(не)проклятая невеста, или Избранница кронпринца

9

Следующие несколько дней проходят примерно так же, как и наш с Каем первый совместный завтрак.

Слаженно, дружно, во взаимной заботе друг о друге и подчеркнутом уважении.

И в то же самое время волнительно, неоднозначно, будоражаще и на грани соблюдения границ приличия.

Я отбросила свою вечную тягу к самокопанию и анализу происходящего. Я понятия не имею, что происходит, но искренне наслаждаюсь каждой минутой и секундой моей новой реальности.

– Надо будет снова ногу осмотреть после ужина, пора. Отек спал, боль прошла, если действовать по инструкции, то теперь нужно убирать повязку и пользоваться одной мазью И обязательно разумно нагружать конечность, окончательно восстанавливая ее, – произношу, поглощая пищу. – Ты так здорово готовишь, давно я не ела чего–то настолько вкусного! Если бы не моя уверенность в твоем высоком происхождении, решила бы, что ты повар при богатом вельможе, – непринужденно смеюсь.

– Просто некоторым не дано готовить, – намекает Кай на меня. – Удивляюсь, как ты выжила и не превратилась в скелет с такими талантами!

– Попрошу! – притворно возмущаюсь. – Зато я тебя вылечила.

– Да, вылечила, – соглашается Кай, мгновенно погрустнев.

– Что с тобой? Ты не рад? Предпочел бы неработающую ногу? – не понимаю причины смены его настроения.

– Рад, конечно, не говори глупости. Просто мое выздоровление означает, что нужно двигаться дальше. У меня ведь было дело, до того, как я упал с лошади в твоем лесу, – он тяжело вздыхает. – И отец наверняка волнуется. Хотя я бы предпочел остаться в твоей башне. Сроднился уже с ней, знаешь ли.

В подсознании всплывает портрет Виолы, должно быть, именно к ней он и ехал.

Теперь грустно становится и мне.

– Не так здесь и хорошо на самом деле, – выдавливаю улыбку, – тебе просто повезло, что ты путешествуешь летом. Зимой дует из оконных щелей, как бы я их не закрывала тряпками. Да и дрова нужно постоянно добывать, чтобы не замерзнуть. Признаться, в этом году думала, не выживу, замерзну. В прошлом было легче, тогда мне еще привозили дрова и еду.

– О, хм, – глубокомысленно восклицает Кай, а я досадливо поджимаю губы. Слишком разоткровенничалась, – ясно.

Он больше ничего не добавляет, но я вижу по глазам, что он сделал правильные выводы. Кай вообще довольно умен, и ему несложно раскрывать детали моей жизни по случайно оброненным фразам.

И пусть. Свою фамилию я ему все равно не скажу.

И имя рискованно. Слишком оно у меня редкое и звучное, как бы не понял по нему, кто я такая.

– А ты так и не сказал, мы в Верглаву отправимся? – неумело пытаюсь перевести тему разговора.

– Я говорил. В провинцию Сюит. И ты об этом прекрасно помнишь, – широко улыбается Кай.

– Ладно, – отвожу глаза, – я уберу и готова заняться своим пациентом.

– Я помогу, – останавливает меня Кай за руку, посылая уже ставшие такими привычными мурашки, – Амина.

– Хорошая попытка, Кай, – улыбаюсь, смотря на него из-под полуопущенных ресниц, – но нет, мое имя не Амина. И даже не Аннабет, и не Аналоиза.

– Я бы о таком ни за что не подумал, – он хмурится, – тебе не идут эти вычурные имена.

– Но ведь имя дается нам родителями при рождении, они не могут знать заранее, подойдет ли оно во взрослом возрасте их чаду или нет. Твои рассуждения не объективны, – пожимаю плечами, собирая посуду.

– Верно, дается, – соглашается Кай, помогая мне, – но в том–то и дело! Человек, живя так долго с со своим именем, как бы срастается с ним! Приобретает черты, присущие тому или иному! Вот я, например, истинный Кай! Не находишь?

– А–хах, – тоненько смеюсь, – тебе очень идет это имя. Оно отчего-то откликается в моем сердце теплотой. Но я не знаю, истинный ли ты Кай или нет, это имя в переводе означает «царь», «король», правитель в общем.

Тут на моего гостя набегает тень, он перестает улыбаться, его настроение неуловимо меняется.

– Неудачный пример я привел, – произносит он задумчиво. – Тем не менее, Аннабет и Аналоиза тебе точно не идут! Так и знай!

– Ты бесподобен, – качаю головой.

Мы быстро справляемся с домашними делами и располагаемся в комнатушке, заменяющей гостиную.

– Ладно, осматривай мою ногу, не буду я прятаться от внешнего мира, как бы не хотелось, – произносит Кай, тяжело вздыхая и протягивая мне свою ступню.

Мне хочется его как–то поддержать, сердце щемит от его грусти, и я неожиданно произношу.

– Меня зовут Лия, это сокращенная форма имени, но уже моего, настоящего, на этот раз я правду говорю.

– Лия, – растягивает Кай, восторженно глядя на меня, – означает «грациозная», «красивая». Это про тебя.

– Но это лишь короткая форма! Мое полное имя другое, и значение оно имеет тоже другое, – торопливо добавляю, разбинтовывая ногу и попутно ощупывая ее. – Ой, она действительно как будто зажила, у меня получилось!

Поднимаю на Кая счастливые глаза, а он уже наклонился ко мне.