Непропорциональная ответственность

Глава 6. Ночь ошибок

Глава 6. Ночь ошибок

После первой недели каникул девятиклассников ждала образовательная поездка в Чехов и Мелихово. Такие выезды Светлана Алексеевна устраивала несколько раз в год для своего класса, но приглашала и всех желающих из параллели. Главная цель — познакомить с местами жизни и творчества поэтов не только по учебникам. Матвей и его друзья не особо любили эти поездки, но ездили исправно — особенно последние два года, когда можно было «потусить» без родительского надзора.

В этот раз собралось почти две трети параллели. Мотя, Миша, Марк, Серёжа, Маша и Вероника — все ехали. После новогодних каникул ни Матвей, ни Маша не заводили серьёзных разговоров со своими вторыми половинками, и всё продолжалось как прежде. Между собой они общались без порывов чувств, как друзья, всё также сидели вместе на математике. На других предметах же Маша сидела с Серёжей или с девочками. Матвею внутри казалось, что так — правильнее.

В пятницу те, кто ехал, отучились три урока и на комфортабельном автобусе выдвинулись в путь. Дорога до Чехова заняла около полутора часов. Мотя с Вероникой в обнимку смотрели кино, а Маша с Серёжей сначала болтали о своём, а затем слушали музыку в одних наушниках.

Экскурсия в первый день была насыщенной и достаточно интересной. В отель ребят привезли только к семи вечера. Бросив вещи, все спустились в ресторан на ужин. Выбор был небольшим, но всем хватило, чтобы найти что-то по душе и наесться. До половины десятого было свободное время. Кто-то предпочёл остаться в номерах, а компания друзей с Машей, Никой, Ирой и Артёмом Соколовыми отправились изучать окрестности города. Вернулись ребята к нужному времени, слегка опоздав. Девочки разошлись по своим номера (им повезло — с двуспальными кроватями на одного), мальчики — по своим, но двухместным. Матвей поселился с Мишей, Серёжа — с Марком.

Проводив девушек, они собрались в одной из комнат и играли в карты на желание до отбоя. Проиграл Миша — ему придётся завтра до общего подъёма вытоптать своё имя на снегу. В 23:30 все разошлись — завтра ждал целый день экскурсий.

В восемь утра из окон открывался забавный вид: «Михаил» был чётко вытоптан на липком снегу. В хорошем настроении мальчишки и девчонки спускались на завтрак, а после чего грузились в автобус. За день они посетили усадьбу Чехова в Мелихово, музей писем и несколько церквей. На воскресенье оставалась лишь усадьба «Лопасня-Зачатьевское».

Ужин в этот раз был немного раньше, и после вновь можно было погулять. После него парни решили сходить в музей, посвящённый Counter-Strike, их любимой компьютерной игре, и страйкболу. По пути Серёжа зашёл в цветочный и в супермаркет, где купил то, что очень удивило друзей.

— Тебе зачем резинка? — изумился Марк.

— С Машей романтик вечер хочу замутить.

— Ты не круто? Она захочет?— Марк смотрел на Серёжу с сомнением, словно пытаясь понять, не ослышался ли он.

— Думаю, да. Тут обстановочка, номер отдельный — самое то. Она сама меня звала вечером. Сначала кино, а потом, надеюсь, наконец-то станем по-настоящему близки.

Матвей слушал это молча, и внутри всё закипало.

— Мэт, а ты чего? С Никой романтик не? — спросил Сергей.

— Неа. Кино она звала посмотреть у себя...

— А вчера я видел, она тебе предлагала остаться?

— Предлагала, но я не захотел, мы же в карты играли.

— А зря! Упускаешь свой шанс! — несдержанно рассуждал Серёжа. — На, возьми! Может, пригодится! — он вытащил из упаковки несколько штук и сунул Матвею в руку.

— Спасибо. — парень поблагодарил и положил пакетики в карман.

Вернувшись в отель, ребята разошлись по номерам. Серёжа помчался к Маше. Матвей остался с ребятами играть в настольную игру, но внутри всё кипело и лезли нехорошие мысли. Он не мог усидеть на месте и через полчаса решить дойти до номера девушки.

Он постучал и ждал. Дверь открыл Серёжа в одних трусах.

— Ты чего, Мэт?

— Шёл... карточку тебе отнести. Маркан сказал, ты свою оставил.

— А, да, спасибо! — тот взял ключ. — Всё? А то ты немного не вовремя.

— Всё, — буркнул Матвей и развернулся.

Дверь закрылась. Он стоял в коридоре и смотрел на неё. В голове билась одна мысль, тяжёлая и липкая: «Ну конечно». Он вспомнил, как Маша рассказывала про них с Серёжей. «Это была ошибка», — сказала она тогда. Ошибка. Ага. А сейчас он стоит в трусах в её номере.

Матвей не зашёл. Не проверил. Не спросил. Просто поверил тому, что увидел. Потому что внутри всегда жило одно: «Таких, как ты, не выбирают». Слишком хорошая для него. Слишком светлая. А он — просто парень, который вечно тянет лямку, вечно крайний.

— Всё кончено, — сказал он себе. — Маша с Серёжей.

Ноги сами понесли его по коридору. Не к выходу — к другому крылу. К Нике. Она была безопасной. С ней не нужно было думать, не нужно было бояться. С ней было просто. Он постучал. Дверь открылась.

— Я тут, в общем, это... передумал. Твоё предложение вчерашнее ещё в силе?

— В силе, — улыбнулась она.

Он вошёл в номер, и мир за дверью перестал существовать. Вместо мыслей — только стук сердца в висках и её дыхание на щеке. Остались только тепло, близость и возможность ни о чем не думать.

Утром, по пути к себе, Матвей чувствовал себя опустошённым. Не было ни эйфории, ни облегчения. Только липкое, холодное «зачем я это сделал». Тело пахло её духами, а в голове стучало: «Ты идиот. Ты всё испортил». Возвращаясь, он столкнулся в коридоре с Машей.

— Привет, Мотя! — радушно улыбнулась она.

— Привет, — буркнул он отстранённо.

— Как дела? Ты какой-то странный.

— Всё норм. А твои как? Как вечер-ночь прошли?

— В каком плане? О чём ты?

— Да не прикидывайся... — закипел он. — Серёжа вчера к тебе ушёл. Я заходил ключ отдать — он в одних трусах...

— И что? Ты сразу подумал, что я с ним спала?

— А как иначе? Скажи, что нет?

— Нет! — вспыхнула она. — Я не знаю, когда ты приходил! Меня не было в номере! Когда я пришла, он был в трусах, и я выставила его вместе с вещами! Он потом ещё полчаса под дверью сидел, прощения просил, как нашкодивший щенок. А ты... Как ты мог подумать?! — голос её дрожал и закипал от возмущения. — Мы же договорились охлаждать отношения... Но я, кажется, поняла. Ты сам весь странный, и в номер к себе идешь... У тебя было с Вероникой? — резко спросила Маша и смотрела ему прямо в глаза.