Непримиримые противоречия

Глава 9.4 Превратности

Совсем скоро приватная беседа окончательно исчерпала себя, и Анна вернулась в главный зал, перед этим в мягкой форме предупредив Роуз, что следовать за ней не нужно, дескать, ей необходимо побыть одной.

Девушка понимала, что львиная доля её умозаключений базируется на интуиции, однако это не мешало ноющей пустоте внутри распространяться сродни болезни, грозящей в любое мгновение лишить её жизненных сил.

Будучи безразличной ко всему происходящему, она не сразу осознала, что дала согласие на танец с мужчиной, на лицо которого даже не потрудилась взглянуть. Кажется, объявили кадриль. Анна кружилась в танце, двигаясь механически, без должного энтузиазма, что наверняка смущало, а может, и удручало её партнёра, однако ей было всё равно. Снова и снова её терзал вопрос: почему у неё есть всё, но нет главного — возможности быть любимой человеком, которому она искренне желает посвятить всю себя? Неужели она этого совсем не заслужила? Ведь её чувства чисты, в них нет корысти. Так почему? Почему судьба настолько неблагосклонна к ней? Зачем мучает, зная, что она не в силах избавиться от привязанности, которая крепла много лет подобно дереву, пускающему в землю глубокие корни?

Это так нечестно! Неправильно! Несправедливо!..

Когда фигуры сменились, лихорадочный поток мыслей Анны резко прервался. Распознав ставшего её новым партнёром мужчину, она едва не оцепенела.

Киан испытал изрядное удивление, поняв, что своим появлением привёл девушку в растерянность. Тогда он ободряюще, почти ласково улыбнулся и чуть крепче приобнял её за талию, как бы призывая сохранять собранность во избежание ошибок. Сам он двигался легко и непринуждённо, будто совершенно не испытывая неудобств от того, что его партнёрша с трудом переставляет ноги.

— Чёрный атлас… Смелое решение, — заметил он. — Вам очень идёт. В который раз убеждаюсь, что вы обладаете талантом подбирать туалеты, способные подчеркнуть вашу исключительную привлекательность настолько полно, насколько это вообще возможно.

— Мне… Я искала тебя, — на выдохе произнесла она.

— И вы нашли.

— Похоже на то.

Киан нахмурился: он не припоминал, чтобы Анна изменяла своей привычке держаться гордо и надменно вне зависимости от обстоятельств.

— Вас что-то тревожит, мисс?

Девушка отрицательно помотала головой, но то была жалкая ложь, ибо на её побледневшем лице явственно отражалась смесь боли, обиды и разочарования. Киан насторожился ещё сильнее, но сказать ничего не успел, поскольку произошло очередное перестроение, и он был вынужден перейти к другой партнёрше.

К моменту окончания танца Анна, наконец, полностью сумела совладать со своими эмоциями. Она твёрдо решила прекратить заниматься добровольным душевным самоистязанием, поскольку в этом не было никакого смысла. Всё, абсолютно всё было бессмысленным. Она не нужна Киану — глупо пытаться и дальше подвергать сомнению эту простую истину, ровно как и незачем признаваться в чувствах, до сих пор безжалостно гнетущих её измученное сердце. Ему и так обо всём известно, в противном случае он бы не проявлял демонстративную отчуждённость в надежде вынудить её принять нынешнюю данность такой, какая она есть. И Анна примет. Пусть не изменит, но временно отступится от своих принципов — и примет.

В конце концов, разве всё это время она не выглядела до отвращения жалкой наивной девицей, тщетно силящейся добиться взаимности от мужчины, который уже давно не иначе как одержим целью оттолкнуть её от себя?

Вопрос однозначно риторический.

«В какой момент твоя хвалёная гордость перестала быть достоинством, Анна? — спрашивала она себя. — Когда твоё самомнение выросло настолько, что разум оказался не в силах сохранять контроль над чувствами? Глупое ты, невежественное создание!..»

Преисполнившись решимостью абстрагироваться от всяких чувств, способных помешать заполучить ответы на вопросы, ради которых она, собственно, и явилась на этот приём, Анна отыскала Киана неподалёку от выхода в холл и в деловой манере потребовала, чтобы он немедленно разъяснил ей ситуацию.

— Резкая перемена вашего настроения меня немного пугает, мисс Хэмптон, — отозвался собеседник, театрально передёрнув плечами. — Вы хорошо себя чувствуете?

— Я чувствую себя совершенно прекрасно, — раздражённо отмахнулась она, давая понять, что ей не до шуток.

— Что ж, тогда мне нет нужды волноваться.

— Прекращай увиливать от ответа, Киан! Каков твой план?

Уголки губ мужчины приподнялись в загадочной полуулыбке. На протяжении всей паузы, намеренно выдержанной Кианом, они безотрывно смотрели друг на друга, и Анна на мгновение почувствовала, что готова расплакаться от беспомощной мысли, насколько всё-таки неподделен чужой взгляд, лишённый всякого намёка на былую теплоту.

Наконец, Киан с подчёркнутой галантностью взял её ладонь в свою и, поднеся к губам, поцеловал.

— Когда придёт время, мой дворецкий найдёт вас и проводит в место, где вы сможете без труда расслышать всё, о чём будет вестись наша с мистером Хэмптоном беседа, — произнёс он размеренно. — А пока, мисс, я должен вас покинуть, так что прошу меня простить…

Прервав тактильный контакт, Киан скрылся в холле. По спине Анны уже не в первый раз пробежался неприятный холодок, напомнив о незримом присутствии плохого предчувствия.