(не)проблема для орков

ГЛАВА 1

Стояла та самая, идеальная для важных переговоров погода, когда солнце светит, но не печет, птицы поют, но не оглушительно, а ветерок развевает знамена ровно настолько, чтобы это выглядело эпично, а не как чрезвычайное происшествие.

Мы с Сорганом – уже мужем, кстати, церемония у орков была незабываемой, с клятвами на боевом топоре и моим торжественным обещанием не пытаться его «цивилизовать» – стояли на холме и наблюдали за приближающимся караваном. Не караваном – процессией. Впереди на белом коне восседал мой отец, мэр Джонатан Смитт. Лицо его было торжественным и слегка озабоченным, будто он вез не подарки для заключения мира, а собственноручно пойманную и упакованную в коробку грацию.

– Ну что, мой дикарь, – толкнула я Соргана локтем в бок. – Готов к встрече с цивилизацией? Смотри, не испугайся фраков и блестящих пуговиц.

– Я уже видел самое страшное, что может предложить цивилизация, – хмыкнул он, не отрывая глаз от моего отца. – Твое лицо, когда ты обнаружила, что я не умею пользоваться вилкой для устриц. После этого любой мэр – сущие пустяки.

Я фыркнула. Он, конечно, врал. Вилкой для устриц он орудовал с убийственной точностью, что окончательно убедило меня в его аристократическом прошлом. Но признаваться в этом было ниже его достоинства.

Караван подъехал к окраине стойбища, где орки выстроились в нечто среднее между почетным караулом и строем для атаки. Казгар, наш старейшина, выступил вперед. На нем был не доспех, а парадная накидка из шкуры пещерного медведя, от которой за версту пахло камфорой и несокрушимой волей.

– Джонатан Смитт! – прогремел Казгар, обходясь без всяких «ваша светлость». – Твоя кровь течет в жилах нашей сестры! Твой огонь согревает наш очаг! Добро пожаловать!

Папа, слегка побледнев от такого поэтичного, но громкого приветствия, спешился.

– Старейшина Казгар! – его голос, привыкший к залам заседаний, прозвучал немного жидковато на фоне орочьего баса. – Я рад… то есть, я в восторге видеть представителей столь доблестного народа! И, э-э-э… привез подарки!

Он сделал знак, и слуги начали выгружать ящики. Орки с любопытством взирали на это действо.

– Что в ящиках, вождь людей? – проревел Казгар. – Золото? Самоцветы? Заточенные духи врагов?

– Пироги! – торжественно объявил папа. – Яблочные, мясные, грибные! И… э-э-э… несколько бочек отменного эля!

Наступила пауза. Орки переглядывались. Пироги явно не входили в их список ожидаемых сокровищ.

– Пироги? – переспросил Казгар, склонив голову набок. – Это съедобное?

– Папа, – быстро вступила я, выходя вперед. – Это великий дар! У орков пироги считаются… э-э-э… пищей мудрецов и героев! Правда, Казгар?

Казгар посмотрел на меня, потом на пироги, потом на Соргана, который одними бровями изобразил ему целое послание, смысл которого был: «Да, давай, соглашайся, Марта испекла, ты не представляешь, какого труда ей это стоило».

– Да! – наконец рявкнул старейшина. – Пироги! Пища героев! Мы примем твой дар, Джонатан Смитт!

Напряжение спало. Пироги понесли к общему кострищу, а папа, вытирая платком лоб, подошел ко мне.

– Доченька, ты уверена, что они… не обидятся? Я мог бы привезти оружие, ткани…

– Папа, они видят оружие каждый день, – успокоила я его. – А вот пирог с вишней… это диковинка. Ты сделал все правильно. Главное – не упоминай про эль, пока Казгар не попробует хотя бы пол-пирога. Иначе переговоры превратятся в народные гуляния раньше времени.

Переговоры начались в Большой Палатке – огромном шатре из шкур, где на грубо сколоченных столах уже красовались те самые пироги. Я сидела между отцом и Сорганом, исполняя роль переводчика и, по совместительству, гасителя конфликтов.

– Итак, – начал папа, разворачивая пергамент. – Мы предлагаем наладить регулярные поставки зерна, железа и… э-э-э… тех самых пирогов, в обмен на вашу древесину, целебные травы и руду.

– Зерно – хорошо, – кивнул Казгар, с подозрением ковыряя вилкой в мясной начинке. – Железо – тоже. А зачем нам твои пироги на постоянной основе? Мы не дети.

– Это… стратегический запас! – нашлась я. – Представь, зима, вьюга, враги у ворот. А у тебя в запасе пирог! Поднимет боевой дух! Враг почует запах и сбежит, объятый страхом!

Казгар задумался, жуя кусок пирога. Лицо его просветлело.

– В этом есть логика, – признал он. – Запах действительно… устрашающий. В хорошем смысле.

– А мы, – подхватил Сорган, ловко подсовывая старейшине еще кусок, на этот раз с яблоками, – можем предложить людям не только руду, но и своих мастеров. Наши кузнецы не знают равных в обработке горного кристалла. Ваши алхимики платят за него золотом весом с сам кристалл.

– И охрану караванов, – добавил я. – С вашими воинами никакой разбойник не рискнет напасть. Это сэкономит отцу кучу денег на наемниках.

Папа смотрел на нас, широко раскрыв глаза. Он явно не ожидал, что его дочь, которая еще недавно путала подорожник с чем-то ядовитым, теперь будет с легкостью оперировать понятиями вроде «логистика» и «экономическая эффективность».

– Вы… вы все продумали, – прошептал он.