Непокорный для Фиалки

8

Глен начинает рассказывать свою историю. Чтоб не упасть от услышанного я подбираюсь к столу и присаживаюсь обратно на стул.

– Всё началось несколько лет назад. Мы тогда первый раз отправились в северные земли. Молодые, дурные были. Не воспринимали всерьёз многое. После выполненного задания я с чистой душой оставил ребят одних и отправился гулять по городу. А когда вернулся…

Глен сделал продолжительную паузу, словно собирался с мыслями или скорее с духом.

– Рик… лежал на полу шатра, а под ним, с зажатым ртом, извивалась молодая девчонка. Было видно, что не по своему желанию она оказалась там. Пришлось оттаскивать парня и извиняться за его поведение. Девчонка даже слушать не стала, сразу убежала. «Ну и хорошо», подумал я тогда. На утро мы должны были уехать, но не тут-то было. В общем, наше пробуждение началось под пиками стражников. Оказалось, что Рик не абы кого потащил развлекаться, а княжну.

Я даже присвистнула. Вот так надо было вляпаться, так вляпаться.

– А он знал?

– Нет, конечно. Он на утро и не помнил ничего. Ответственность за жизнь подчинённых лежала полностью на мне, так что в мою светлую голову ничего не пришло лучше, как взять вину на себя. Княжна, конечно, обрадовалась. Отозвала стражников. Настояла на разговоре тет-а-тет.

Глен с шумом выдохнул. Было видно, как тяжело ему давался этот разговор. Всё это, если честно, смахивало на хорошо устроенную подставу.

– Тогда мы и договорились: я меняю жизнь своего подчинённого на встречи с ней. Хоть мне это и не нравилось, но пришлось подчиниться. Надо было вытаскивать ребят с чужой территории, но даже уже здесь, дома, эти встречи не прекращались. Это стало походить на преследование. Пришлось менять тактику и немного подкорректировать наши встречи. Только я зря думал, что она испугается активных действий с моей стороны, наоборот, в какой-то момент даже согласилась.

– Ты пользовался ей? – ужаснулась я его словам.

– То есть женщинами пользоваться нельзя, а мужчинами по твоему можно? – его глаза не выражали ровным счётом ничего, но я почему-то на интуитивном уровне догадывалась, что он крайне недоволен моей реакцией.

Я даже не нашлась, что ему ответить. Мне никакой из этих вариантов не нравился.

– Не было у нас ничего с ней. Посмеялся над ней и ушёл. Обиды только она не смогла мне простить. Заявилась к Князю и обвинила меня в домогательстве.

– Твоё слово против её. У вас же не было свидетелей.

– Слово простолюдина против аристократки. Как думаешь, кому поверят?

Конечно же аристократу, даже если он будет тысячу раз не прав!

– Сама на себе убедилась, на что способны северные князья. Меня обвинили в её изнасиловании. Она даже смогла предъявить бумагу, подтверждающую, что на ней действительно имеются следы захвата и грубых действий.

Девчонка молодая, а уже такая змеюка. Ух, вся в братца своего старшего пошла.

– Сначала она требовала выдать меня ей. Потом перешла на угрозы. Князь терпеливо выслушал все её изречения и отправил домой, сославшись на поимку виновного, то есть меня. Я уже готовился отправится на плаху, но княже решил посадить меня под арест. А потом уже выдал мне своё решение. Рабом меня сделал. Как-то с соседскими землями всё устроил, больше к нам не жаловали гости.

– То есть ты не сам согласился на рабство?

– Если бы меня сослали в рабство той девахе, то я бы лучше предпочёл казнь.

– А я значит хороший кандидат?

– Набиваешься на комплименты? – усмехнулся этот наглец.

Я его госпожа или он мой господин? А то я чувствую себя не очень уютно под его взглядом.

Точно. А я всё гадала в чём причина такого решения папеньки. Так всё на поверхности лежит и ждёт, когда же заметят.

– Князь решил перестраховаться? Мы же оба поперёк горла этой семейки встали. Княжич вряд ли просто так оставит отказ ему. Этот павлин слишком гордый.

– Я не сомневался, что ты умная девочка. Ты под моей защитой, а я… вроде как отбываю наказание.

– Вроде как? Ты совсем меня не воспринимаешь всерьёз?

– Я воспринимаю это как отпуск. Ну или задание под прикрытием, – промурчал мужчина.

– Как можно быть таким невозможным?

– Ты уже выстроила представления обо мне, и я не собираюсь их рушить.

– Даже если они ошибочны?

– Я не буду переубеждать тех, кто считает меня хорошим, и не собираюсь разубеждать – кто считает плохим. Я такой какой есть и другим уже не буду. Запомни это, Филана, – Глен облокотился на стол и внимательно посмотрел на меня.

А затем молча покинул кухню, тем самым давая понять, что наш разговор закончен.