Непоседливая ученица "Ледяной Императрицы"

Глава 6. Его слова

Асами не знала, как начать диалог, и не хотела его начинать. Но ей следовало объясниться. Правда заговорить первой она боялась; Асами опасалась вовсе не гнева своего любимого учителя; она страшилась его разочарования.

Если она расскажет ему, что ей нанесли такую рану кучка не практикующихся людей, а точнее только один громила, то, скорее всего, Рэй скажет: «Бестолочь. И чему я тебя только учил» или даже: «Зря я вообще когда-то взял тебя в ученики. Так и знал, что воспитывать тебя было пустой тратой моих сил и времени». Этой фразой он бы точно уничтожил её душу, разорвав на части, похлеще, чем запретной техникой.

Она и так была в неоплатном долгу перед ним. И то что Асами так позорно получила увечье из-за своей неосмотрительности вызывало у неё чувство стыда. Если уж она не может справиться с обычными бандитами, то что она будет делать, если встретит бедствие?

Асами была так занята мыслями, что не заметила, как её уже положили на кушетку.

Местным врачевателем был пожилой мужчина с добродушной улыбкой и чистым сердцем. Его родители как будто знали, что он вырастит именно таким, поэтому и назвали его Атсуши. Он восхищался заклинателями и делал свою работу с удовольствием, считая, что так он тоже вносит свой вклад в общее дело. Он получал хорошее жалование, но даже не заплати ему ни одной каору*, он бы всё равно не оставил человека без помощи.

Он имел пару помощников, которым тоже неплохо платили. Но те не горели так своей работой, больше трудясь ради собственного кошелька.

Подойдя к кушетке, Атсуши взял глазную линзу, лежавшую рядом на столике, и, приложив к глазной впадине, осмотрел её рану.

– Хм. Придётся зашивать. Я зафиксирую конечность, и какое-то время ей нужно будет ходить с палкой. Хорошо, что она заклинатель, иначе ситуация была бы хуже. Но при должных медитациях через пару месяцев она сможет участвовать в тренировках. – Он сказал это с милой морщинистой улыбкой. Но у Асами от этой информации волосы встали дыбом. И она с ужасом воскликнула:

– Как так!? Я не могу ждать так долго! Через месяц я должна была отправиться на своё первое задание! Учитель Рэй, ну хоть вы скажите! Я же всё равно смогу пойти?

Рэй спокойно уставился на неё, а потом твёрдым голосом произнёс:

– Пойдёшь через пару месяцев.

Спорить с ним было бесполезным занятием, и Асами промолчала. Если наставник скажет, что солнце взойдет на западе, а луна сядет на востоке, значит так оно и будет. Убеждать, умолять его передумать было всё равно, что пытаться пробить стену голыми руками – этот мужчина был непоколебим! Рэй уступил ей лишь однажды. И, как думает сама Асами, но всеми силами не хочет этого признавать, что он жалеет об этом.

Ей пришлось лишь смирится и сжать тряпку в зубах, чтобы не прикусить язык во время того, как ей зашивали рану.

Конечно, она всё равно не жалела, что помогла парню. Где бы он был сейчас? Скорее всего, ему бы пришлось, попирая остатки своей гордости, ночевать на холодной земле. Для Асами в этом не было ничего страшного. В детстве она любила наблюдать за звездами, лёжа на стоге сена между родителями.

Отец ей тогда рассказывал, что на самой большой звезде находится Богиня Света, которая наблюдает за ними и охраняет детей своих от всех невзгод и неудач. Она слушала, упоенная его рассказом. И даже мечтала, что сама станет такой богиней. Будет помогать всем и защищать. И эту мечту она несла всю свою жизнь. Конечно, теперь Асами не стремилась занимать божественный постамент, но всё также хотела оберегать тех, кто ей дорог.

На ночь она осталась в «Павильоне Исцеления». Учитель долго находился рядом с ней, нарезая фрукты. И хотя он не мог принести ей нормальной еды – если вообще то, что подавали в их столовой, можно было назвать нормальным, – но, послушав её рассказ, понял, что Асами так и не поела и решил сделать для неё хотя бы это.

Заклинательница рассказала ему всё что произошло в этот вечер. И вопреки её опасениям, Рэй не назвал её бесполезной или никчемной. Тогда, нарезая яблоко, он просто прикрыл глаза, опустив свои пышные ресницы, и прошептал:

– Ты поступила благородно. Это достойное поведение для ученицы Ордена Красной Лилии.

В этот момент внутри неё будто взорвался фейерверк. Учитель похвалил её. А такое бывало нечасто. Асами лежала под одеялом, и её щеки медленно алели от переполнявший её радости. Но потом она услышала следующее:

– Хоть поступок и благородный, но, если ты ещё раз будешь поступать так глупо и опрометчиво и посмеешь ещё хоть раз вернуться в орден с такой раной, можешь больше не звать меня своим учителем.

Сказав это, он хмуро посмотрел на неё. И, оставив порезанные фрукты, ушёл.

Даже когда учитель закрыл дверь, Асами глупо продолжала смотреть ему вслед. Она не обижалась на него за резкое высказывание. Это было даже мягко и радушно с его стороны. Асами понимала, что учитель проявлял грубость лишь из-за волнения об её здоровье. Потому мог специально кидаться грозными предупреждениями. Она то знала, что, невзирая на его казалось бы бесчувственный характер, Рэй очень добрый и ранимый человек.

Каждого свое ученика он считал особенным, но ко всем относился одинаково. Рэй не смотрел ни на статус адепта, ни на его положение. Иногда его методы «воспитания» были воистину суровы, да и обучение у столь пылкого человека нельзя было назвать легким. Но тяжёлыми тренировками он подготавливал их к будущим неприятностям.

Если они действительно хотят стать заклинателями, то им нужно быть твердыми и непоколебимыми, усердными и терпеливыми, сильными и бесстрашными.

Но только Асами и её друг Широ понимали поведение учителя. Остальные же, пока Рэй не видел плевали ему вслед. Каждый из этих засранцев платил баснословную сумму за обучение и мало кто хотел терпеть несправедливое – как они считали – отношение к себе. Поэтому многие не выдерживали его обучения, покидали Рэя и переходили к другим учителям. В итоге пока у других наставников было по тридцать штук последователей, у их учителя было только пять.