(не)случайная встреча

ГЛАВА 52 Дима

— Умоляю, дай мне адрес Арины. Мне необходимо с ней поговорить, объяснить… рассеять это глупое, нелепое недоразумение.
Настя, словно рентгеном, сканировала меня своим взглядом. Видимо взвешивая все за и против. Минута тянулась мучительно долго.
— Только дай слово, что не расстроишь ее. Врачи категорически запретили ей нервничать.
— Обещаю, — выпалил я, будто давал священную клятву.
Она достала телефон, ее пальцы молниеносно забегали по экрану, и мгновение спустя я получил от нее сообщение с адресом.
— Спасибо, — прошептал я, словно выдохнул последнюю надежду, и, прихрамывая, побрел к двери. Каждая секунда была на счету. Ехать нужно было сейчас.
— Куда это ты намылился? — окликнул Чиж, преграждая мне путь. — Не строй из себя героя. В таком состоянии садиться за руль смерти подобно. Доедешь лишь, до первого столба. Ты только-только начал нормально передвигаться. А дорога предстоит неблизкая. Давай я сам поведу, раз уж тебе так не терпится сорваться с места.
— Тогда, я с вами. Жуть как по Аришке соскучилась, — засуетилась Настя.

Путь оказалась действительно не близким. Как вообще можно по собственной воли жить в такой глуши? Это ведь не жизнь, а существование вдали от цивилизации. Здесь вместо привычного городского шума, лишь заунывный вой ветра и стрекот кузнечиков. Да и дороги... их здесь нет от слова совсем. О чём Арина думала, поселившись в какой-то лачуге. Да ещё и беременная. Случись, что сюда даже скорая не приедет. Глухомань на краю света.
Настя всю дорогу восхваляла здешние красоты, вызывая тем самым улыбку на нашем лице. Видно, у девчонок своя особенная связь с природой. Которую нам мужланам не понять.

Чиж молча крутил баранку, сосредоточенно объезжая выбоины, которых, казалось, становилось только больше с каждым километром. Я же, вцепившись в ручку двери, старался удержать в себе нервное напряжение. Что я ей скажу? Как объясню? Смогу ли убедить, что всё это – чудовищная ошибка?

Наконец впереди показался маленький деревянный домик с красной черепичной крышей и в тот самый момент навигатор оповещает, что маршрут закончен.
«Вот значит, где обосновалась моя беглянка? Мило!»
Выхожу из машины и подхожу к калитке. Тихонько открываю. Друзей попросил пока остаться. Нам нужно поговорить наедине.
Прохожу внутрь, и ступая по тропинке, выложенной из камней по обе стороны, от которой находятся клумбы с цветами, оглядываюсь. Небольшой дворик, усеянный зеленью.
Замечаю плетеное кресло-качалку на веранде и столик, на котором стоит недопитая чашка чая и раскрытая книга. «Значит, дома», — проносится в голове. Стук в дверь решаю отложить. Вместо этого обхожу дом и оказываюсь в небольшом саду.
И тут я её вижу. Она стоит спиной ко мне, в легком летнем платье, и что-то увлеченно сажает в землю.
Подходить не спешил. По пути сорвал веточку и играя ею во рту облокотился о стену стал просто наблюдать. Солнце играет в её волосах, заплетённых в небрежную косу. Кажется, она совсем не слышит. Или делает вид.
Собрав волю в кулак, решаю заговорить.
— И когда, ты собиралась, мне рассказать? — мягко озвучиваю свой вопрос, всё так же стоя на месте.

От звука моего голоса, она резко выпрямляется, отложив лопатку и отряхнув руки от земли, поворачивается. Вздрагивает, увидев меня.
В глазах — испуг, тут же сменяющиеся удивлением.
— Соколов? Ты... как ты меня нашёл? — шепчет она, и этот тихий голос, такой знакомый и родной, пронзает меня насквозь. Я отбрасываю веточку и делаю шаг вперёд, облокачиваясь на трость.

— Неважно. Главное я здесь и нам нужно серьёзно поговорить.

— О чём говорить? Всё уже сказано, — наконец произносит она, отводя взгляд. — Ты сделал свой выбор.

—Он мне не нужен. Я уверен в своих чувствах. В своей любви к тебе. Знаю, я совершил самую большую ошибку в своей жизни, прогнав тебя в тот день. И я пожалел об этом много раз. Мучался и страдал из-за своей глупой выходки. После операции у кровати я видел лишь силуэт, всё плыло от наркоза. Мне казалось. Нет я был уверен, что это ты. Боже, как я обрадовался в тот момент. Думал вот он шанс. Она дала мне его. Сама. Простила несмотря ни на что. Но очнувшись узнал… тебя не было. Тогда всё списал на обычные галлюцинации. Разыгравшуюся фантазию. Как оказалось, это была самая настоящая правда. Толька девушка, которой предназначались все слова, наблюдала со стороны. Извини, что не рассказал про Иру. Мне действительно казалось не значительным, и неважным. Не хотел даже грузить тебя этим.

Подхожу ближе, хватаю её руки, смотрю прямо в глаза.

Для меня существовала, существует и будет существовать лишь одна женщина. Та которая засела в моей голове, как заноза! Как любимая песня, которую крутят по радио нон-стоп! Та с которой я готов переживать всё: от мелкого дождика до бури и шторма! И знаешь почему? Потому что это – ТЫ! И я люблю тебя до чертиков! До луны и обратно! До последнего вздоха! И никакие силы этого не изменят!

Но если ты разлюбила… Если я тебе больше не нужен, только скажи…

Её глаза, полные слёз, метались по моему лицу, словно искали подвох. Я крепче сжал нежные руки, надеясь передать хоть толику той бури, что бушевала во мне. Тишина давила, и я уже готов был услышать самое страшное «нет», но она вдруг всхлипнула и опустила голову.

— Как же ты не понимаешь, дурак, — прошептала она, вытирая слёзы тыльной стороной ладони. — Я ведь тоже страдала. Думаешь, мне легко было уйти? Видеть тебя с другой, зная, что ты мой? Это было невыносимо.

Потом подняла взгляд, и в её глазах я увидел всю ту же любовь, что и раньше. Любовь, которая никуда не исчезла, несмотря на боль и обиду. Я притянул любимую к себе, утонул в родном запахе волос и почувствовал, как весь мир вокруг замер. Сейчас были только мы. И наша любовь. Такая сильная, что смогла пережить разлуку и непонимание.

***

Мы бы так и остались стоять посреди огорода утопая в каскаде поцелуев, если бы тишину не разрезали приближающиеся шаги.
— Кхм, кхм, — раздалось за спиной, — может, кто-нибудь соизволит объяснить, что тут происходит?