(не)счастье на спор

Глава 2. Екатерина

Я всегда знала, что бабушка у меня, словно породистая лошадка, с норовом и причудами, благородной крови и горячему нраву свойственными. Папенька при каждом упоминании бабули неустанно повторял, что она «с вывертами», ему и братец мой старший, во всём отцу подражающий, эхом вторил, но мы с матушкой неизменно за Аглаю Кирилловну заступались. У нас, полиморфов, всегда так: у мужчин свои интересы и взгляды на жизнь, а у женщин - свои, подчас вообще не совпадающие с мнением главы семейства. Только вот сейчас, услышав о споре, коий моя разлюбезная бабушка с подруженькой своей задушевной учудила, я, в кои-то веки раз, с мнением батюшки согласилась. Это же надо было додуматься, всё своё движимое и недвижимое имущество на кон поставить, собственным благополучием на закате дней рисковать, да и меня под удар подводить! Ну, бабулечка, ну учудила, краса моя ненаглядная, понять бы теперь, что мне со всем этим теперь делать!

Я глубоко вдохнула, задержала дыхание, размеренно считая до десяти, а потом плавно выдохнула, очищая разум и душу. С первой попытки привычный, с детства знакомый способ успокоения не сработал, пришлось повторить его дважды, прежде чем желание рычать от гнева и крушить всё, что под руку подвернётся, сменилось привычным благоразумием. Я ещё раз глубоко вздохнула, отошла к окну, рассеянным взглядом скользя по ухоженному, благоухающему садику, разбитому прямо под окнами. Так, что мы имеем? Спор, который разрушить невозможно, потому как он скреплён магией. Проиграть в этом глупом пари я тоже не могу, не имею права так родную бабушку подвести, хоть она всю эту кашу и заварила. Значит, я должна во что бы то ни стало выиграть. Я улыбнулась, пальчиками по подоконнику побарабанила. Так, с ситуацией разобрались, теперь самое время оценить свои возможности и своего противника. Мысленно я от всего сердца возблагодарила своего отца, который, будучи военным, неустанно учил нас с братом в любой ситуации думать именно головой, а не другой частью тела, тоже имеющей полушария, но для размышлений абсолютно не пригодной. Итак, что есть у меня и какими качества обладает мой противник? На самом деле, при всей кажущейся простоте и очевидности, это очень коварные вопросы, ибо мы склонны преувеличивать собственные достоинства и принижать возможности тех, кто нам неприятен. Я снова глубоко вздохнула, подошла к столику, на котором поблёскивал хрустальными гранями графин с нежно любимым в нашем доме яблочным соком, наполнила стоящую тут же на серебряном подносе тонкую до прозрачности фарфоровую чашечку соком, сделала крошечный глоток. М-м-м, райский напиток, истинный эликсир жизни! Я опять вернулась к окну, залезла на широкий подоконник (плевать, что благовоспитанные особы так себя не ведут, мне пока не до церемоний!), сделала ещё один крошечный глоток сока, прикрыв глаза от наслаждения. Так, это всё, конечно, хорошо, но пора вернуться к делам нашим суетным. Я снова отпила немного сока, задумчиво покрутила чашку, любуясь тончайшим узором на стенках. Приворожить меня невозможно, на полиморфов любовная магия не действует, что, учитывая условия пари, не может не радовать. Правда, на стороне моего противника многолетние традиция и мнение света, юная девушка уже по факту своего пола уязвимее любого мужчины. Я раздражённо фыркнула, залпом допила сок, со стуком поставив чашку на подоконник. Дурацкие правила, кто только придумал, что женщина не может самостоятельно заниматься делами и каждый свой шаг обязано согласовывать не только с отвечающим за неё мужчиной, но и всем светом вообще?! Я тряхнула головой, в который уже раз глубоко вздохнула, но бурлящее в глубине души негодование никуда не делось, зловонные пары возмущения и детской обиды на несовершенство мира затмевали глаза, мешая здраво размышлять. Я прикрыла глаза, растворяясь в потоках солнечного света, тёплом ветерке, шепчущем что-то нежное и одновременно задорное цветам, журчащей прохладе ручейка. Моё тело постепенно изменялось, перетекало, плавно, без боли и мучений, неизменных спутников трансформации оборотней, меняя облик. Когда я открыла глаза, то увидела блестящие чешуйки кругленького пузика и короткие с перепонками между пальчиков лапки. Ух ты, наконец-то у меня получилось стать драконом! Я спрыгнула на пол и цокая когтями направилась к двери, с третьей попытки открыла её (справиться с такой тяжёлой громадиной короткими лапками было непросто) и потопала в сад. В саду я сначала вволю наплавалась в небольшом прудике, неизменные обитательницы которого, толстобокие золотые рыбки смотрели на меня со смесью недоумения и возмущения, мол, что это за пакость такая смеет баламутить чистые воды их пруда?! Тоже мне, принцессы с плавниками выискались, пруд, между прочим, не им одним принадлежит! Я от души показала рыбкам язык, что было силы хлестнула хвостом по воде. Рыбки поспешно отплыли от меня как можно дальше, сгрудились у противоположного берега прудика и возмущённо захлопали ртами, точь-в-точь почтенные матроны на светском рауте собравшиеся группой лишь затем, чтобы обсуждать и осуждать всякого, кто мимо пройдёт. Ух, сплетницы, и в воде-то от вас покоя нет!

Я выбралась и прудика, встряхнулась, встопорщив чешую, и отправилась к источающим головокружительный аромат цветам, откуда мне пришлось драпать со всех своих коротких лап, потому как пчёлы, басовито гудящие над цветами, категорически не желали видеть никого постороннего в своих владениях. Я алкала обрести покой хотя бы под трепещущей от порывов ветерка кроной рябины, но там обосновалась весьма негостеприимная ежиная семейка, колючки которых, хоть и не очень-то и большие, оказались способны весьма чувствительно поцарапать даже чешую дракона (или это просто у меня, как у полиморфа чешуя не очень прочная?) Смирившись с тем, что маленькому дракончику в саду никто не рад, я глубоко вздохнула, выпустила облако пара, вернулась в родной и любимый облик и с ногами забралась на большие качели, повешенные в оплетённой с трёх сторон цветущем вьюном беседке. Я машинально погладила ароматный, словно из сухого пергамента, цветочек, пощекотала глянцевито блестящие листья. Итак, как любит говорить бабушка, неизменно посматривая при этом на батюшкин портрет, вернёмся к нашим баранам. Мои преимущества – это полная невосприимчивость любовной магии и способность меня облик по своему желанию на сколь угодно долгий срок. Мой противник, как его, а, Никита Михайлович, владеет любовной магией, помимо этого является оборотнем. Как такое возможно, бог весть, лично мне всегда казалось, что оборотни никакой магией, кроме целительства да ещё, может быть, поисковой и не владеют. Я сорвала травинку, задумчиво засунула её себе в рот (привычка, за кою меня непрестанно ругали сначала нянька, а потом гувернантка, громогласно заявляя, что подобная вульгарность неизбежно отвратит от меня всех женихов). Хм, а ведь это идея… Я вытащила изо рта травинку, разглядывая её так, точно на ней были начертаны если не судьбы всего мира, то моя собственная участь так точно. Общеизвестно, что девица, не знакомая с правилами хорошего тона, обречена на пожизненное одиночество, ибо ни один здравомыслящий мужчина никогда не осквернит свой род такой плебейкой. Что ж, пришла пора узнать, насколько благоразумен Никита Михайлович, хотя, что-то мне подсказывает, что одними дурными манерами мне его не отпугнуть, чай, не билет в оперу на кону. Я щёку почесала, травинку опять в рот засунула. Получится или нет – покажет время, для меня сейчас любой способ хорош, кроме совсем уж трагического, сопровождающегося непоправимыми физическими травмами меня или моего конкурента (я же не зверь какой). Я уютно устроилась на качелях, запрокинула голову, любуясь на мелькающее в просвете вьюна небо и составляя планы избавления от постылого поклонника, которому наверняка вся эта история тоже ни малейшего удовольствия не приносит. А может, мне поговорить с Никитой Михайловичем, как говорится, одна голова хорошо, а две лучше, вместе-то мы быстрее найдём способ и честь соблюсти и капиталец приобрести? Я вспомнила дерзкие, прямо-таки раздевающие карие глаза, покровительственный тон, с каким пресловутый Никита Михайлович, оказавшийся ещё и моим профессиональным конкурентом, позволил себе беседовать со мной, и стиснула кулачки так, что даже ногти в ладони впились. Нет уж, умирать буду, а к нему на поклон не пойду! Да, он силен, хитёр, владеет магией, самонадеян, но и я не сиротка беззащитная. Ещё посмотрим, кто кого!