, прошу, - смахнув нервный ступор, какой всякий раз нападает на меня при погружении в память Ирэн, протянула мужчине узкий билет.

Он вежливо принял, пробил корешок железными щипцами и покосился на пустую койку напротив.

- Путешествуете одна?

Вкрадчивый мужской тон был нейтрален и всё равно заставил каждую мою клетку насторожиться.

- Одна.

- Что же ваш муж?

- Простите?

- Он отпустил столь очаровательную жену без сопровождения?

- Я овдовела. Неделю назад. Другой родни у меня нет, - произнесла пересохшими от тревоги губами. Зачем он задает эти вопросы? С какой целью интересуется?

Проводник потупился.

- Соболезную. Приятной поездки.

И, не меняя равнодушного выражения лица, вернул билет и откланялся.

Я тотчас вскочила с койки, кинулась к двери и заперлась изнутри. Фух. Так намного спокойней. Мерный стук колес постепенно утихомирил шалившие нервы, протяжный гудок вскорости сообщил о прибытии на мелкую станцию. Пейзаж за окном переменился: золотисто-бурая лесная поросль оборвалась, всюду возникли дома, людные улицы, здание одноэтажного вокзала. Из тамбура донесся шум. Я с замиранием сердца затаилась в ожидании стука. Койку рано или поздно займут. К счастью, моё купе обошли стороной.

До середины дня скучала, рассматривая леса, долины и горы вдоль туманного горизонта, подперев голову кулаком и раздумывая, что меня ждет в старом поместье. Хотелось заранее знать, с какими трудностями придётся столкнуться, к чему необходимо готовиться. Жаль это я пойму только на месте.

Ближе к сумеркам поезд прибыл в первый крупный город – Фехтен, простояв на перроне около часа. Ко мне опять никто не подсел, чему я несказанно обрадовалась. С улицы последовал визгливый гудок, поезд сорвался навстречу закату. Я уже готовилась ко сну, когда в дверь вновь постучали.

По спине побежал холодок. Отложила теплое покрывало на койку, бесшумно приблизилась к двери.

- Кто там? – Голос предательски дрогнул, выдав мою обеспокоенность. Проклятье!

- Это я, леди, - донесся ровный ответ проводника, чем заметно обескуражил. – Принес чай, печенье и бутерброды.

С сомнением прищурилась. С чего бы незнакомцу обихаживать одинокую пассажирку, выше его статусом, да к тому же вдову?

- Спасибо, это не обязательно.

Обманываю, нагло обманываю! Теплый ароматный чай в термосе давно закончился, из съестного подарка Эльзы остались два яблока и подсохшая хлебная корка. Я изрядно проголодалась, а ехать еще аж до завтрашнего полудня.

- Уверяю, мы всем разносим чай и печенье. Это входит в стоимость билета, - успокоил мои подозрения проводник.

Может, он прав? Я просто себя накручиваю?

- Хорошо, - сделав вдох, сдвинула засов и впустила мужчину. Он вошел с широким подносом, уважительно улыбнулся и составил на столик большую кружку и блюдца с канапе, рассыпчатым овсяным печеньем и воздушными кексами.

- Приятного аппетита.

- Благодарю.

Я опять осталась одна. Поезд летел по засыпанным желтыми листьями рельсам. Изредка они кружили хороводы, но вскоре всё утонуло в вечерней мгле. Пожалуй, поем и лягу спать. День выдался мучительно долгим, валюсь от усталости.

… Просыпалась тяжело.

Не совсем понимая, что именно тревожит мой беспробудный крепкий сон.

Голова напоминала кусок свинца и не желала подниматься с подушки. Тело было неповоротливым и подозрительно вялым. Странно. Вчера я съела один бутерброд и кекс с изюмом, пригубила черный чай. Он показался приторно-сладким, допить его до конца я не смогла. И уже через мгновение поняла, что правильно сделала.

В купе я была не одна!

В пространстве между кроватей кто-то недовольно бурчал и рылся в моем, вытащенном из-под койки, чемодане.

Проводник.

Я тотчас узнала его едва различимый акцент.

Мужчина перебирал мои вещи, выбрасывая на пол блузы и юбки из шелка, атласа и льна.

С губ сорвался сдавленный стон.

Его фальшивая забота обернулась банальным желанием подпоить богатую вдову и обокрасть её до нитки. Глупая. Уж слишком жадно, как-то заинтересованно наглый тип осматривал меня вчера при проверке билета. А я не сообразила.

Заставив тело повиноваться, наверное, только с третьей попытки, напрягла слух и зрение. Купе тонуло в рассветной мгле, колеса мерно стучали по рельсам. В вагоне царствовала тишина. Пассажиры мирно спят. Впрочем, толку от них никакого. Я слишком обессилена и позвать на помощь – не в состоянии. Прикидываться спящей тоже опасно. Не захочет ли вор потом по-тихому избавиться от одинокой пассажирки?

Эта мысль разбередила в груди колючую панику. По спине побежал холодный пот.

Лежать и ничего не делать, надеясь, что вор уйдет, безответственно и опасно. Надо действовать, причем немедленно.

Я сделала глубокий вдох и ощутила прилив бодрости. Голова сильно кружилась, зато у меня имелось весомое преимущество – мерзавец не ожидает от слабой леди самозащиты. Нащупала руками подушку, собралась, выждала мгновение и что было сил – завизжала.

Проводник от неожиданности дернулся, вскинул голову, и в этот момент я запустила в него подушкой. Он яростно зарычал, отмахнулся от летящего атрибута постели, но из-за качки вагона не удержался и завалился на спину.

- Тварь! – Зарычал, сыпля угрозами. – Да я тебя…

Ага, умираю от страха.

Не теряясь, вскочила, вооружилась массивной кружкой с недопитым вчерашним чаем и – пока он пытался подняться – ударила его по голове. Фарфор разлетелся на осколки, поранив мне руку.