(не)правильная истинная для ледяного дракона

…пока не пнёшь – не полетит

Меня будто из ведра ледяной водой окатили.

Я стояла и смотрела, как Арвид целует Гэйнор, как его руки блуждают по её телу, и моё сердце буквально разрывалось на части.

Какая же я дура! Поверила красивым словам и поступкам. А ведь с самого начала было ясно, что я для Арвида – лишь экзотическая игрушка, которой он рано или поздно наиграется, а потом выбросит за ненадобностью.

А тут даже «играться» не стал – не дотерпел, нашёл игрушку посговорчивей.

Поперёк горла встал противный комок, а на глаза навернулись слёзы.

Не дожидаясь, когда представление, разворачивающееся на диване, перейдёт к кульминации, я выскочила за дверь.

В голове стучала только одна мысль: домой.

Вернуться домой, завернуться в одеяло и позволить себе оплакать собственную наивность и разбитые мечты.

И никогда больше не возвращаться в этот жестокий ледяной мир!

Полностью растворившись в своих переживаниях, я не заметила, как на пути у меня выросла преграда, и на полной скорости влетела в какого-то человека.

Тот, надо отдать ему должное, и сам устоял и, ухватив меня за локти, не дал упасть мне.

Вскинув голову и увидев, кого именно мне не посчастливилось повстречать на своём пути, я с трудом сдержала отчаянный стол.

Ну, конечно! Только Гарнета мне сейчас и не хватает.

– Алиса, какая встреча! – Гарнет широко улыбнулся, словно и впрямь был рад меня увидеть. – Неужели вы наконец-то сменили гнев на милость?

– Оставьте меня в покое! – я резко вырвалась из его захвата, нервно стирая слёзы со щёк.

Гарнет, заметивший моё состояние, тут же нахмурился.

– Что-то случилось? – обеспокоенно спросил он.

– Жизнь случилась! – эмоционально всплеснув руками, ответила я. – Кстати, поздравляю, ваша обожаемая сестрица таки добилась своего. Прямо сейчас она находится на пути к тому, чтобы стать императрицей.

– Что? – лицо Гарнета вытянулось в изумлении. – Что вы такое говорите?

Что-либо ответить я не успела.

Со стороны покоев Арвида донёсся дикий, полный боли женский крик, а затем дверь с грохотом слетела с петель и отлетела в противоположную сторону коридора, сметённая мощным порывом магии.

Гарнет тут же отстранил меня в сторону и бросился к покоям императора.

Я несколько секунд помедлила, растерянно глядя на осколки несчастной двери, а затем поспешила следом за ним.

В гостиной Арвида царила полная разруха: вся мебель была перевёрнута, а ледяные стены в нескольких местах «поплыли», словно по ним хорошенько так жахнули из огнемёта.

Гэйнор обнаружилась на полу – она корчилась от боли, закрывая лицо руками, а её роскошные белоснежные волосы были хорошенько так подпалены и утратили добрых две трети длины.

Сам Арвид стоял на коленях возле перевёрнутого дивана, тяжело уперевшись ладонями в пол, и шумно, надсадно дышал, и его всего трясло будто в лихорадке.

Гарнет, лишь мельком взглянув на сестру, бросился к Арвиду.

Однако стоило Гарнету только приблизиться, от Арвида повеяло обжигающим жаром, и Гарнет был вынужден отступить.

– Что происходит? – с тревогой спросила я.

Гарнет, даже не взглянув в мою сторону, решительно подошёл к сестре и опустился возле неё на колени.

– Да прекрати ты орать! – прикрикнул он на Гэйнор, с силой отнимая ладони от её лица.

У меня по спине пробежал мороз при виде жутковатых волдырей, покрывших некогда красивое лицо девушки.

– Моё лицо… моё лицо… – на одной ноте выла Гэйнор, заливаясь слезами.

– Что ты сделала, дура? – требовательно спросил её Гарнет.

– Я всего лишь хотела, чтобы он выбрал меня… – разрыдалась она.

А на меня, несмотря на всю серьёзность ситуации, вдруг накатило облегчение.

Арвид меня не предавал. Это Гэйнор воспользовалась его ослабленным состоянием и что-то сделала.

– Гарнет, – позвала я.

Тот раздражённо посмотрел на меня.

– Уведите её отсюда, – попросила я. – И пришлите целителя.

Гарнет пытливо посмотрел на меня, а затем, коротко кивнув, взял рыдающую Гэйнор на руки, после чего одним изящным, слитным движением поднялся на ноги и вышел из комнаты.

Арвид же вдруг покачнулся и, тихо, болезненно застонав сквозь стиснутые зубы, завалился на бок, потеряв сознание.