Непостижимая Миссури. Книга 1

Глава 1.

За несколько дней до описываемых событий.

- Я ухожу!

Всего два слова, после которых мой мир рассыпался на части, как зеркало, в которое бросили камень. Мелкие осколки посыпались под ноги. Осколки моей жизни… моих планов, моих чувств. И, словно рыба, выброшенная волной на песчаный берег, я могла лишь открывать и закрывать рот, пытаясь подобрать нужные слова и глядя на то, как человек, ради которого я жила и дышала, сейчас спокойно собирал свои вещи, сбрасывая их в чемодан с таким видом, будто уже давно принял решение оставить меня.

Два года! Два чертовых года, которые я провела рядом с ним, помогая, поддерживая, делая все, что было в моих силах, чтобы он стал тем, кем стал, и вот теперь плата за мою любовь – холодность и безразличие. Я стояла и смотрела на Шона не понимая, чем провинилась и за что он поступает так со мной? И все еще не верила в реальность происходящего.

Может быть, это просто шутка? Да, глупая и жестокая, но шутка с его стороны? Может, он сейчас обернется и, взглянув на меня, одарит своей лучезарной улыбкой и скажет:

- Что, Мисси, попалась? – и рассмеется своим завораживающим смехом, так как умеет смеяться только он один на всем белом свете.

Но время шло и ничего не происходило. Шон продолжал небрежно укладывать чемодан, а я продолжала стоять истуканом и смотреть на него, еще не до конца осознавая весь ужас происходящего.

Наверное, стоило что-то сказать, попытаться остановить его, но я не могла даже слова произнести и только глупая широкая улыбка, еще минуту назад украшавшая мое лицо, медленно таяла, сползая восковой маской, а глаза предательски защипало от подступивших слез. Кажется, я даже подумала, что если разревусь, не передумает ли он уходить? Не бросится ли утешать меня? Но вовремя вспомнила о том, как Шон не любит и злится, когда я плачу.

Тем временем Шон закрыл чемодан и поставил его на пол рядом с другим, стащив с разобранной постели. Гулкий стук тяжелой обивки заставил меня вздрогнуть и я, наконец, закрыла рот, но только для того, чтобы почти сразу открыть его вновь.

- Шон! – голос мне не принадлежал. Это не могла говорить я, или могла? Такой плаксивый и жалкий он был.

- Шон! – повторила тихо и парень обернулся. В его глазах, таких красивых, серебристых, застыла насмешка.

- Что ты хочешь мне сказать, Мисси?

Шумно сглотнув, сделала шаг к нему навстречу.

- Я не понимаю… - проговорила слабым голосом.

- Что не понимаешь? – он повернулся и встал передо мной прямо. Высокий, отлично сложенный, красивый до умопомрачения с этими глазами цвета плавленого серебра и золотистыми вьющимися волосами ангела. Сердце в груди забилось с каким-то отчаянием, и я подумала, что не могу потерять его! Нет, этого просто не могло быть? Может, все сон и я сейчас проснусь?

- Я ухожу! – повторил парень. – С этого дня наши пути расходятся. Мы теперь принадлежим разным мирам и ты, - он замолчал, выдержав паузу, во время которой смерил меня изучающим взглядом, будто видел впервые. Скривился и продолжил, - ты для меня прошлое. Мое серое и невзрачное прошлое, которое я хочу забыть и оставить за спиной.

- Но как я буду жить без тебя? – прозвучало жалко и, даже понимая это, я не могла остановиться: - Я ведь…мы ведь…

- Что? – он насмешливо изогнул бровь. – Неужели ты думала, что я возьму тебя с собой? Посмотри на себя, Мисси! На кого ты похожа? Такая как ты будет лишь мешать мне. Ты – словно груз на моей шее, ярмо, от которого я желаю избавиться как можно скорее. Ты – мое прошлое, олицетворение всего, что я теперь хочу забыть.

- Но, как же так? – я шагнула в его сторону и умоляюще протянула руки.

- Разговор окончен! – отрезал он и, подхватив чемоданы, шагнул мимо меня к двери, ведущей на лестницу.

Резво развернувшись, я метнулась за ним, но Шон уже проворно сбегал по ступеням вниз, а я, как всегда неловкая, зацепилась носком кроссовки за ткань ковровой дорожки и едва не упала, вынужденная ухватиться за деревянные перила, да так и повисла на них, глядя вослед парню, которого любила больше всего на свете. А затем я увидела ее. Сперва даже заморгала, надеясь, что девушка, застывшая в дверном проеме просто мираж или плод моего разыгравшегося воображения, но она оказалась очень даже реальной и…очень красивой. Просто невозможно красивой. Стройная, высокая, с длинными тяжелыми волосами цвета золота и лицом, какие, наверное, мелькают только на подиумах и на обложках дорогих журналов. Она сама выглядела дорого в изысканной одежде – коротком платье и высоких сапогах, в кожаной куртке и сумочке через плечо, такой маленькой, что туда поместился бы разве телефон. А личико, будто у куклы: большие глаза, аккуратный маленький носик, полные губы, словно созданные для поцелуев и узкий подбородок.

Я поднялась на ноги и застыла, глядя, как Шон, небрежно поцеловав девушку в щеку, вышел вместе с ней из дома. Кажется, именно она захлопнула двери и скорее всего, так оно и было, ведь руки моего Шона были заняты тяжелыми чемоданами.

«Моего!» - подумала я и слетев по ступеням вниз, бросилась к двери, успев выскочить из дома, и даже сделать несколько шагов по подъездной дорожке, чтобы увидеть, как красное дорогое авто с откидным верхом, уносит моего Шона и эту девицу прочь от нашего дома.

Кажется, они смеялись в тот миг и девушка была за рулем. Ее длинные волосы развивались золотым шелком на ветру...

Кажется, в тот момент я и заплакала, наконец, понимая, что он действительно ушел и это не злая шутка.

Ушел.

Бросил меня.

Не знаю, сколько я еще простояла просто вот так, глазея на опустевшую дорогу. Мимо проехал какой-то автомобиль, затем автобус с детьми, потом еще долго мелькали незнакомые машины. Яркими пятнами проносились перед глазами, а я стояла, глотая слезы, не желавшие останавливаться, а затем повернулась и вернулась в дом, плотно затворив двери. И только там, за надежными стенами, укравшими меня от посторонних взглядов, дала волю своим чувствам и своему горю, разрыдавшись в голос.