Неравный обмен, или Полегче, Ваше Благородие!

Глава 4-2

Мужчина улыбался мне немного рассеянно, но не язвительно, не иронично, не... Всё «не» из того, что я видела в его улыбках прежде, и это сбивало с толку и заставляло насторожиться и собраться. Не смогла определить, что таила в себе его улыбка, и подсознательно ждала подвоха: вода мокрая, солнце светит, а Ведищев ‒ подлец и сволочь, и ожидать от него ничего хорошего не стоит. А он прекрасно видел мои сомнение и смятение и продолжал улыбаться.

Гад, какой же гад! Улыбается, сбивает с толку, не дает насладиться моментом освобождения!  

Да, я уже поняла: на меня ментально воздействовали со стороны, и выплеск спровоцировали не артефактом или заклинанием ‒ я сама сбросила на перроне весь резерв. Пусть к этому меня подтолкнули, а я ничего не заметила, не почувствовала, не распознала, но было страшно, стыдно и обидно. Меня не научили самому элементарному ‒ распознавать применение ментальной магии ко мне самой. Мне даже не интересно, кто на верху отдал такой жестокий и подлый приказ ‒ не учить. Излишнее любопытство до добра не доводит, особенно меня.

Я не знаю, сколько находилась под принуждением, и если бы не Ведищев…И это страшно: кому и зачем понадобилась на границе, практически на фронте, неумёха с огромным потенциалом? Бомба в чужих руках? 

Или я чего-то не понимаю? 

‒ Готовы, господа? ‒ мужчина встал с колен, поймал мой растерянный взгляд и подхватил лежащую на коленях руку. Поцеловал её, вернул на место ‒ проделал всё не отпуская моего взгляда. А затем подмигнул, выпрямился, отступил на шаг, поклонился и … направился к выходу из вагона.

Я не знала, как реагировать на поступки Ведищева. Серьезно ‒ не знала. Таким его я не видела никогда: солнце светит, трава зелёная, Ведищев ‒ люто меня ненавидит, язвит, хамит, угрожает. Точка.

И вот на тебе, такие перемены. Внезапно.

Дальше Ведищев и Голицын перебрасывались фразами, смысл которых доходил до меня с опозданием ‒ переволновалась или лекарство Ольги подействовало? Уже не важно. Главное, что понимала.

‒ Прямое воздействие?

‒ Прямое. На её сиятельстве нет никакой защиты, и об этом кому-то было известно, ‒ Ведищев широко раскрыл дверь в тамбур и остановился, прислушался к чему-то, не переставая улыбаться. Он стоял ко мне в вполоборота, поэтому я смогла рассмотреть: блеск глаз выдавал азарт, улыбка изменилась ‒ хищный предвкушающий оскал почти пугал. Но только почти: он был направлен не на меня, а на моего обидчика.

‒ И кому-то, в отличии от нас, известно о её реальном потенциале. Работали по какой схеме? ‒ Голицын уселся рядом со мной, жестом пригласил присесть Ольгу, остальные мужчины рассредоточились вокруг ‒ все приняли расслабленные позы.

Аглая и Настя вдруг засуетились: достали сервиз из тумбочки, чайник с кипятком и купленные на перроне у разносчиц горячие пироги ‒ да здравствуют лари-термосы! Сервировали два столика из трех. Действовали слаженно и быстро. Я давно перестала удивляться их сноровке и домовитости, но завидовала, конечно. У меня так не получалось.

‒ Негативные воспоминания за последние годы ‒ самое простое, ‒ а вот это было интересно.

Это что получается? Мои воспоминания перетряхнули, вытянули на поверхность и заставили пережить всё заново?  

Убью тварь, которая это сделала! Серьезно, убью! И не важно, как я это сделаю. Не смогу сама ‒ маги мне в этом помогут. Не захотят эти, найду других. Или вон, барышень шпионок привлеку.

‒ Удалось зацепить менталиста?

‒ Менталистку. Да, конечно.  Аура знакомая, но я не уверен. Принимаем, господа.