Несгибаемая Анора Раймор

Глава 1

Глава 1

Придя в себя, чувствую такую слабость, что даже не хватает сил открыть глаза, не говоря о чём-то большем.

Совсем рядом со мной раздаются всхлипывания. А потом откуда-то сбоку слышу грубый мужской голос:

– Эта? Да она же дохлая! Непонятно, выживет или нет! А другие женщины у вас есть?

В ответ раздаётся заискивающий голос, тоже мужской, но явно принадлежащий кому-то помоложе, возможно, подростку:

– Что вы! Откуда тут взяться женщинам?! Только эта и есть… Может, всё-таки заберёте? А вдруг её ещё вылечить можно?

– Нет уж! Она еле дышит, да и белая, как будто вот-вот окочурится. Если не помрёт, тогда вернёмся и заберём... Не хватало ещё деньги на неё переводить зазря!

– Как знаете, – раздаётся в ответе безразличное, но как будто угадывается едва заметное огорчение.

Слышу удаляющиеся шаги. Всхлипывания усиливаются, а потом переходят в горький детский плач. Тихий, отчаянный.

Мелькает мысль, что надо бы как-то подать знак, что я жива. Хотя бы открыть глаза или что-то сказать. Мысль мелькает, и я проваливаюсь в тяжёлый беспокойный сон.

Снится странное. Будто я – не я вовсе, а девушка Анора.

Словно со стороны наблюдаю, как она входит в лавку и видит отца на полу.

Во сне я почему-то знаю, что это именно отец.

Его тело застыло в неестественном положении. Вокруг головы алое пятно. Глаза распахнуты, но в них больше нет жизни. Анора отчаянно пытается растормошить его… Зовёт. Плачет… Но всё напрасно...

Кадр сменяется, и я вижу чёрный гроб, в котором лежит отец Аноры. Она сама рыдает у гроба, а рядом с ней плачет девочка лет семи – её сестра Литина. Вокруг них люди. Откуда-то знаю, что это родственники, которые вечно гостили в этом доме: две сестры отца и двоюродный брат. На их лицах нет скорби. Они тихонько переговариваются о каких-то своих делах и не выглядят хоть сколько-нибудь печальными. Скорее раздосадованными.

Входит незнакомый мужчина и объявляет, что господин Раймор вовремя не оплатил заём, поэтому всё его имущество забирается в счёт погашения долга. И что никто не имеет права ничего выносить из этого дома.

Родственники начинают гневно сыпать обвинениями и угрозами, но появившиеся мужчины крепкого телосложения выпроваживают и их, и Анору с сестрой на улицу.

Гроб выносят следом за девочками и водружают на конную повозку для погребальных церемоний, которая уже стоит у дверей.

За гробом сёстры идут вдвоём. Родственники же куда-то словно испаряются. На кладбище они тоже не появляются.

Когда девочки возвращаются домой, их не пускают дальше порога. В ответ на просьбу забрать вещи, показывают им какие-то бумаги, после чего закрывают дверь.

Они пытаются найти у кого-нибудь приюта, но их отовсюду выпроваживают. Родственники, до этого с удовольствием кормившиеся за чужой счёт, не пускают сироток даже на порог.

Девочки остаются на улице.

Денег Аноры хватает только на пирожок с картошкой, который они делят на двоих.

На этом мой кошмар обрывается.

Загнанно дыша от чувства безнадёжности, открываю глаза. Чувствую себя так, словно по мне проехал поезд. Слабость невероятная, тело взмокло от пота. Но наверное, после аварии это и нормально? Только странно, что я не в больнице, а на земле и надо мной каменная арка…

Неужели мне удалось выжить?!

Слышу радостный голос Литины:

– Анора! Сестричка! Ты пришла в себя!

Вижу её обрадованное измождённое личико с бороздками слёз. Она вскакивает:

– Ты, наверное, пить хочешь?! Я сейчас! – и убегает.

Девочка выглядит иначе нежели во сне: её роскошные длинные волосы безобразно обстрижены и свисают сосульками; вместо платьица рубаха с чужого плеча и мешковатые штаны. Грязная, исхудавшая, она мало напоминает розовощёкую малышку из моих видений. Видимо, ей пришлось очень тяжело.

Похоже, странный сон, в котором я – Анора, продолжается.

Может быть, я в коме, поэтому и снится странное? Если так, то надеюсь, мне всё-таки удастся выкарабкаться.

С трудом, но у меня получается повернуть голову в сторону, куда убежала девочка. Каменная арка над нами, скорее всего, мост, под ним течёт река, в которой отражаются налитые дождём свинцовые тучи.

Девочка убегает чуть ниже по течению и очень скоро возвращается, неся в ладошках воду. Добежав до меня, растерянно останавливается: