(не)случайная встреча

ГЛАВА 43 Арина

Мне хватило одно имени, чтоб девичье сердечко, забилось в учащённом ритме.
— Знаю, это болезненная тема. И не хотелось, бы поднимать её вновь. Но вы оба, мне дороги. Я, просто не могу видеть, как он страдает.
— Что с ним? — спросила, а у самой голос дрожит.
— Я не узнаю, его. Знаешь? Он постоянно винит себя за то, что сломал тебе жизнь. Много выпивает. Забросил работу.
Настя вздохнула в трубку, почти умоляя:
— Может, ты приедешь к нам, поговоришь с ним? Возможно, это поможет вам обоим… двигаться дальше. Я вижу, что он нуждается в этом разговоре.
— Хорошо, я сегодня приеду, — промолвила, наконец, стараясь говорить уверенно, хотя внутри бушевали эмоции.
— Спасибо, — Настя, кажется, облегчённо выдохнула. — Я знала, что ты не откажешь.

Попрощавшись, отложила гаджет в сторону. Обессиленно рухнула на пуховое одеяло. Прикрыла глаза, с трудом дыша.
Мы не виделись целую неделю. И, как теперь вести себя с ним не знаю. Ведь, несмотря, на то что мы родственники, любить его не перестала. Я пытаюсь, избавиться от этого чувства. Очень пытаюсь...
Теперь вновь предстать перед ним, но уже в роли его сестры, мучительно больно.

Мама, как раз была на кухне, когда, обернувшись заметила, меня собранной и с дорожной сумкой.
— Ты уже уезжаешь? — удивлённо спросила. Отпуск, ведь ещё не закончился?
— Мне нужно, вернуться раньше. Есть кое-какие дела?
Посвящать в свои планы не стала. Незачем, ей знать про этот свальный грех.
— Давай хотя бы позавтракай! — отобрав сумку из рук, усадила за стол. Возражать не стала.
— Я вернусь, как только улажу все дела, — уверенно пообещала, я мамуле. Ещё не зная, что очень поторопилась с общением.

Возвращение далось быстрее. Даже устать не успела. Уже находясь в своей квартире, сообщила Насте, что вернулась. Она так, обрадовалась, и буквально через пол часа уже во всю трезвонила в дверной звонок.
И, как только попала внутрь, кинулась мне на шею.
— Я так, соскучилась, — тараторила, эта неугомонная, крепко сжимая своими хрупкими ручонками.
Мне оставалось, лишь обнять в ответ, весело смеясь.

Она, много, чего рассказывала, про Ромку про их отношения. Но, как бы эгоистично это не звучало, мне было интересно лишь одно. Соколов Дмитрий Александрович! Мой несносный босс! Мой любимый мужчина! Мой брат!
Поняв, что именно я от неё жду, всё же поведала.
Оказывается, Дима дома не живёт. Обосновался в своем клубе. Ни с кем не общается. В офисе не появляется. Постоянно пьёт. Ромка, пытается его вразумить, но тщетно. Зная, какой он упёртый, я не удивлена. Теперь, вся надежда только на меня. По их мнению, я единственная, кто сможет вывести его из этого состояния.

Утром не теряя времени отправилась в клуб. Спросив, где могу хозяина отравилась к нему. И увидев его, спустя восемь дней ужаснулась.
Осунулся. Небритый. Сидел в кресле, откинув голову назад.
Прошла в комнату. Оглядываюсь. Кругом беспорядок. В воздухе летал мерзкий запах перегара. Открыла окно, впуская свежий воздух. Видимо поняв, что находится не один, зло рыкнул:
— Ромыч, я же говорил, чтоб ты перестал сюда таскаться. Проваливай!
— А вот и не уйду! — громко откликнулась.
Он резко, распахнул веки.
— Арина? — проговорил так, будто-то не верил своим глазам. — Что ты тут делаешь?
— Я? — удивлённо приподняла бровь. — Ответь лучше, что творишь ты? Что всё это значит? — обвела руками помещение. — Почему не появляешься в офисе? Забросил все дела? Сидишь тут словно в заточении?
Он не ответил сразу, просто смотрел на меня, как будто увидел призрак из прошлого. Его глаза, несмотря на усталость и хмель, всё ещё сохраняли тот же ледяной блеск, который меня всегда завораживал.
— Рина, не начинай, — устало вздохнул, потирая виски. — Я просто… беру паузу.
— Берёшь паузу, значит? — покачала головой, отходя от окна. — Ты взял не паузу, а бутылку, и похоже, далеко не одну.
Дима смолчал, отвёл взгляд и уставился на стену. Я не знала, как до него достучаться. Вот только сдаваться не собиралась. Больше всего меня тревожило, что он сам себя загнал в этот угол. Но мы были слишком близкими, чтобы я оставила его в беде.
— Знаешь, — тихо произнесла, я могу сидеть здесь весь день, если понадобится, вообще не уйду пока не придёшь в себя.

Пока говорила, он медленно перевёл на меня взгляд. Его глаза подернулись каким-то странным выражением — смесью удивления, нежности и, возможно, надежды.
Почувствовала, что небольшой прогресс всё-таки есть. В сердце забрезжила уверенность, что всё-таки удастся достучаться до него, вытащить из этой тьмы, в которую он себя вогнал.
— Дима пойми, нам нужно научиться жить с этой правдой. Да, понимаю, сделанного не изменить. Но мы можем попробовать начать сначала, как родные люди. И прекрати уже винить себя во всём. Это не твоя вина. Я САМА ЭТОГО ХОТЕЛА! ОЧЕНЬ! И не о чём не сожалею!
Взъерошил волосы на голове.
— Я очень, рад что ты пришла! — улыбнулся. — Спасибо!
— Это значит, что завтра тебя можно ждать на работе?
— Не совсем так? — загадочно ответил он.
— Дело в том…, — выдержав паузу добавил. Там теперь новый директор.
— Как? Кто? Неужели ты...?
— Успокойся! Я не продал компанию, просто переписал её на человека, который тоже имеет на неё право.
Недоуменно, уставилась на Соколова.
— Скажи, что это шутка?
—Увы, — пожал он плечами.
— Но, как? И главное зачем?
— После того, что мы пережили, нам сложно будет находится постоянно рядом. А так…, ты будешь руководить там. Я здесь. Встречаться нам не придется.
Тут, я с ним была полностью согласна. Не зачем, нам пересекаться. Как говориться: «С глаз долой из сердца вон».
— Хорошо! Давай попробуем! Но дай слово, вернуться в обычное русло?
— При одном условии! — прохрипел, не сводя, с меня взгляда.
— Что ты хочешь?
— Можно, я поцелую тебя на прощанье?
— Дима! — возмутилась я. Нельзя! Это неправильно!
— Пожалуйста! И больше ты меня не увидишь.
Как, же мне хотелось ещё раз ощутить вкус его губ. Вновь испытать, трепет от прикосновений. Знала, что нельзя. Это грех! Но, не могла отказать. Это было сильнее меня. Поэтому, еле заметно кивнула. И он, правильно истолковав знак, двинулся ко мне.
Его губы коснулись моих, нежно, робко, словно боясь спугнуть что-то хрупкое. Никакой страсти, никакого напора, только бережное прикосновение, прощальное касание. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Кровь ударила в голову, а ноги подкосились.
В какой-то миг мы не смогли сдержаться. Поцелуй становился всё более требовательным, глубоким. Дыхание сперло, колени начали дрожать. Опомнившись, отстранилась, тяжело дыша. В глазах Димы читалась все та же безнадежность, смешанная с отчаянной любовью.
— Прости, — прошептала я, отводя взгляд. — Так нельзя.
Развернувшись вышла из кабинета.