Непропорциональная ответственность

Глава 1. Точка отсчёта

Рюкзак, набитый учебниками, шлёпнулся на пол у самого стола. Наконец-то дом. Восемь вечера. У Матвея осталось буквально пару часов, чтобы позаниматься своими делами. Он уже тянулся к компьютеру, когда в кармане вздрогнул телефон. «МАМА».

— Мотя, сынок, ты уже дома? — мамин голос звучал устало, но настойчиво. — Ксюша, наверное, уже сделала уроки... Поиграй с ней, а? Нам в итоге пришлось вернуться в офис, дела...

— Опять? Вы третий день до ночи на работе! — он хотел крикнуть, но голос сел на полуслове. — Я тоже устал!

— Мотя, ты же старший, — спокойно парировала мама. — У нас с папой сложная неделя, а Ксюше одиноко. Поиграй с ней чуть-чуть, почитай на ночь, она уснёт — и свободен. Ты же справишься.

— Ладно, — выдохнул он, сдаваясь. — Во сколько вас ждать?

— Не знаю. Не знаю, сынок.

Он швырнул телефон на кровать. Старший. Значит, вечно крайний.

Детская напоминала поле боя, где победили мягкие игрушки. Ксюша, сидя посреди руин, что-то бормотала двум куклам.

— Мама с папой скоро? — её глаза вспыхнули надеждой, которая резанула больнее, чем мамины упрёки.

— Нет. Работа.

Она надула губы. Надежда погасла, сменившись обидным пониманием.

— Ну что, — он плюхнулся на ковёр, чувствуя себя идиотом. — Во что сегодня?

— В семью! — она сунула ему в руки лохматого пса. — Это ты. Папа.

Час он был плюшевым отцом. Собственная жизнь тихо гасла в телефоне: непрочитанные сообщения, мемы и канал любимой футбольной команды. Потом — зубная паста, пижама, книга.

— Почитаешь? — она спросила так, будто это величайшая награда.

— Да. Про кролика Питера?

— Угу! Спасибо! — довольно ответила девочка, кутаясь в одеяло.

Он читал монотонно, торопясь к финалу, но краем глаза видел, как она замирает на каждом слове, как её пальцы следят за рисунками. Закрыв книгу, он встретил её взгляд — сияющий, полный абсолютного и незаслуженного обожания.

— Спасибо, Мотя! Я тебя люблю! Спокойной ночи! — её тонкие ручки обвили его шею, пахнущие детским шампунем и доверием.

— Всё, хватит душить, — он аккуратно высвободился, отводя взгляд. Ком в горле был глупой и неуместной реакцией. — Спи уже. Спокойной ночи.

Он дождался, пока сестра заснёт, выключил зайчика-ночника и, наконец, ринулся в свою крепость. Свобода. В наушниках зазвучали знакомые выстрелы — пальцы привычно затанцевали на клавишах. С каждым нажатием курка он отстреливал сегодняшнюю досаду, обязанность, усталость. Матвей даже не понял, как прошёл час.

— Всё, парни, я пошёл. Мама гонит спать, — голос из наушников принадлежал Серёже Короткову.

— Спокойной, Серый! До завтра! — бросил он, не отрывая взгляда от монитора.

Ещё полчаса игра продолжалась. Потом Миша и Марк тоже отключились. 23:17. В квартире воцарилась гулкая, звенящая тишина.

Ледяной душ смыл запах школы и хлорки. В полночь он рухнул на кровать. Сон накрыл, как тяжёлое одеяло, ещё до того, как в замке повернулся ключ.

***

Утро началось с будильника в 7:15. Воздух пах сырниками — значит, родители дома.

— Доброе! — Матвей, потягиваясь, появился на кухне в пижаме.

Мама чмокнула его в щёку. Под глазами у неё темнели синяки усталости.

— Вы сегодня... — начал он.

— До ночи, — не дал договорить отец, не отрываясь от планшета. — Форс-мажор. Справитесь?

— Куда мы денемся. — Матвей пожал плечами. — Но на выходных — я гуляю с пацанами. Вы ж обещали.

— Помним, Мотюха. Погуляешь, — отец на секунду поднял глаза. Взгляд был пустым, как экран с таблицами.

— А в школу отвезёте? — тонкий голосок Ксюши врезался в тишину.

Мама уже крутилась с расчёской: — Солнышко, не успеваем...

— Опять?

Мама быстро заплела дочке косички, и, наскоро поцеловав детей, родители умчались на работу.

— Одевайся, — крикнул Матвей сестре. — Поедем.

— Моть… а мы опять на такси?

— Да, а на чём ещё? Давай быстрее!

Ксюша убежала переодеваться. Матвей допил чай и потопал в комнату за костюмом – из-за строгой гимназической формы их школу и считали самой «пафосной». Натянув брюки, рубашку и с отвращением глянув на висящий галстук, все-таки его завязал. Он зарядил в рюкзак планшет с тетрадками и вышел в коридор.

— Помоги, а? — Ксюша вышла, похожая на растрепанного воробья.

— Эх ты, — буркнул он, но в голосе не было злости. — Давай сюда.

Он присел, ловко перезастегнул пуговицы — раз, два, три, — заправил рубашку, затянул галстук.

— Спасибо, — Ксюша чмокнула его в щёку и умчалась одеваться дальше.

Матвей вытер щеку тыльной стороной ладони, скрывая улыбку, и достал телефон — вызывать такси.

Дорога до школы заняла около получаса. До звонка оставалось минут двадцать. Матвей закинул рюкзак на парту рядом с Мишкой — тот уже что-то оживлённо обсуждал с Марком и Серёжей.

Кабинет физики встречал привычным хаосом. На подоконнике лежала недособранная схема, на шкафу пылился самодельный маятник, под который кто-то подложил лего-человечка — видимо, для масштаба.

— Здорова, — кивнул он.

— Здорова, Мэт! — хором отозвались друзья, обмениваясь братскими рукопожатиями.

— В футбик сегодня го? — сразу включился Миша.

— А то. — А вы сегодня до скольких?

— Я после трени по поло домой, — ответил Марк.

— А я в пять уезжаю, репетитор по матеше, — поморщился Серёжа.

— А у меня англ до шести тридцати с Анной Викторовной. Четверг же, — добавил Миша.

— Понял. Значит, буду один домаху доделывать.

— А ты что ль опять тут до ночи?

— Ага. Родаки вкалывают, плюс мелкая. Школа полного дня — до восьми тут каждый день движ. Лучше тут.

— Ну да, — кивнул Миша. — В субботу хоть оторвёмся?

— Если не сорвётся, — хмуро ответил Матвей. Фраза отца «Погуляешь» вдруг показалась ему зыбкой, как дым.

Болтовня закончилась с первым звонком в 9:00. Учитель физики, Владимир Олегович, был ещё достаточно молод — лет тридцати с небольшим. Во многом благодаря ему Матвей с седьмого класса полюбил физику и даже собрался сдавать по ней ОГЭ. Урок шёл на грани хаоса и гениальности. Владимир Олегович не преподавал — он устраивал шоу.