Неправильная ведьма для проклятого дракона

12.3

— Что? — удивленно пискнула я, а когда до меня дошло, обвинительно прошипела: — Издеваешься!

— Зеркало есть? — тихо и спокойно спросил Дэйван.

Я рефлекторно кивнула, не сразу сообразив, к чему он ведет.

— Вот и посмотри сама, раз мне не веришь.

Можно было бы надменно фыркнуть и не вестись на провокацию, но рука сама нырнула в карман штанов и достала многофункциональный артефакт связи. Наощупь раскрыла зеркальце и обомлела.

В окружающей тьме мои глаза сияли, как две серебряные начищенные монеты. Сердце заколотилось с удвоенной силой, и с каждым ударом по радужке проносилась яркая белая искра.

Это все было просто невозможно!

Удивление быстро сменилось страхом от непонимания происходящего.

— Мамочка, — испуганно пискнула я.

Пальцы неожиданно кольнуло магией пробудившегося артефакта. Я удивленно моргнула, а после запоздало осознала — кому случайно позвонила.

Страх мгновенно превратился в ужас. Хотела захлопнуть зеркальце, но из него уже раздался удивленно-озабоченный голос мамы:

— Лиля?

Я рефлекторно прижала артефакт к груди скрываясь из виду собеседницы. В панике я даже не успела сообразить и просто изменить настройки связи, а теперь было уже поздно. Потому что для этого требовалось посмотреть в зеркало и провести по нужным символам на оправе. А значит показать свои новые особенности Верховной.

Ужас! И что с этим делать я не представляла.

Я посмотрела на Дэйвана, в надежде, что он даст мне ответ. Но тот молча посоветовал глубоко подышать и в знак поддержки обнял за талию.

Ни то ни другое не помогло!

— Что-то случилось? — вновь спросила родительница, вырывая меня из панической круговерти мыслей.

Уровень тревоги в ее голосе увеличился.

«Вот только ее излишних переживаний мне не хватало! Я тут еще со своими не разобралась!» — мысленно взвыла я быстрой скороговоркой тихо запищала в ответ:

— Привет, мам. Ничего не случилось. Просто ты просила звонить тебе каждый день. Вот звоню и говорю, что со мной все хорошо.

— Уверена? — усомнилась Верховная. — Почему тебя не видно?

— Прячусь, — выдала один из честных ответов.

— От кого? — я по звуку почувствовала, что мама нахмурилась.

— От… — мужские руки на моей талии угрожающе сжались, и я вовремя прикусила язык. — От тебя, конечно.

— М-м, — многозначительно протянула родительница, а после чего вкрадчиво проговорила: — Дорогая, я не собираюсь мешать твоей личной жизни, лишь переживаю за твое самочувствие и хочу скорее увидеть дома.

— Вернусь я, вернусь, — заверила я ее. — Но потом. И все со мной хорошо, не переживай.

Под конец мой голос почти сошел на нет, а я напряглась, прислушиваясь к происходящему снаружи.

Кажется, кто-то стучал в дверь.

— Сейчас, ик, вашу ж… — откликнулся Ривок мастерски изображая пьяного. — Что б всех Тьма пожрала, не дадут отдохнуть!

— Все, мам, мне пора. Пока! — быстро распрощалась я, захлопнула зеркальце, разрывая связь, и с шипением потребовала у графа. — Хватит меня сжимать. Нельзя было сбрасывать без объяснений!

— Знаю, — коротко по-деловому сказал Дэйван и потребовал. — Тихо.

— Да я и так…

Договорить не смогла. Губы накрыл внезапный поцелуй.

Сердце подскочило к горлу, а в голове взорвалась ослепительная вспышка удивления.

«Он… он меня целует?!» — пронеслось в сознании, и время словно остановилось.

Я замерла, широко раскрыв глаза, не в силах поверить в происходящее. Тёплые губы Дэйвана прижимались к моим. В ответ мужчина смотрел мягко, уверенно и… пытливо. Он ждал моей реакции.

А я… А я пыталась перестать чувствовать, как от чужого прикосновения расползается жаркая удушающая волна, и наконец-то начать бесшумно сопротивляться, чтобы нас не услышали мои несостоявшиеся похитители.

Вот только ничего не получалось!

Медный взор затягивал в свои глубины, а каждое, даже самое легкое, движение распространяло по телу мурашки, от которых все внутри сжималось, усугубляя ситуацию.

Я торопливо зажмурилась в попытке вернуть себе самообладание и способность трезво мыслить. И сделала тем самым только хуже. Поцелуй стал ощущаться куда ярче, до перехваченного на вдохе дыхания, до головокружения, от которого подкашиваются колени.

Дэйван не дал мне рухнуть на дно, крепче прижав к себе, но краткое чувство падения на долю секунды отрезвило. Я испуганно распахнула глаза в намерении вернуть власть над телом и отстраниться.

Но стоило мне дернуться назад, граф зарылся пальцами мне в волосы и обхватил затылок, лишив малейшей возможности для маневров.

«Да что он себе позволяет?!» — мысленно пропищала я и попробовала укусить дракона за так внезапно удачно подвернувшуюся нижнюю губу.

Получилось! Даже лучше, чем я планировала. По языку скользнул металлический привкус чужой крови.

Разряд страха пролетел по позвоночнику, заставив меня замереть и во все глаза уставиться на Линдэрана. Как он отреагирует, я не знала.

Ответный взор вспыхнул медным огнем и потерял всякое сходство с человеческим, а объятья стали напоминать стальной капкан.

— Моя ведьма, — не отрываясь от меня, едва слышно проговорил Дэйван, вызвав у меня очередную волну жара, которая попыталась смыть остатки сознания в неизвестные дали.

А может, мне это послышалось, и он что-то другое сказал?

Неужели я настолько сошла с ума?

«Нет, пока у меня осталась хоть капля разума, его словам не сбыться! Я так сказала!» — поставила я точку в урагане мыслей и, с силой зажмурившись, попыталась укусить зарвавшегося дракона еще раз.

Жаль, у меня опыта в подобных сражениях было куда меньше, чем у него. А моя удача привычно отвернулась в другую сторону.

Легко воспользовавшись ситуацией, Дэйван углубил поцелуй. Мои попытки выдворить его обратно не приносили нужного результата. Они превращались в завораживающий и страстный танец, от которого не только внутренности томительно сжимались, но и связь с реальностью истончалась настолько, что низкие чужие голоса за деревянной перегородкой превратились в тихий неясный гул. Поэтому, когда вокруг все озарилось ярким светом, я даже не поняла, что это кто-то распахнул двери шкафа.