(не)счастье на спор

Глава 1. Никита

Вот не зря мудрость народная утверждает, что как первый шаг сделаешь, так вся дорога под ноги тебе и ляжет, знали предки наши, о чём говорили! Признаюсь честно, я был уверен, что смогу очаровать соседку из домика напротив, всё-таки девица она довольно привлекательная, а то, что язычок острый – так это даже хорошо, пресные наивные куколки быстро приедаются. К моей искренней досаде барышня из очаровательного, утопающего в зелени домика, восхищаться мной не спешила, да и я, как нарочно, рядом с ней вечно оказывался в нелепом положении: то в лужу упаду, то дверью сам себя по лбу стукну, то пролившееся любовное зелье украсит моё лицо и одежду яркими, ничем не выводимыми пятнами. Самым же неприятным было то, что мы с этой златовлаской оказались конкурентами, а это, согласитесь, ни дружбе, ни чему-либо иному, кроме вражды, никак не способствует! Да-да, Екатерина свет Сергеевна оказалась хозяйкой агентства по решению деликатных услуг: помогала томящимся в одиночестве обрести истинную любовь, проверяла на истинность намерений потенциального жениха или даже невесту. Те же самые услуги, плюс поиск пропавших вещей и наблюдение за неверными супружницами, предлагало и моё агентство, расположившееся точнёхонько через дорогу от заведения Екатерины Сергеевны. Сами понимаете, поскольку список услуг в моём агентстве существенно шире и многие, то же наблюдение, например, действительно относятся к разряду деликатных, да и обращаться за помощью к мужчине гораздо проще, чем к златокудрой хрупкой нимфе, в глазах которой каждый мужчина жаждет выглядеть героем, причём неизменно холостым, количество клиентов (фу, как вульгарно это звучит по отношению к девице!) у моей конкурентки после открытия моего агентства существенно снизилось. И барышня, как истинная представительница прекраснейшей половины человечества, вместо того, чтобы расширить спектр услуг, нанять опытного и представительного сотрудника или предпринять ещё что-либо по спасению своего дела предпочла обвинить меня во всех своих неудачах. Гениально, ничего не скажешь! Оправдываться перед хорошенькой девчонкой я не собирался (да и не в чем мне перед ней каяться, откровенно-то говоря), вести деловые переговоры… Нет, на приглашение Екатерины Сергеевны посетить её для решения возникших, как она элегантно выразилась, противоречий я, разумеется, ответил, только вот всерьёз обсуждать что-либо с хорошенькой барышней даже и не собирался. Сразу предложил девушке перейти под моё покровительство, дабы спасти не только откровенно захиревшее увлечение, но и собственную репутацию, отнюдь не безукоризненную, учитывая род деятельности барышни. Девица же, вместо того, чтобы принять моё предложение с распростёртыми объятиями и слезами благодарности, закипела походным самоваром и осыпала меня градом колкостей. Чародеи, способные повелевать тонкой и прихотливой сферой любви, вообще очень вспыльчивые, а я ещё и оборотень наполовину, так что терпение моё, как сестрица любит шутить, не длиннее хвоста не открывшего глазки котёнка. Веди я беседу с мужчиной, дело точно закончилось бы вызовом на дуэль, будь передо мной оборотень – я не медля ни секунды вцепился бы ему в горло, а девица… Что с ней делать прикажете? Воспитание благородное настойчиво советовало срезать излишне языкастую особу какой-нибудь колкостью, а то и вовсе снисходительно пропустить все изрекаемые ей глупости мимо ушей, ведь не просто так старинная присказка гласит, что у девиц волос долог, да ум короток. Только мне, со звериной кровью, ох, как тяжко следовать всем этим благородным советам да наставлениям, особливо ежели соперница моя тоже не намерена держаться в рамках приличий. Одним словом, рассорились мы так, что мало до физических оскорблений действием не дошло и с тех пор меж нами вражда смертельная, победить в коей может только один. Нет, пади мне Екатерина Сергеевна в ноги да взмолись слёзно о пощаде, я бы, покуражившись для виду, непременно её бы простил, так ведь эта заноза златовласая сдаваться не собирается, наоборот, держит себя победительницей!

В день, с коего жизнь моя совершила крутой вираж, всё перевернув с ног на голову и в очередной раз размашистым крестом перечеркнув все мои планы и чаяния, ничто не предвещало беды. Утром я самым добросовестным образом, как и положено любящему и благовоспитанному сыночку, написал родителям пространное письмо, дотошно и едва ли не по минутам расписав дела повседневные как свои, так и бабушки, на дух не переносящей написание писем. Семейство моё, поскольку батюшка является чистокровным оборотнем, способным принимать диковинный для этих краёв облик тигра, проживает обособленно, вдали от шума и городской суеты. Старший братец и сестрица, унаследовавшие талант отца, также всем соблазнам жизни в городе предпочитают деревенские тишину и покой, а вот меня, среднего отпрыска, получившего в дар от матушки-природы маменькину способность к любовной магии, бабушка забрала к себе. Вымолила слёзно, сетуя на преклонные годы, слабое здоровье и убийственную тишину опустевшего после смерти супруга большого дома. Откровенно говоря, родители слёзным причитаниям Ольги Леопольдовны не больно-то поверили, звериное чутьё, коему в нашей семье доверяют безоговорочно, категорично утверждало, что старость и неизбежно сопровождающие её недуги не скоро ещё доберутся до энергичной и обаятельной дамы. Однако спорить не стали, тем более что и мне страсть как хотелось уехать в шумный и многоголосый город, отведать искусов взрослой беззаботной жизни и испробовать в деле бурлящую во мне и рвущуюся наружу магию. Маменька, сама владеющая подобным даром, стребовала с меня клятву магию свою во зло не использовать, про родных не забывать, писать регулярно, бабушку слушаться и вообще быть достойным сыном своих родителей. Не скажу, что клятву я соблюдал во всём и всегда, но пакости любовные не чинил даже своей соседке, хотя, ох, как порой подмывало влюбить её в какого-нибудь юродивого с церковной паперти!

Завершив обстоятельное послание домой и передав письмо стоящему у порога слуге, я отправился на завтрак, во время коего терпеливо выслушал пространные хвалы бабули, щедро расточаемые дочерям, племянницам и дальним родственницам многочисленных знакомых. У Ольги Леопольдовны была заветная мечта: она страсть, как хотела увидеть меня семейным человеком, причём обрести своё супружеское счастие я должен был непременно раньше внучки закадычной бабулиной подруги. У бабушки моей с этой подругой с детства самое настоящее соревнование: кто раньше и лучше замуж выскочит, детей родит, внуков нянчить начнёт, да даже платье модное пошьёт и билеты на премьеру в театр раздобудет! При этом Ольга Леопольдовна и дня без своей подруженьки прожить не может, то сама к ней ездит, то её у себя принимает. Я, разумеется, тоже был этой невероятно интересной (со слов бабули) даме представлен, но не найдя в ней ровным счётом ничего интересного или хотя бы забавного, выбросил из головы не только её биографию, мне во всех деталях рассказанную, но даже имя с обликом. В самом деле, зачем мне, молодому, полному сил и жажды жизни мужчине интересоваться курагой, когда в одном городе со мной такие персики произрастают! После завтрака я как раз и заскочил к одной такой даме, чья красота и лёгкость нрава с лихвой компенсировали недостаточную безупречность репутации.