Она стояла и таращилась на меня, как недавно, делала это её мама. Я снял шляпу, не торопясь наклонился и расстегнул ,,Прощай молодость,, Ступил на пол полосатыми носками. Выпрямился и шагнул к ней. Мама Ларисы попятилась назад, освобождая мне дорогу, всё также, в удивлении, поглядывая то на дочь, то на меня.
- Знаешь, Лариса – я сделал второй шаг, девушка не шевелилась и даже не моргала.
- Я решил – шагнул ещё шаг, и подошёл к по-прежнему торчащей голове из-за косяка дверного проёма.
- Что решил? – охрипшим голосом произнесла она, и вышла, наконец-то на встречу.
В её зелёных глазах пробудился неуверенный огонёк какой-то надежды. Она смотрела на меня, и я понимал, что не верит своим глазам, думает, что это сон.
- Я решил, что свадьба будет, в кафе Дамира! – произнёс я, и подошёл совсем близко.
- Какая свадьба? – безучастно спросила она, теперь уже осипшим голосом с грустью – Твоя? И … Паровоза?
Анна Павловна, слушавшая это всё внимательно, тщетно силилась понять, что происходит.
- Да – ответил я, вгляделся в её лицо, Лариса сжала губки – Свадьба. Моя! И твоя! Наша!
Девушка моргнула глазами, словно пытаясь прогнать неведомое наваждение, до неё начало доходить происходящее. Зелёные глаза вспыхнули удивлением. Казалось, она слышит что-то хорошее, но что именно не понимала.
- Серёжа! – вскрикнула Лариса, когда, наконец-то до неё дошло, о чём речь
Она бросилась мне на шею, и разревелась! В голос! Я крепко прижал её к себе. Ощутил, как прекрасен этот мир, когда ты одно целое! А когда ты одно целое, какие могут быть проблемы?
Первую проблему, которую мы с Ларисой ощутили, практически моментально, создала нам Анна Павловна! Не до конца понимая что происходит, а происходит что-то явно, странно-страшное! Она сбросила оковы оцепенения и ринулась к нам.
- Подождите! Подождите! – возмущаясь, пыхтела женщина, пытаясь разлепить наше единение – Какие кафе? Какие паровозы? Лара, отпусти ты его! Какая свадьба? Вы что, все с ума посходили, что ли!!!
Наконец, её усердие не пропало даром. Она протиснулась между нами и теперь стояла ко мне лицом, спиной к дочери.
- Вы, вообще, кто? – тяжело дыша, и одновременно сдувая со лба прядь волос, округлив глаза, задала вопрос Анна Павловна.
- Мама, это мой Серёжа! – послышалось за её спиной возмущение Ларисы.
Женщина похлопала глазами, как будто не понимая, откуда звук, развернулась ко мне спиной. Уставилась на дочь.
- Какой ещё, Серёжа? Что происходит, Лара?
Лара?... О!... Красиво! Вот ещё как можно имя сократить, оказывается! Круто! Прямо как Лара Крофт! Я заглянул через плечо Ларисиной мамы, чтоб оценить обстановку и состояние девчонки. Раскрасневшаяся и зарёванная мордашка, радостно взирала на лик родительницы, скрестив руки на груди.
- Ничего не понимаю, дочь! Что, чёрт возьми, творится? – уже спокойнее проговорила Анна.
- Ты на работу опоздаешь, мама! Потом поговорим. Всё, прекрасно! – Лариса обняла мать и чмокнула её в щёку – Не переживай, и не думай ничего плохого. Иди.
Анна взглянула на маленькие часики, имеющиеся на запястье руки
- Ох, ты ж! – воскликнула она – Хорошо! Но! Ни кто! Ни куда! Не уходит! Поговорим после работы! Утром!
Она рванулась к двери, поправляя причёску. Потом, словно что то вспомнив, остановилась, и повернувшись к нам, произнесла
- Я хотела сказать, Лариса, ты сидишь дома, и ждёшь меня! – она перевела взгляд на меня – А… ты… Вы! Товарищ… депутат, придёте утром! Всё! Я ушла!
Анна ещё раз, наверное, для острастки, обвела наше безмолвие безапелляционным взором, и гордо шагнула в открытую дверь, которую в суете дел, кто-то забыл закрыть.
- Привет, плакса! – я подмигнул девушке, когда мы встретились взглядами, после провожания Анны Павловны – И чего, ревём?
- Ой, да, ладно! – она слегка шлёпнула меня по плечу – А то, ты не понимаешь!
- Нет! – развёл я руками – Не понимаю! Есть, конечно, предположение, но….!
- Я думаю, ты не далёк от истины – прижалась она ко мне, не дослушав – Неужели, это ты?!
- Абсолютно в дырочку! Я! Как есть! Ты разве, не ждала?
Она отпрянула от меня и улыбнулась, посмотрела на лацкан пиджака, изучая значок. Рассмотрела внимательно, моё одеяние, перевела взгляд на бинты, проверяя их целостность.
- Ты, ограбил музей. – наконец, подвела результат своих исследований, Лариса.
Знакомые слова! Неужели этот костюм, вызывает только такую ассоциацию у девушек?
- Нет, занял на время, у покойного деда! – с серьёзным лицом поправил я её.
- В смысле? – удивившись, вскрикнула девушка – Ты выкопал гроб?
Она прижала ладони к губам, её глаза сощурились, наклонила голову на бок и отступила на один шаг назад. Внимательно на меня посмотрела, словно оценивая, смог ли я на подобное или нет.
- Баламут! – махнув ладонью, вывела она свою оценку – Ну, Серёж… где взял?
- Я же сказал, у деда покойного. Не нравится? – я покрутился перед ней, демонстрируя наряд – Прикольный, же!
Лариса с сомнением посмотрела на меня, глубоко вздохнула и медленно помотала головой
- Это, пипец, какой-то… – прижала ладонь к ладони, поднесла к груди – Есть надежда, что ты когда-нибудь, повзрослеешь?
- Есть. Вот как только, напоишь меня кофе, так сразу стану взрослым и грустным!
- Ой! Совсем что-то я! Пошли, конечно! – и она, схватив меня за лацкан пиджака, повела за собой на кухню.
- Осторожно! Не оторви! Он же старинный! – шуточно запричитал я – Вдруг швы разойдутся!
Девушка рассмеялась, но пиджак не отпустила. Так, влекомый за ней, и вошёл в то место, где не так давно, мы демонстрировали друг другу свою неординарность! Лариса по музыке, и я, как поклонник таланта. Она дотянула меня, таким образом, до стола, развернулась и снова обняла за шею
- Это правда, ты? Правда?
- Наверное – улыбнулся я и прижал её к себе за талию – Разве не узнаёшь? Давай снимем бинты, убедишься!
Отредактировано: 10.12.2025