(не)послушная служанка для инквизитора

Глава 9

Неделя в «Изумрудном змее» пролетела в тумане из притворных улыбок, густого дыма и пестрого аромата разнообразной еды. Я привыкла к роли тени в короткой юбке и неудобных сапогах. Привыкла к девочкам: к язвительной Лире, циничной Фрее и тем двум молчаливым душам, чьи имена я так и не узнала. Мы все жили на втором этаже, в своих клетках. Нам даже не выдали пижам, лишь униформа и твои собственные вещи, если имеются. В моем случае потертая майка и джинсовые шорты с Земли. Этот нехитрый расчет был понятен: чем неуютнее ты чувствуешь себя в своей комнате, тем скорее согласишься спуститься в зал, чтобы углубиться в «работу». Пока меня не трогали, не заставляли переступать последнюю черту. Но по ночам скрип кроватей за тонкими стенами, приглушенные стоны и грубое мужское кряхтение напоминали: моя очередь еще придет. Это была не жизнь, а ожидание приговора. Надежда, что когда-нибудь я вырвусь, таяла с каждым днем, как утренний туман над крышами этого проклятого города.

А этот самый город за пределами веранды «Изумрудного змея» жил своей яркой, шумной, пышной жизнью. Он напоминал ожившую иллюстрацию из исторического романа. Узкие, извилистые улочки, вымощенные булыжником, по которым цокали копыта лошадей. Богатые кареты с гербами, запряженные породистыми скакунами. Женщины в бархатных платьях с замысловатыми рукавами и высокими головными уборами. Мужчины в расшитых камзолах, со шпагами на боку, громко обсуждавшие свои дела.

Это был настоящий, дышащий мир.

И вся эта жизнь проходила там, за невидимой чертой, которую я не могла переступить. Всего несколько шагов, и я могла бы раствориться в этой толпе, затеряться среди этих людей в их прекрасных костюмах и пышных платьях. Но я знала, что случится, если я сделаю эти шаги. Холодная сталь браслета на моей лодыжке напоминала об этом каждый раз, когда я с тоской смотрела на свободу. Браслет не просто сковывал меня, он был дулом пистолета, приставленным к виску. Один неверный шаг, одно неверное слово о нем, и все кончено.

Поэтому я оставалась здесь, на веранде. Я обслуживала клиентов с заученной, пустой улыбкой, не слыша их болтовню, автоматически разнося напитки и угощения. Даже когда чьи-то настойчивые руки пытались облапить мои бедра или задержаться на талии, я лишь отстранялась с тем же безжизненным выражением лица. Сопротивляться было бесполезно. Я была вещью.

В одно утро, когда солнце уже начинало припекать деревянные перила веранды, ко мне пристал очередной посетитель. Мужчина с пухлым лицом и жирными пальцами, украшенными пестрыми перстнями, сидел за ближайшим к выходу столом. От него пахло перегаром и потом, хотя день только начался.

— Эй, штучка, — сипло произнес он, когда я ставила перед ним кружку. — Не торопись убегать. Присядь, поболтаем.

— Мне нужно работать, — буркнула я, пытаясь сохранить безразличное выражение лица с тенью улыбки.

— Работа? — он громко фыркнул. — Да мы с тобой сейчас самую прибыльную работу обсудим. Я вижу, ты тут новенькая. Бунтарка необъезженная. Такие мне нравятся. Я готов щедро заплатить.

Его рука скользнула по моему бедру. Я резко отпрянула, но он успел схватить меня за запястье. Его пальцы впились в кожу.

— Отпустите, — сквозь зубы прошипела я.

— О, с характером! — он довольно ухмыльнулся, обнажая желтые зубы. — Люблю таких. Ну так что, красотка, сколько стоит твоя честь? Назови цену. Я заплачу вдвое больше.

В этот момент он резко дернул меня на себя. Я потеряла равновесие и с глухим стуком ударилась коленом о край стола. Боль пронзила ногу, а в глазах потемнело от ярости и унижения. Но я добилась своего, к нему на колени я не упала. Зато приземлилась прямо у мужских ног.

— Ну вот, уже на коленях передо мной, — самодовольно промурлыкал он, наклоняясь ко мне, и по-хозяйски щепнул за ляшку.

Внезапно его ухмылка замерла. Тень, упавшая на наш стол, казалась физически ощутимой. Я подняла голову и увидела высокого мужчину в темном плаще, поверх рубахи. Он остановился прямо у входа на веранду, в паре шагов от нас. Его лицо было спокойным, но в этом спокойствии таилась такая мощь, что у меня перехватило дыхание.

— Мужчина, у вас проблемы? — его голос был тихим, но разнесся по всей веранде. — И вы их проецируете на официантку?

Пьяный мерзавец вдруг побледнел так, будто увидел призрака. Его пальцы разжались, выпуская меня из своих щупалец. Я тут же отстранилась и инстиктивно провела рукой по ушибленной ноге.

— Я... я просто... — он заикался, вставая со стула. — Никаких проблем, господин Майер. Никаких.

Он сорвался с места и буквально побежал прочь, оставив на столе недопитую кружку. Мужчина проводил его взглядом, пока тот не скрылся за углом.

Я заметила, что на пороге таверны застыли в нерешительности две дежурные девочки, Лира и Фрея. Их обычно насмешливые лица были бледны, глаза вытаращены. Они стояли как вкопанные, не решаясь приблизиться.

Незнакомец протянул мне руку.

— Вам нужна помощь? — спросил он с формальной вежливостью.

Я попыталась встать, но резко поняла, что все-таки подвернула ногу. Ту самую, какой ударилась. Резкая боль заставила меня ахнуть.

— Кажется, вы травмированы, — констатировал он без эмоций. — Позвольте.

Прежде чем я успела что-либо сказать, его руки обхватили меня. Даже сквозь слои ткани его плаща я ощутила каждый мускул широких плеч. Вся его фигура была выточена до идеала годами тренировок, и теперь соблазнительно проступала под одеждой.

Мгновенная слабость охватила меня, уже не от боли, но я тут же встряхнулась, с яростью прогоняя это наваждение. Аполлон или нет, но он был мужчиной, а в этом мире их внимание всегда имело цену. И я не собиралась ее платить.

Точным и выверенным движением он усадил меня в кресло, без лишней фамильярности.

— Нужно осмотреть ногу, — заявил он, уже опускаясь на одно колено. — Я могу вылечить.

— Нет! — вырвалось у меня панически. Последнее, чего мне хотелось, чтобы этот аристократ обнаружил браслет и поднял шумиху. Агата и Эдгар меня тогда точно убьют, чтобы избежать проблем.