Несчастье под прикрытием. Академия удачниц

Глава 25

Арктур Дорре

Я стоял у окна своего кабинета и смотрел на парк академии. Лучи солнца уже вовсю золотили верхушки деревьев, туман рассеивался, обнажая мокрые после ночного дождя дорожки и статуи. Всё выглядело мирно, почти идеально.

В голове снова всплыли слова, сказанные вчера Рианне: «Ты получишь доступ к архивам, но только под моим надзором». Я понимал, что пошёл на уступку, но иного выхода не было. Метка неудачи на моём лице — слишком явный признак того, что перемещение дара возможно. Если она станет достоянием общественности, то всё, во что мы верили, пошатнётся. А если слухи дойдут до Совета Магов… Последствия будут катастрофическими.

Я провёл рукой по лицу, словно пытаясь стереть эту проклятую метку. Она не болела, не жгла, но я чувствовал её холод. И в то же время на запястье по-прежнему, хоть и слабее обычного, сияла моя метка удачи. Двойственность положения пугала: я одновременно и носитель удачи, и её лишившийся. Как такое возможно?

Хорошо, что на чёрном рынке даже глубокой ночью можно купить крем, способный спрятать метку. Что я и сделал. Но я всё равно чувствовал её, как нечто инородное, чужое.

Если ещё недавно я думал о том, что в стенах моей академии спокойно и надёжно. То теперь же понимал: опасность ближе, чем когда-либо. Сначала убийство Лиры, теперь откуда-то взявшаяся у меня на лице метка неудачи. И мне не давали покоя слова Рианны о том, что Лира нашла какие-то доказательства. Какие? О чём?

Раздался стук в дверь.

— Войдите, — отозвался я, предположив, что это пришла Яра.

Но нет, на пороге появилась Рианна Вейрис. Её улыбка, как всегда, была мягкой, но в глазах читалась хищность.

— Доброе утро, ректор, — пропела она. — Я пришла напомнить о нашем уговоре.

Правильно, в стенах ректорского кабинета она не рискует переходить на «ты».

— Напоминание излишне, — холодно ответил я.

Она слегка склонила голову, будто соглашаясь, но я видел, как внутри она уже празднует победу. Что ей нужно в архивах? Что она ищет?

— Тогда пусть ваша помощница сообщит мне о времени, — сказала Рианна.

Я непроизвольно сжал кулаки. Но благо стоял за своим креслом, так что, скорее всего, это осталось незаметно для неё.

— Кстати, ректор… Вы не замечали ничего странного в поведении Яры Клейтон?

— Что, например? — уточнил, не понимая её намёков, но отчего-то испытывая необъяснимую злость.

— С её появлением начали происходить странные вещи. Убийство, метка...

Договаривать она не стала. Но мне было понятно, что она имеет в виду. И моё сердце на мгновение замерло.

— Клейтон — моя помощница, — произнёс я ровным тоном. — И её появление никак не связано с убийством. Доказательств нет.

Рианна вдруг широко улыбнулась.

— Конечно, ректор. Видно, мне показалось.

Дверь закрылась за ней. А я остался один, но спокойствия не прибавилось. Её намёки почти въелись в мозг. И если насчёт убийства я точно знал, что Яра невиновна. То что значит эта метка? Почему о ней заговорила Рианна?

В дверь снова постучали. На этот раз уверенно, почти требовательно.

— Войдите, — произнёс я, стараясь скрыть раздражение, только это давалось всё сложнее.

На пороге появился капитан Эйнар Валгрен, он прошёл в мой кабинет и остановился напротив меня.

— Ректор Дорре, — начал он без предисловий. — С демопсами была проведена тщательная проверка. Они нашли следы крови Лиры Вейланд на обуви Клэнка Хорса. Он задержан по подозрению в убийстве и уже отвезён в отдел правопорядка.

Я замер, переваривая услышанное. Да, я сам вчера фактически обвинял его в этом же, но делал это скорее для того, чтобы напугать его и вынудить пораскинуть мозгами. Надеялся, что он скажет, кто мог отключить кристаллы. Но убийцей его никогда не считал.

И сейчас не считаю.

— Вы уверены в результатах проверки? — спросил я, стараясь говорить спокойно.

— Абсолютно, — кивнул Валгрен. — Демопсы не ошибаются. Более того, мы уже сравнили образцы крови жертвы и той, что найдена на обуви, они идентичны.

Я подошёл к окну, пытаясь собраться с мыслями.

— Когда это произошло? — уточнил я.

— Час назад. Мои люди действовали оперативно. Сейчас он даёт показания.

— И что он говорит?

Валгрен слегка нахмурился:

— Отрицает всё. Утверждает, что обувь украли, а потом подбросили. Но так бы сказал и убийца.

— Капитан, вы понимаете, что это может быть подставой? Я сам к нему первому пошёл просто потому, что у него имелся доступ к записывающим кристаллам. Это слишком очевидно. Он работает в моей академии уже больше тридцати лет. Я был ребёнком, а он уже служил здесь. Он знает каждый угол, каждый коридор, весь персонал. И он — удобная мишень.

Валгрен скрестил руки на груди:

— Понимаю. Вы отказываетесь принимать, что ваши работники способны на такое. Сначала вы выгораживали Яру Клейтон, теперь Клэнка Хорса. Но сейчас у нас есть доказательства. И вы ничего не можете с этим поделать.

— А вам так не терпится закрыть невиновного, вместо того чтобы качественно делать свою работу? — не сдержавшись выпалил я. Да, неправ. Надо было промолчать. Этим я лишь усугубляю положение и сильнее настраиваю служителей против себя.

Глаза капитана опасно сузились.

— Поосторожнее, ректор Дорре. Потому что я точно знаю, что доступ к кристаллам был и у вас. И в следующий раз я могу прийти за тем, чтобы закрыть вас.

И больше не произнеся ни слова, Валгрен развернулся и покинул мой кабинет. Я совершенно не понимал, что творится со мной, с моей академией. Такое ощущение, словно кто-то решил всё разрушить в один момент. И противно то, что я уже не был уверен, что могу что-то с этим сделать...