Неравный обмен, или свечной заводик в наследство

Глава 19

Марту, плотную женщину лет сорока с коротко подстриженными русыми волосами и цепким, внимательным взглядом, я встретила у входа в цех. На ней был плотный кожаный фартук, местами покрытый восковыми разводами, а в руках она держала деревянный черпак с длинной ручкой.

— Ну, значит, ты новая разливальщица? — без предисловий начала она, окинув меня быстрым взглядом. — Пошли, покажу, где твоё место.

Мы вошли в цех. Внутри пахло горячим воском, горячим металлом, древесиной и чуть-чуть дымом от печей. Помещение оказалось просторным, но явно давно не видело ремонта: стены в трещинах, оконные рамы перекошены, а из щелей тянуло сквозняком. Под ногами скрипели старые доски, кое-где прогнившие настолько, что через них были перекинуты деревянные мостки.

Вдоль стен стояли массивные станки непонятного назначения. Древние, с потёртыми рукоятками и следами многолетней эксплуатации. Рядом с ними никого не было, по всей видимости, сейчас их вовсе не использовали. В середине цеха выстроились длинные столы с рядами металлических форм для свечей. В дальнем углу виднелись огромные чаны с расплавленным воском, над которыми поднимался лёгкий дымок.

При виде этого полузаброшенного пространства внутри меня шевельнулась тревога: неужели здесь мне предстоит работать изо дня в день? Но я тут же отогнала эти мысли, выбора-то всё равно не было.

— Вот твоё место, — Марта указала на стол у окна. — Здесь разливаешь воск по формам. Вот черпак, вот термометр, за температурой следишь строго. Перегреешь — свечи будут крошиться, недогреешь — не застынут как надо.

Я кивнула, осматриваясь. По всему цеху трудились женщины разного возраста. Одни помешивали воск в чанах, другие снимали готовые свечи, третьи сортировали продукцию. На их лицах читалась усталая покорность, движения были точными, выверенными, но безжизненными, словно они давно перестали замечать, что делают. От этого зрелища на душе стало тоскливо.

— Сколько человек здесь работает? — спросила я, стараясь не выдать волнения.

— Десять разливальщиц, трое у чанов, двое сортировщиц. Мастер Торн и технолог. Раньше было больше, конечно… — Марта осеклась, будто сказала лишнее, и резко сменила тему: — Так, смотри внимательно: вот формы, вот черпак. Сейчас покажу, как правильно заливать…

Она продемонстрировала процесс: зачерпнуть воск, проверить температуру, плавно наклонить черпак над формой, следить, чтобы не было пузырьков. Движения её были отточенными, почти механическими.

— Попробуй, — протянула она мне инструмент.

Я повторила её действия, стараясь не торопиться. Воск оказался тяжелее, чем я ожидала, а черпак — неудобным, с перекошенной ручкой. Первая форма получилась неровной, с наплывами по краям.

— Неплохо для начала, — сдержанно похвалила Марта. — Но надо быстрее. План есть план.

Она отошла на пару шагов, потом повернулась:

— И не болтай во время работы. Никого ни о чём не спрашивай, все вопросы только мне. Работа опасная: будешь отвлекаться и других отвлекать — кто-нибудь обязательно покалечится. А этого не надо. Поняла?

Я кивнула. Марта была права. Воск очень горячий, одно неловкое движение, и ожог обеспечен. Может быть, потому мастер Торн и отказал Кальке. Хотя, судя по пустым столам, ещё один работник заводу точно не был бы лишним. Впрочем, теперь какая разница?

Зачерпнула горячий воск черпаком и снова вылила в форму. Во второй раз получилось немного лучше. Я продолжила пробовать, постепенно привыкая к ритму. Вокруг царила монотонная суета: шипение воска, скрип станков, приглушённые разговоры работниц. Время тянулось медленно, а спина уже начала ныть от постоянного наклона над столом. Но с каждой новой формой внутри крепла уверенность, я справляюсь.

Ближе к полудню, когда я уже почти освоилась с черпаком, в цех вошёл молодой человек. Он был одет не по-рабочему — в чистый льняной сюртук и кожаные перчатки, а в руках держал блокнот и стеклянную колбу с желтоватой жидкостью.

— Марта, ты не видела мастера Торна? — спросил он, оглядываясь.

— Он ещё утром уехал в город. Что-то с поставками сырья, — отозвалась наша старшая.

Мужчина вздохнул, провёл рукой по тёмным волосам:

— Опять задержки… Ну ладно, тогда я сам ещё раз проверю весь цикл…

— В который раз? — невесело усмехнулась Марта.

— В тысячный, наверное, — фыркнул он. — Не понимаю, как такое может быть… На каждом этапе всё идеально, а результат…

Он не договорил, махнул рукой и направился к дальнему углу цеха, где стояли деревянные ящики с маркировкой. Я невольно залюбовалась его движениями: лёгкими, уверенными, совсем не похожими на тяжёлую поступь заводских рабочих. В его сосредоточенном взгляде читалась такая увлечённость, что на мгновение мне стало завидно, как хорошо, наверное, заниматься тем, что по-настоящему любишь.

— Кто это? — тихо спросила я у Марты.

— Наш технолог, сын бывшего заводского технолога. Отец его два года назад умер, а Эдан теперь пытается что-то улучшить здесь. Химией увлекается, формулы какие-то придумывает, — в ее голосе звучала не то насмешка, не то уважение. — Говорит, что можно делать свечи лучше и дешевле. Только кому это надо…

Эдан тем временем открыл один из ящиков, достал щепотку дробленого воска, понюхал его и записал что-то в блокнот. Потом поднял глаза и заметил, что я наблюдаю за ним. На мгновение наши взгляды встретились и тут же разбежались, словно обожглись друг об друга.