(не)признанная Фениксом

Глава 4

Я глухо застонала, сжимая разламывающуюся на осколки голову ладонями, в которой только что флешбэками проскочил весь последний год, прожитый, на Фьёре.

Посмотрела в окно. Ночное небо вовсю боролось с розовыми всполохами рассвета.

С силой потёрла глаза и вновь застонала. Голова трещала, словно по ней били колуном, в ушах шумел прибой, а рот забила вязкая слюна с привкусом чего-то прокисшего.

Нет, пить — это точно не моё. Даже шанса второго этому сомнительному решению всех проблем давать не буду!

— Всегда удивлялся твоей неспособности себя исцелить, ― неожиданно прозвучало из дальнего угла, где стояло моё любимое кресло, в котором я обожала читать по вечерам.

Подпрыгнув на кровати, резко принимая сидячее положение, стала вглядываться в темноту, стараясь разглядеть говорившего. Из-за головной боли не узнала голос, вторгнувшегося в моё личное пространство. Зато по силуэту сразу поняла, что это босс собственной наглой персоной.

— Что-то не слышала, как ты стучал? ― не скрывая недовольства в голосе, встала с кровати и подошла к окну, раскрывая его уже полностью. Ночная прохлада обдала ароматом прелой травы и сырой земли. Ночью опять шёл дождь.

С шумом набрала в лёгкие свежего воздуха, наслаждаясь мимолётным облегчением, мысленно соглашаясь с боссом. Сама не понимала почему. Но не могу исцелить сама себя. Единственный раз, когда это получилось, было моё принятие огня. Тогда я и от рака излечилась, и внешность свою, не затронутую болезнью, вернула.

— Это пока ещё мой дом, что даёт мне право быть там, где я хочу быть, и когда я хочу быть, ― прилетело в ответ на моё возмущение. Тон начальства мне не нравился, как и ночной визит.

― И часто ты пользуешься своим правом? ― в этот раз мужчина промолчал, лишь перекинул ногу на ногу и скрестил руки на груди. ― Что тебе нужно, Бруно? ― задала второй вопрос, так и не дождавшись ответа на первый.

― Мне нужны ответы, Рита: а, ответы…

― Хорошо, получишь, только утром и в твоём кабинете, ― теперь я скрестила руки на груди и возмущённо посмотрела на тёмный силуэт в углу.

― Ты думаешь, я пришёл сюда, чтобы уйти и дожидаться утра? ― Лис поднялся на ноги и сделал шаг в моём направлении. ― После того, как заявила, что уйдёшь.

Мужчина медленно приближался, заставляя меня терять уверенность, что этот разговор закончится, так и не успев начаться.

― Я не хочу говорить с тобой, Бруно, здесь; прошу, уходи, поговорим в твоём кабинете, ― предприняла ещё одну попытку уговорить мужчину отступить.

― Я не уйду отсюда, Рита, пока не услышу всё, что меня интересует, ― расстояние между нами неумолимо сокращалось, сердце бешено забилось, предчувствуя недоброе.

― Хорошо, спрашивай, ― резко шагнула вперёд, остановив своим выпадам наступающего Лиса, и тут же стремительно обогнула его, быстрым шагом подошла к креслу, которое только что покинул Бруно, и села в него, взглядом проверяя, на месте ли канделябр: его тяжести должно хватить, если вдруг придётся отбиваться.

Лис какое-то время постоял спиной ко мне, словно раздумывая, с чего начать, затем медленно развернулся и посмотрел в мою сторону. Я демонстративно положила руки на подлокотники кресла, готовясь к его следующему манёвру, на что босс чуть слышно хмыкнул и уселся на подоконник.

― Я никогда не спрашивал тебя, откуда ты и почему не хочешь, чтобы о твоём даре знали, ― начал тихо Лис, почему–то, опустив голову. ― Я принял тебя в свою команду не потому, что должен был Аре. Нет. Я сам захотел, чтобы ты осталась, как только увидел тебя. Такая хрупкая, но столько силы во взгляде! Ты говорила со мной на равных, не пытаясь торговаться и выпрашивать лучшего куска за свой редкий дар, хотя просить могла многого. И я сразу понял, что если не здесь, то в другом месте, ты обязательно найдёшь то, что ищешь.

Внезапное откровение Бруно заставило замереть. Сейчас его слова не казались игрой: он говорил, чуть разбивая ночную тишь своим бархатным баритоном, иногда запинаясь и постоянно глядя в пол, а я сидела и смотрела на этого мужчину, опустившего свои сильные плечи, и пыталась понять, что чувствую, уже приблизительно понимая, к чему идёт разговор.

― Я дал тебе возможность, как ты тогда выразилась: «быть полезной». С тобой моя команда стала чувствовать себя неуязвимой. Каждый из моих ребят, включая меня, готов жизнью за тебя рисковать, ― здесь Бруно поднял голову и посмотрел на меня. — Это задание должно было быть последним, что для тебя, что для меня. Я хотел…

― Не надо, Бруно, не продолжай, ― сама не знаю почему, но я остановила это откровение. Быть может, потому, что трусиха, а может, просто не была готова вновь открыть сердце: обожглась однажды, больше не хочу. Я давно заметила интерес Лиса ко мне, поэтому всегда держала расстояние, не позволяла переходить черту рабочих отношений, и до этого момента думала, что босс принял мой бессловесный отказ. По крайней мере, хотела в это верить, глядя на его постоянные забеги к одной вдовушке из Каменных кварталов. ― Прости, но что бы ты сейчас ни сказал, это не изменит моего решения.

― Но почему? Ри? Что не так в твоём даре, почему ты не хочешь, чтобы о нём знали? ― он чуть поддался вперёд, но не встал.

― Я не могу тебе этого сказать, Бруно, ― врать не хотелось, но правду я не могла сказать. ― Хочу сказать тебе только одно ― спасибо! Ты и ребята стали для меня семьёй. Этот год был самым ярким за всю мою жизнь, здесь я чувствовала себя в безопасности и по-настоящему счастливой. Каждый из вас оставил след в моём сердце. Но я уйду, как только выполню это задание.

― Почему?

― Потому что я хочу жить, Бруно, ― здесь я осеклась: всё-таки сказала лишнего. Ну всё, теперь мне точно не выйти из этой комнаты без объяснений!

― Он угрожает тебе? Вы знакомы? Это поэтому он так на тебя смотрел? ― Лис тут же зацепился за мою оговорку, подтверждая мои опасения.

― Нет, мы не знакомы. Точнее, виделись однажды, но тогда я была совсем другой. Он не мог меня узнать, я сама себя узнавала в то время с трудом. И пока феникс не знает, кто я, угрозы он для меня не несёт, ― пришлось как можно туманней давать ответы на этот поток вопросов.