(не)послушная служанка для инквизитора

Глава 11

Она швырнула смартфон на стол с такой силой, что он отскочил и чуть не упал на пол. Ее движение было резким, животным, полным отвращения.

«Объясни ей», — потребовал внутренний голос. Но что я мог сказать? Пустота. Ничего.

— Я не знаю, — произнес я тихо и четко, не позволяя ни единому мускулу на лице дрогнуть.

— Не знаете? — она фыркнула, но звук вышел нервным, сдавленным. — Как это «не знаете»? Это же ваш мобильник!

В ее голосе звенела сталь, пробивающаяся сквозь страх. Она не просто спрашивала. Она обвиняла.

— До этого момента я даже не знал слова «мобильник», — спокойно парировал я.

— Позвольте, я перефразирую, — ее пухлые губы искривила язвительная улыбка. — Вы не знаете, как на вашем смартфоне оказались мои фото. Но вы принесли это мне. Показали. Значит, вы чего-то хотите. Чего?

Она выжидающе смотрела на меня, ее грудь высоко вздымалась. Вся ее поза кричала: «Я тебя не боюсь!». Но мелкая дрожь в подбородке выдавала обратное.

— Я хочу понять, — ответил я. — Эти изображения… они для меня такая же загадка, как и для тебя. Но я уверен в одном. Они как-то связаны с тобой.

Ее пальцы снова потянулись к телефону, будто против ее воли. Она тыкнула в другое приложение и нашла видеоизображение. Маша вновь увидела себя. Обнаженную, смеющуюся после душа. А затем на экране появился я, такой же радостный и беззаботный, и мы поцеловались…

И тут с ней случилось то, чего я опасался. Тихий, сдавленный звук вырвался из ее горла, превратившись в истеричный смех, в котором не было ни капли веселья.

— Нет... нет, нет, нет! — она вскочила, отбросив стул с оглушительным грохотом. Вся веранда замерла, уставившись на нас. — Это что за мерзость?! Что вы от меня хотите?!

— Успокойся, — сказал я ровно, не повышая голоса. Мои руки лежали на столе ладонями вниз, демонстрируя, что я не представляю угрозы.

— Успокоиться?! — ее голос взлетел до визга. Она ткнула пальцем в экран. — Я там... я голая! Я смеюсь! А вы... вы... это не вы! Вы не можете так смеяться! Вы не умеете. У вас за все время нашего разговора не было ни одной эмоции. Я не верю в подлинность этих изображений и видео. Это какая-то очередная магия! Непристойность! Вы хотите меня опозорить? Сломать? Заставить подчиниться с помощью этой... этой гнусной иллюзии?! — ее голос сорвался на высокую, гневную ноту. — Признайтесь. Это ваша магия, да? Чтобы посмеяться над официанткой?

— Все не так, — я хотел остепенить ее монолог, но она вновь перебила меня.

— Вы думаете, если вы тут важная шишка, то можете все, что угодно? Вы что, надеялись, что я посмотрю и... и что? Поверю, что это реально? Да я вас второй раз в жизни вижу!

— Маша, — произнес я ее имя впервые. Оно сорвалось с моих губ само собой, тихо, но с такой силой, что она вздрогнула и замолчала, уставившись на меня широко раскрытыми глазами. — Если бы я хотел сломить тебя, унизить или заставить подчиниться, у меня есть десятки проверенных, куда более эффективных способов. Гораздо более прямых. И куда менее… личных.

Я видел, как по ее лицу пробежала тень сомнения. Гнев все еще пылал в ее глазах, но теперь к нему добавилось холодное, рациональное недоумение. Она понимала, что я прав. Методы Инквизиции были чудовищны, но примитивны. В них не было места такой изощренной, многослойной жестокости.

— Тогда чьи? — прошептала она, и в ее голосе снова появилась та самая беззащитность, что резанула меня острее любого клинка. — Чьи это проделки? И… зачем?

— Без понятия. Но это не иллюзия. И не магия, которую я знаю, — на этот раз в моем голосе прозвучала не просто констатация факта, а почти что… извинение. Признание собственного бессилия перед этой тайной. — Но я намерен все выяснить.

— Эта девушка на видео точно не я! — она закричала, окончательно впадая в истерику.

— Хватит! — мой голос прозвучал резко и громко, заставляя ее на мгновение замолчать. Я встал, нависая над столом. — Я повторюсь. Я не знаю, что это за вещи. Я просто очнулся с ними. И ничего не помню, — я ткнул пальцем в телефон. — А это моя первая зацепка. Чтобы разобраться во всем.

Она замерла, тяжело дыша, на ее глазах навернулись слезы.

— А знаете, что самое ужасное? Я тоже очнулась здесь. И тоже ничего не помню. Но вам я не верю! Совсем! Хоть у вас и есть смартфон… — Она вновь схватила телефон и что-то проверила. — Ага, и у вас есть мой номер. Но вы не могли его знать!

Эта девушка была настоящей. Яркой, эмоциональной, живой. И глядя на нее, на ее разгоряченное, заплаканное лицо, я понял, что мне это нравится. Нравится больше, чем должна была нравиться любая другая женщина в этом мире.

— Не мог, — подтвердил я, возвращая самообладание. — Я вообще до этого момента считал, что вы лишь приманка. Или враг. Или иллюзия.

— Нет. Я обычная девушка, — фыркнула она. — Девушка, жизнь которой превратилась в ад.

Ее слова повисли в воздухе, звонкие и полные отчаяния. Наша перепалка стала достоянием таверны. Вся веранда замерла, наблюдая, как простая официантка с чувством отчитала Инквизитора, а тот стоял и... терпел. Это было неслыханно. Это выбивалось из шаблона. Но мне было плевать на мнение окружающих.