Непосвящённая

Глава 1 Вдохновение

Тишина в квартире всегда помогала мне сосредоточиться на работе, но сейчас она была давящей, почти осязаемой. Так тихо бывает лишь в предрассветный час, когда даже город за окном будто задерживает дыхание. Я стояла посреди гостиной, прислушиваясь к безмолвию, и понимала: сегодня ко мне не придут ни сон, ни вдохновение. Последние главы книги лежали на душе тяжким грузом недосказанности, а моя героиня там, на страницах, жила той жизнью, о которой я только лишь пишу.

Пальцы судорожно искали пачку сигарет в кармане. Мне нужна была передышка, чтобы подумать, отделить реальность от вымысла.

Ирония заключалась в том, что у придуманной мной героини не было тех проблем, которыми полна моя собственная жизнь. Ей предстояло испытать ночь страсти — ту самую, после которой должен произойти крутой поворот сюжета, — в то время, как я, её создательница, застряла на ледяном сквозняке своей реальности в поношенном топе и растянутых шортах.

— Чёрт, — прошептала я, ощущая, как мурашки пробежали по коже.

Мысль о том, что хорошо было бы надеть тёплый халат пришла в голову слишком поздно: я уже стояла полураздетая в подъезде и вызывала лифт, чтобы спуститься на седьмой этаж в общую курилку.

Лифт беззвучно принял меня в свои зеркальные объятия. Двери закрылись, и кабина плавно поползла вниз. Я прислонилась к прохладной стене, встречая собственный взгляд в отражении. Тёмно-русые волосы ниже плеч, голубые глаза, талия, которую не испортили даже кофе и перекусы по ночам. Всё было достаточно гармонично.

Так почему же я здесь, в лифте, в три часа ночи, одна?

Возможно, потому, что я слишком хороша в создании лишь вымышленных миров? Мои герои любили так неистово, что от их страсти перехватывало дыхание у читателей. А я... Я лишь наблюдатель. Летописец. Призрак на пиру мною же придуманных страстей.

Где-то там, наверху, на столе меня ждала недописанная глава, прервавшаяся на сцене, обещавшей стать жаркой, дышащей, живой. А я направлялась к открытому окну в курилке, надеясь, что ночной воздух принесёт если не вдохновение, то хоть каплю смелости, которая была так необходима моей героине и, чёрт возьми, возможно, мне самой.

***

Я задумалась, пытаясь отыскать ответ на собственный вопрос, но вдруг резкий толчок и неприятный скрежет металла заставили меня вздрогнуть. Кабина дернулась и замерла. Сердце на секунду остановилось, а по спине пробежали мурашки. Прежде чем я успела осознать происходящее, двери разъехались, впуская в полумрак лифта нового пассажира.

Передо мной стоял... Боги, как его описать? Мужчина. Высокий, с влажными тёмными волосами, в простых спортивных шортах и футболке, под которой вырисовывался довольно внушительный рельеф мышц. Но больше всего поразили его глаза — тёмно-синие, как небо перед грозой. В них читалось то же недоумение, которое, вероятно, было и в моих глазах. Казалось, он так же не ожидал встретить кого-то в лифте в этот предрассветный час.

— Здрасьте... — Успела пробормотать я, чувствуя, как жар стыда заливает щёки.

Двери лифта закрылись, и в этот самый момент свет погас. Затем в шахте что-то громыхнуло и кабина окончательно встала на месте. В голове одна за одной проносились мысли: «Не может быть», «Это какой-то дешёвый хоррор», «Со мной такое никогда не происходит».

Телефон. Кошелёк. Ключи. Всё это осталось дома, на тумбочке рядом с ноутбуком. Кто мог подумать, что обычный ночной перекур обернётся таким испытанием? Я зажмурилась, стараясь дышать глубже, но воздух ощущался густым и тяжёлым.

Внезапно в лицо ударил слепящий луч. Я заморгала и прищурилась, пытаясь разглядеть источник света, хотя уже догадалась, что попутчик светит фонариком телефона.

— Эй, ты в порядке? — Раздался спокойный мужской голос. — Я Майк.

— Да, да, всё нормально, — слова посыпались слишком быстро и нервно, так, что собственный голос показался мне чужим. — Просто я немного... боюсь замкнутых пространств. У тебя с собой телефон? Слава Богу! А то я уже представила, как мы будем сидеть тут в полной темноте, пока нас не найдут. Я, кстати, просто вышла покурить...

Я замолчала, с ужасом осознавая, что тараторю как сумасшедшая. Волна стыда накатила с новой силой. Глупо, очень глупо.

Майк ухмыльнулся, я заметила, как он почесал затылок.

— Знаешь, я вообще в гостях у друга на восьмом. Тоже вышел покурить — и вот, попал. Впервые в жизни, если честно. Не знаю, что делать в таких ситуациях.

Он замолчал, и темнота снова сомкнулась вокруг нас, но на этот раз она уже не вызывала дискомфорта. Потом Майк снова повернулся ко мне, и луч света от фонарика скользнул по стене.

— Кстати, как тебя зовут? Ты так и не сказала.

Я почувствовала лёгкость, напряжение начало уступать место любопытству.

— А ты и не спрашивал! — Неожиданно для себя улыбнулась я. — Бель. Очень приятно.

— Красивое имя, — задумчиво протянул мужчина, и его пальцы сомкнулись вокруг моей ладони. Рукопожатие в полной темноте было твёрдым и тёплым. Его прикосновение длилось на несколько мгновений дольше необходимого. Слишком дольше. По руке пробежали мурашки.

Мы снова замолчали. Тишина нарушалась лишь звуками нашего дыхания — его ровного и моего всё ещё сбивчивого.

— Бель, раз уж мы тут застряли, давай познакомимся поближе, — вдруг предложил Майк, и в его голосе прозвучала нота неуверенности, будто он и сам удивился собственной смелости. — А то телефон скоро разрядится, и мы друг друга даже не увидим.

Я рассмеялась. Смех вырвался сам собой, и растворил остатки неловкости и напряжения. Ну конечно. Идеальная обстановка. Застрять в лифте с незнакомцем и рассказать ему, что пишу эротические романы и никак не могу закончить самую важную сцену в книге. Абсурд.

Но почему бы и нет? Разве это не лучше, чем погружаться в панику?

И я выложила незнакомцу всё: о писательском блоге, о героине, которая ждала жаркой любовной сцены, о своём разочаровании и творческих муках.