Несмотря ни на что

Глава 53

После прибытия в Лондон прошло уже несколько дней. Гарри не терпелось уже увидеть Гермиону. За это время он ещё больше убедился, что по уши в неё влюблён. Днём и ночью все его мысли были только о ней. Поттер решил какое-то время не беспокоить свою любимую и дать ей побыть с родителями, тем более, они столько не виделись.

Буквально через несколько дней от Гермионы пришло письмо, где она сообщала, что очень счастлива и буквально на днях едет с родителями отдыхать. Так же она написала ему, что как только вернётся, то даст ему об этом знать, так как ей нужно с ним кое-что обсудить.

Это известие не очень обрадовало Гарри — ведь это означало, что ему опять придётся ждать. Здесь, в четырёх стенах, он просто изнывал от безделья и тоски. Ему даже поговорить было не с кем, кроме Кикимера, конечно, но эльф был ещё тот собеседник.

Гарри ничего другого не оставалось, как терпеливо ждать возвращение Гермионы и заодно продумать для неё оригинальное признание.

За окном уже который день лил дождь, и Поттер подумал, что родители Гермионы правильно сделали, что увезли её на отдых. Она как никто другой нуждалась в этом, ну и общение с родителями будет для неё нелишним. Гарри помнил, как при одном упоминании о её папе и маме её глаза тут же увлажнялись — она просто изводила себя чувством вины.

Сейчас, когда всё плохое было позади, Поттер во всех подробностях обдумывал свой самый главный разговор в своей жизни. Встречу Гарри запланировал на свой день рожденье, оно было уже не за горами, и Поттер был уверен, что Гермиона ни за что его не пропустит. Приглашение уже давно лежало в её почтовом ящике, дожидаясь возвращения Грейнджер.

Дни тянулись один за другим, Поттер старался немного отвлечься и перебирал хлам в многочисленных комнатах дома Блэков. Разглядывая старинные вещи, Гарри с большой теплотой вспоминал Сириуса, представляя, как из фамильного сервиза обедает он и его семья. Этим вечером Поттер тоже решил предаться этому занятию и разобрать коробки у себя на комоде.

«Я даже не представлял, что у Блэков столько интересных вещей просто лежат и пылятся на полках, — думал Гарри, выкладывая разные старинные предметы из коробки прямо на пол. — Я сейчас отберу самые интересные и отнесу их в одну комнату, она станет комнатой памятных вещей, — он был настроен серьёзно, тщательно подходя к этому делу. — Вот, например, этот кубок и значок старосты, разве им здесь место?»

Поттер старательно перебирал старинные книги, блокноты, выискивая среди них самые интересные. Ему казалось, что он соприкасается с чем-то старинным и испытывал какой-то внутренний трепет. Но это продолжалось недолго — до тех пор, пока Гарри неожиданно не вспомнил об Уизли. У него тут же пропало настроение и он просто бездумно стал перекладывать предметы с места на место.

«А ведь Гермиона была влюблена в этого гада и даже встречалась с ним. Хорошо, что сейчас между ними нет ничего общего, — рассуждал он. — Видимо, у них ещё до этого всё разладилось, раз в прошлом я и Гермиона признались друг другу в своих чувствах», — Гарри не без удовольствия стал вспоминать их тёплое прощание у портала, но стоило его памяти выдать ещё один факт, как его хорошее настроение тут же испарилось. Поттер вспомнил, как Рон не раз ему хвастался, что у них с Гермионой уже всё по-взрослому и от одной мысли, что эта мразь прикасалась к ней, его охватила невероятная злость, да такая сильная, что хрустальная ваза, которая была сейчас в его руке, разлетелась на мелкие кусочки. Звон стекла его немного отрезвил, и он стал собирать осколки с пола, пока их не увидел Кикимер. Домовик очень трепетно относится ко всему, что напоминает ему о семье, которой он верно служил столько лет, и каждую потерю он воспринимает как свою собственную. Выкинув осколки в корзину и тем самым избежав брюзжание эльфа, Гарри до сих пор не мог успокоиться:

«А что, если это на самом деле правда, и между Уизли и Гермионой действительно что-то было? — Поттер продолжал изводить себя разными домыслами. — Да этот недочеловек её ноготка не стоит, не то, что первой ночи!» — у него всё кипело от возмущения, стоило ему представить, как грязные руки этого подонка касались её кожи. Он всегда удивлялся, зачем Рон всё это рассказывает ему, ведь это было их личное. А теперь эта информация, которую он получил ещё в прошлом, не давала ему покоя.

«Ну и что с того, что право первой ночи было не у меня. Ведь от этого моё отношение к Гермионе не должно измениться! — стал он успокаивать сам себя. — Разве это настолько важно? Гораздо важнее, что теперь она любит меня и готова быть со мной», — ему очень хотелось убедить себя в этом, хотя глубоко внутри всем сердцем желал, чтобы этой ночи между Роном и Гермионой никогда не было.

Гарри даже не ожидал, что так будет ревновать к прошлому. Если бы не предательство семейства, которому он так доверял, возможно, такого и не было, но сейчас, когда рана от их преступления ещё не зажила, его реакция просто не могла быть другой.

Болезненно переживая тот факт, что его любимую что-то связывало с недостойным её человеком, он напрочь потерял интерес к вещам Блэков и обратно сложил их в коробку.

В этот момент Гарри услышал стук клюва по стеклу и очень обрадовался. Он подошёл к окну и, распахнув его, впустил птицу в комнату. Поттер быстро отвязал письмо и уже не мог скрывать своей радости — ведь оно было от Гермионы.

Она писала:

«Дорогой Гарри, спешу сообщить тебе, что я уже вернулась, и была очень рада получить твоё приглашение на твой день рожденье. Я непременно буду. Я и подарок тебе уже купила. Надеюсь, он тебе понравится.

У меня столько впечатлений от поездки, при встрече обо всём тебе расскажу.

Не забудь, мы должны обсудить с тобой очень важное дело.

Гермиона Грейнджер».

«Ну как я могу забыть, когда ты мне постоянно об этом напоминаешь», — усмехнулся Поттер и, положив письмо обратно в конверт, подошёл к столу и потянул на себя ящик. В этот момент он неожиданно получил удар в голову. Гарри был в недоумении и, подняв глаза, увидел взъерошенную птицу, о которой он успел позабыть — видимо, сова решила таким способом о себе напомнить.