(не)правильная адептка военной академии Тар-Ваэль

Глава 1

Карета остановилась у черных врат академии Тар-Ваэль. Элина фон Эссель высунулась в окно, и едва не выпав на мостовую, и замерла.

Зрелище было величественным и пугающим одновременно. Академия вздымалась к небу башнями из черного камня, будто дракон, прилегший отдохнуть на Великом Пустоши. Говорили, что здание построили на костях побежденного древнего змея, и оттого любой, кто ступал на его порог, чувствовал чужую тяжелую магию. Элина чувствовала уже сейчас — давление на виски, слабость в коленях, противный звон в ушах.

— Ваша милость, — кучер, старый Фриц, служивший их семье двадцать лет, слез с козел и подал руку. — Приехали.

— Спасибо, Фриц.

Она взяла свой единственный саквояж — потертый, с гербом фон Эссель — и ступила на землю. Ноги дрожали. Впрочем, они дрожали уже третью неделю, с того самого дня, когда мать сказала: «Ты поедешь в Тар-Ваэль. У нас больше нет денег на домашних учителей, а незамужней дочери без дара и без приданого не выжить в большом мире без обучения».

Элина тогда хотела возразить. Сказать, что ее дар не просто «никакой», а смехотворный. Что она не выдержит военной академии. Что девушкам там не место, особенно таким, как она — тихим, неловким, вечно роняющим все из рук.

Но мать смотрела так, что все возражения умерли на губах.

— Ты фон Эссель, — сказала она. — Наша фамилия стара. Нас уважают. Если не за дар, то за имя.

Элина держалась. Сейчас, стоя перед вратами, она судорожно поправила ворот платья — единственного приличного, которое удалось сшить на остатки прошлогоднего бюджета, темно-синего, под цвет формы академии. Герб на груди сиял серебряной нитью.

Внутренний двор напоминал растревоженный улей. Сотни абитуриентов в добротных плащах — с золотой вышивкой, с фамильными драгоценностями, с холеными лицами и уверенными жестами — толкались перед длинным каменным столом, где заседали приемные экзаменаторы. Никто не выглядел так, как она: в скромном платье, с единственным саквояжем, без свиты и слуг.

— Имя? — герольд даже не поднял головы.

— Элина фон Эссель.

— Фон Эссель? — Он наконец взглянул. — Та самая?

— Если вы о роде, чей герб — серебряный волк на лазурном поле, то да, — ответила Элина ровно, как учила мать. — Я дочь Эдды фон Эссель.

Вокруг зашептались. Фон Эссель — древний род с севера, обедневший, но уважаемый. В свое время их предки сражались плечом к плечу с самим королем-основателем. И хотя теперь от былого величия остались лишь полуразрушенное поместье да фамильное серебро, которое потихоньку распродавали, имя и связи все еще имело вес.

— Проходите, — герольд указал в сторону стола. — Вас ждут.

Она пошла. Спина прямая, подбородок поднят — мать заставляла репетировать эту походку часами. «Ты не побирушка, ты фон Эссель. Даже если внутри трясешься, снаружи должна быть скала».

Скала внутри тряслась ужасно.

За приемным столом сидели трое. Седовласый маг с жидкой бородкой, который рассеянно проверял чей-то резерв. Женщина в форме полевого целителя — грузная, с добрыми, но цепкими глазами. И он.

Элина остановилась, как вкопанная. Лорд Кассиан Эйнар, ректор Тар-Ваэль, отставной генерал, герой трех войн, дракон — о нем ходили легенды, и каждая была страшнее предыдущей. Ему давали всего тридцать пять лет, хотя драконы жили дольше, и не сотню, а тысячу лет. Темные волосы падали на высокий лоб, глаза с отблеском алого — цветом крови, цветом ярости, цветом драконьего пламени.

Он сидел, откинувшись на спинку кресла, и вид имел такой, будто его оторвали от чего-то крайне важного. Присутствие двух сотен абитуриентов явно его тяготило. Элина даже подумала, что он ненавидит каждого из них персонально.

— Фон Эссель, — произнес он ее фамилию с таким выражением, будто пробовал на вкус испорченное вино. — Та самая?

— Если вы о роде, чей герб — се… — повторила она.

— Я умею читать, — перебил он резко. — У меня есть рекомендательное письмо от моего дяди, советника короля. Лорд Альбрехт просил «присмотреть» за одной абитуриенткой. — Он сощурился, и в этом взгляде было что-то сканирующее, неприятное.
— Это вы?

— Дядя моей матери знаком с лордом Альбрехтом много лет, — ответила Элина, стараясь не дрожать. — Он любезно согласился дать рекомендацию.

— Любезно, — повторил ректор с иронией. — Мой дядя не делает ничего любезно, адептка. Если он попросил «присмотреть», значит, за вами нужен глаз да глаз. Вопрос: почему?

Она не знала ответа. Мать сказала только, что лорд Альбрехт — старый друг семьи и что Элина должна лично поблагодарить его после поступления. Но о том, почему советник короля вообще согласился помочь, мать молчала.

— Я хочу учиться, — сказала она вместо ответа. — И готова доказать это на испытаниях.

Ректор смотрел на нее долго, тяжело, как на подопытное насекомое. Потом перевел взгляд на её документы, пролистал, задержался на графе «магический дар» и тихо, очень тихо хмыкнул.

— «Уровень: минимальный. Пригодность к боевой магии: отсутствует», — процитировал он вслух. — И вы хотите учиться в военной академии?

— Да.

— Почему?

— Потому что военная академия — единственное место, где женщина может получить высшее образование без приданого и опекуна, — сказала Элина слово в слово, как заучила дома. — И потому что мой род заслуживает, чтобы его имя продолжали достойные потомки.

Вокруг засмеялись. Кто-то фыркнул — видимо, дочь одного из баронов с тремя дипломами домашнего обучения.

Ректор не смеялся. Он смотрел на нее этим своим алым взглядом и молчал так долго, что Элина начала считать про себя. Пять секунд. Десять. Пятнадцать.

— Принята, — сказал он наконец и отложил её документы в сторону. — Но учтите, адептка фон Эссель: в Тар-Ваэль не смотрят на имена. Здесь смотрят на результат. Если ваш дар — действительно максимум того, на что вы способны, вы не протянете и месяца.

— Я протяну, — ответила она, и голос не дрогнул.