(не)случайная Заложница: Разменная Монета для Врага

Глава 1 "Фиктивный Брак"

Я стояла на балконе комнаты, обхватив себя руками, будто это могло защитить от холодного ветра, что налетал с моря. Ночь была ясной, звёзды мерцали над городом, как тысячи глаз, следящих за каждым моим движением. Внизу, у ворот особняка, мигали фонари охраны.

Рикардо, как всегда, проверял посты. Он делал это каждые два часа, даже если ничего не угрожало. Верный, молчаливый гигант. С детства он был рядом: отвозил в школу, стоял за дверью на моих днях рождения, молча подал платок, когда я плакала на похоронах мамы.

Мамы нет уже семь лет. Иногда я всё ещё жду, что она войдёт в мою комнату с чашкой травяного чая и скажет: «Джейн, милая, не позволяй им решать за тебя». Она вышла замуж за отца по любви, так говорили все. Даже мой отец, Винченцо, человек, который умеет скрывать чувства лучше, чем кто-либо, в редкие моменты слабости признавался, что Элена была единственной, кто мог заставить его улыбнуться искренне. А потом рак забрал её за считанные месяцы. С тех пор в доме стало тише. И строже.

Я поправила короткие каштановые волосы, выбившиеся из-под шпильки, и вошла в комнату. Я знала, что красива. Знала и немного гордилась этим, самовлюблённость, наверное, наследственная черта. Но красота в нашем мире, это одновременно щит и мишень.

Дверь тихо постучали. Не дожидаясь ответа, вошла София с подносом: тёплый ромашковый чай и пара свежих канноли, мои любимые.
– Синьорина Джейн, – она поставила поднос на прикроватный столик и посмотрела на меня с мягкой улыбкой.
– Вы опять не ужинали. Нельзя так.

– А что мне можно? – я слабо улыбнулась и села на край кровати.
– Спасибо, Софи.

София была не просто горничной. Ей двадцать восемь, всего на шесть лет старше меня, и за эти годы она стала чем-то вроде старшей сестры. Болтливая, добрая, с вечной привычкой поправлять мои волосы и говорить правду в глаза.
– Ваш отец просил передать, чтобы вы зашли к нему в кабинет завтра утром. Сказал, что дело важное.

Я кивнула, чувствуя, как внутри всё сжимается. Важное дело у отца никогда не бывает хорошим. Либо кто-то умер, либо кто-то должен умереть, либо… меня снова собираются использовать как пешку в большой игре.
– Софи, – я посмотрела на неё серьёзно.
– Ты слышала что-нибудь? О помолвке? О слиянии с семьёй Кардуччи?

Она замялась, опустила глаза.
– Слышала, синьорина. В кухне только об этом и говорят. Говорят, дон Лука Кардуччи… очень выгодная партия. Его территория, его связи…
– Выгодная, – повторила я тихо фыркнув.
– И опять никто не ждет моего согласия. Это несправедливо!

София подошла ближе и осторожно обняла меня за плечи. Слёзы обиды подкатывали к горлу.
– Вы – дочь дона. Вас редко будут о чем-то спрашивать… Но главное быть верной себе, и держать голову выше!

Я отстранилась, встала и подошла к окну. Внизу Рикардо закончил обход и теперь стоял под фонарём, скрестив руки на груди. Он поднял голову, будто почувствовал мой взгляд, и слегка кивнул. Я кивнула в ответ. Верный пёс семьи. Знает, что я не хочу этого брака, но ничего не скажет. Не его дело.

– Мама говорила, что вышла за папу по любви, – прошептала я, глядя в темноту.
– Почему мне нельзя того же?
София вздохнула, удрученно покачав головой. Я постоянно это спрашивала, а она постоянно отвечала.
– Потому что ваша мама была не из этого мира. А вы в самом центре. И дон Винченцо… он любит вас, синьорина. По-своему. Но он верит, что только сила и союзы могут вас защитить.

Я повернулась к ней.
– А если я не хочу такой защиты?
– Тогда вам придётся найти способ защитить себя самой.

София ушла, оставив меня наедине с чаем и мыслями. Я выпила ромашку, она всегда успокаивала, и легла в постель, но сон не шёл. В голове крутились обрывки разговоров, подслушанных за последние недели: «Кардуччи», «слияние», «Неаполь будет наш», «дочь – лучший залог мира».

Я знала Луку Кардуччи только по фотографиям и коротким видео на закрытых встречах. Высокий, тёмные волосы, идеальная улыбка, что не доходит до глаз, а мама всегда говорила, что это недобрый знак. Говорили, он обаятелен. Говорили, он жесток с врагами. Говорили, что после свадьбы наши семьи станут непобедимыми. Говорили-Говорили, а толку?

А я? Я стану женой человека, которого даже не видела вживую. Женой по расчёту. Матерью его наследников.

Я закрыла глаза и попыталась представить себе любовь. Настоящую. Ту, о которой шептались книги, которые я прятала под матрасом. Ту, от которой сердце бьётся быстрее. Где тебя выбирают просто потому, что не могут не выбрать.

Глупые и детские мечты!
Но я всё равно позволила себе помечтать ещё немного, прежде чем уснуть.

Утром отец ждал меня в своём кабинете. Огромном помещении с тёмным деревом, портретами предков и запахом дорогих сигар. Винченцо сидел за массивным столом, просматривая бумаги. Седеющие волосы аккуратно зачёсаны, костюм без единой складки. Он поднял глаза, те же карие, что и у меня, только в его взгляде не было ни капли сомнения.

– Садись, Джейн.
Я села напротив, сложив руки на коленях. Флегматично, как всегда в такие моменты. Не показывать страх. Не показывать слабость.
– Ты уже взрослая, – начал он без предисловий. – Прекрасный цветок, который я растил с любовью, вкладывая в него все свои надежды.

Я молчала.
– Лука Кардуччи согласен. Свадьба через три месяца. Это укрепит наши позиции. Объединит семьи, никто не посмеет бросить нам вызов.

– Я обязана это сделать? – тихо спросила я.
Он смотрел на меня очень долго.
– Ты – моя дочь. Ты сделаешь то, что нужно семье.

В его голосе не было злости, просто факт, не терпящий пререканий.
– Я видела его только на фото, папа.
– Увидишь вживую на помолвке. Через неделю.

Я опустила взгляд на свои руки. Маленькие, ухоженные. Такие беспомощные в этом мире.
– Мама вышла за тебя по любви, – сказала я почти шёпотом. Отец замер. Впервые за многие годы я увидела, как что-то дрогнуло в его лице.