Неприятности Этны Росс

Глава 6

– Больше так не делай, – тихо сказал Аверс, склонившись над кроватью.

Его пальцы поправили подушку, откинули с моего лица растрепавшиеся пряди, на миг обдав теплом. Затем он порывисто выпрямился и покинул дом.

Вернулась Селена и замерла у окна, вглядываясь в сумерки сквозь кружевную занавеску.

– Взгляд такой тяжелый. Ух! Мороз по коже… – донеслось до меня бормотание.

Ничего подобного я не замечала. Но до недавнего времени мне и не доводилось сталкиваться с Кеем де Аверсом так близко, чтобы заглядывать в светло-голубые глаза, похожие на дорогой целестин.

Селена медленно подошла к кровати, поставила глиняную кружку на стул и помогла мне приподняться.

– Мясной бульон, – пояснила она. – Потерпите до утра, госпожа. Встану пораньше и сварю питательную кашу с протертыми ягодами. Вы любите клубнику? А малину? Сама сажала. В этом году уродились ягодки на славу!

Света, исходящего от свечей, не хватало, чтобы как следует разглядеть осунувшееся лицо напротив. Тени играли на смуглой коже, выделяя острые скулы, треугольный подбородок и прямой нос.

Выгоревшие на солнце волосы были убраны в тугую косу и перехвачены зеленым шнурком. Седина еще не успела их коснуться, но блеск уже угас. У глаз и рта собрались морщинки, но явно не от смеха, а от привычки щуриться и поджимать губы.

Мой взгляд скользнул ниже. Платье простое, поношенное, сшитое из грубого сукна. Почему Селена носила такую плотную одежду летом? Обычному человеку должно быть в ней жарко. Вернувшись к ее лицу, я заметила крупные испарины на лбу.

Смущенно улыбнувшись, Селена поставила опустевшую кружку прямо на пол, достала платок из кармана передника и приложила к вискам.

– Госпожа?

– Мне не нравится это обращение. Сколько вам лет?

– Мне-то? – Селена будто растерялась и помяла край платка. – Двадцать семь…

В комнате повисла пауза. Холодный разум анализировал услышанное. Пожалуй, жизнь в подобном месте и вечный труд оставляли свои отметины.

– Зови меня просто Этна. Я не из благородных. К тому же младше на два года. Спасение твоего сына и наличие магии – не повод обращаться ко мне, как к важной особе.

– Хо-хорошо. Как скажете… скажешь! Ты отдыхай, а я к Мирошу на печку. Крепкого сна.

Селена задула свечи, и комната погрузилась во мрак. Сначала осторожные шаги, затем и шорох одежды окончательно стихли. Я лежала неподвижно и вглядывалась в темноту.

Бездна продолжала изощренное наказание. Душа будто вымерзла. Внутри властвовала настоящая зима в противовес лету за окном. Сон все никак не шел, и я безэмоционально размышляла о последних днях.

Моя жизнь перевернулась с ног на голову. Тихая, размеренная и распланированная. Я не была готова к переменам. Пожалуй, притупленные эмоции оказались благом.

Почему? Этот вопрос не давал мне покоя с той самой ночи перед поездкой. Для чего Аверс подыграл? Как нашел меня в лесу и зачем спас? Духи ведь не вступают в контакт с людьми. То ли из политических убеждений, то ли из личных принципов. Доподлинно неизвестно, но факт остается фактом.

Само появление «небесной тройки» в Академии вызвало бурную реакцию. Страх и любопытство овладели разумами адептов и даже преподавателей. А уж сколько городских зевак ежедневно собиралось у ворот МАТ.

Однако ни Аверс, ни Авель, ни тем более Гриц – никого к себе не подпускали. Общались с преподавателями вежливо, но подчеркнуто холодно. Пытающихся подружиться адептов они и вовсе игнорировали.

Шуршание ткани разорвало ночную тишину. Дрожащая от холода рука легла на живот. Духи – не люди, даже если внешне похожи на нас. Я убедилась в этом воочию. В их жилах течет голубая кровь. Столь неестественная и чуждая... Моя природа вошла в резонанс с магией Гриц. Если бы не наказание Бездны, боль была бы невыносимой.

***

Селена стояла в дверях крохотной кухни, прижимая к боку сына, и просила одуматься:

– Этна, прошло всего три дня, как ты очнулась! Ну куда ты?

– Работать.

Сон после пережитого у Мироша стал чутким. От возни и перешептываний он проснулся и прибежал на голоса. Укладываться обратно на печку он наотрез отказался и мельтешил рядом. Я поправила одолженную шаль на плечах и провела ладонью по коротким волосам.

Эмоции не вернулись, но хотя бы тело перестала сотрясать мелкая дрожь. Я прибыла сюда на практику, а не отлеживать бока, оправдываясь глупым поступком, который «геройским» назовут разве что жители Селинки. В Академии же меня ждет строгий выговор или же отчисление прямо с выпускного курса.

М-да. Хорошо, если дело удастся замять и все-таки получить диплом. Но для этого я должна за оставшуюся неделю доказать, что достойна звания боевого мага.

Небо едва посветлело, а значит, время еще есть. Не успела я открыть дверь, как Мирош потянул за край шерстяного платья, тоже одолженного Селеной. Большие зеленые глаза посмотрели на меня с мольбой, пальцы что-то начертили в воздухе.

Как оказалось, ребенок не разговаривал. Почему? Никто не знал. Средств, чтобы выбраться в город и оплатить услуги лекаря, не водилось в этой маленькой семье. Деревенские привыкли различать жесты мальчика, а вот я растерялась.