Неслучайная измена

Глава 1

— Малыш, мне так… жарко, — с придыханием произносит девушка. Ее темные волосы спадают на оголенную спину, когда она перебирается на колени моего мужа, сидящего на верхней полке в сауне. — Но я хочу, чтобы стало еще жарче, — бормочет ему прямо в губы, перед тем как впиться в них жадным поцелуем.

Я же стою на пороге, сжимаю онемевшими пальцами дверную ручку и смотрю прямо в глаза Игорю.

Он сразу увидел меня. Сразу… и даже не попытался отстраниться или отодвинуть от себя девицу, которая прямо на моих глазах сует ему язык в рот, трется о него, зарывается пальцами в его темно-русые и без того взлохмаченные волосы. Тихие стоны заполняют пространство вокруг, проникают в мой затуманенный шоком мозг.

Муж все это время предпочитает сидеть вразвалочку на полке, опираться спиной на стену и позволять пользоваться своим телом посторонней девушке. Никаких действий вообще не предпринимает. Лишь пристального взгляда от меня не отводит. Его пронзительные голубые, почти бесцветные глаза проникают мне прямо в душу. Оставляют в ней огромную дыру, из которой вытекают все эмоции.

Наверное, поэтому в данный момент я не чувствую ничего. Ни-че-го!

Складывается впечатление, что душа покинула тело. Мозг отключается, как и возможность соображать. А сердце… оно болит.

Да-а-а, остается только боль.

Режущая, испепеляющая. Не дающая нормально дышать. Лишь рваные выдохи срываются с губ. А вдохи… вроде бы их получается делать, иначе бы я уже отключилась, да?

Господи, да что это такое? Что со мной? Почему я просто стою, как истукан? Почему не ухожу или, наоборот, не захожу, чтобы вцепиться в космы брюнеточки, которая вовсю трется об моего мужа. Или может, лучше расцарапать лицо Игорю, цинично смотрящему на меня?

В глазах мужа буквально считывается вызов. Такое чувство, что Игоря забавляет моя растерянность, а мое присутствие его совсем не смущает. Глядя мне в глаза, он словно безмолвно говорит: «Ну давай же, сделай хоть что-то! Или кишка тонка?»

Не тонка! Не тонка же?

Судорожно втягиваю в себя воздух и…

— Девушка, а я вас везде ищу, — словно издалека до меня доносится запыхавшийся женский голос. — Вы, наверное, двери перепутали. Ваша сауна рядом. А это VIP-комната, — моего плеча касается что-то прохладное… пальцы?… вздрагиваю.

Прихожу в себя моментально. И тут же жалею об этом, ведь вместе со спавшим с меня ступором, тело словно огненной стрелой пронзает. Слезы застилают глаза, в груди вспыхивает агония такой силы, что я едва не складываюсь пополам. Тело слабеет. Нижняя губа начинает трястись.

Нет. Нет. Нет.

Только не это. Я не могу сейчас разрыдаться. Не могу…

Уж точно не перед девицей, которая сначала на секунду застывает, а потом отрывается от губ Игоря и оглядывается через плечо.

«А она миленькая», — мелькает в голове, когда мне удается рассмотреть покрасневшее лицо девушки.

Четко очерченные черты лица, длинные ресницы и пухлые губы, которые из-за поцелуя кажутся еще больше, чем есть на самом деле. Да и фигура худощавая.

Полная противоположность мне — блондинки с формами, которые сейчас прикрывает раздельный купальник и махровое полотенце. Единственное, что у нас схоже — это губы. У меня они тоже немаленькие.

Хотя это, наверное, не странно — Игорь помешан на женских губах. Сколько себя помню, мужа они всегда привлекали. Он любил их медленно целовать, смаковать. Часто просто прикасался, гладил. И конечно, ему нравилось наблюдать, когда я…

Господи, о чем я, черт побери, думаю? В ситуации, в которой я оказалась, оценивать любовницу моего мужа в сравнении с собой — это верх идиотизма. Не говоря уже о том, чтобы вспоминать об особой любви мужа к определенной части моего тела.

Наверное, мозг просто пытается защититься от суровой реальности. Да! Точно! По-другому просто быть не может. Я же никогда не была ни робкой, ни скромной. А сейчас словно к полу приросла и выставила себя посмешищем, судя по тому, что уголки губ приподнимаются не только у мужа, но и у его девицы.

— Девушка, вам нельзя тут быть. Пойдемте, — холодные пальцы смыкаются на моем запястье, после чего меня тянут назад.

Отступаю, скорее, на автомате, ведь совсем не понимаю, что делаю. Но уйти далеко мне не удается: голос Игоря, наполненный неестественной хрипотцой, быстро достигает меня:

— Ань, ты уверена, что хочешь уйти? — муж выпрямляет спину, при этом кладет ладони на ягодицы своей любовницы. Придерживает, чтобы она не упала? Или хочет нанести моему сердцу максимальный урон? Если последнее, то ему не нужно было ничего делать: следующие слова, слетевшие с губ мужа, вокруг которых размазалась красная помада, прекрасно справляются с этой задачей. — Может, присоединишься?