Несносные дочери леди Элизабет 2

Глава 10

Когда двери за лейной Паулой закрылись, мы с Хэмондом вернулись в гостиную. Некоторое время мы молчали, каждый погружённый в свои мысли.

— Она... интересная женщина, — наконец произнесла я, тщательно подбирая слова.

— Да, — согласился Хэмонд с лёгким вздохом. — Паула всегда была яркой личностью. И у неё множество связей при дворе. Её поддержка может быть очень полезной для вас с дочерьми.

— Вы были близки? — спросила я, стараясь, чтобы вопрос прозвучал как можно более нейтрально.

Хэмонд помолчал, глядя на огонь в камине, прежде чем ответить:

— Когда-то... да. — Он повернулся ко мне с открытым, честным взглядом. — Но это было давно, Элизабет. Задолго до нашей встречи. И сейчас между нами лишь старая дружба, ничего больше.

Я кивнула, принимая его объяснение. В конце концов, у каждого из нас было прошлое. И если Хэмонд говорит, что между ним и лейной Паулой всё давно кончено, у меня нет причин не верить ему.

— Я думаю, нам стоит принять её приглашение, — сказала я. — Если герцогиня Мейрин действительно так влиятельна, как говорит лейна Паула, это будет хорошей возможностью для первого выхода в свет.

— Согласен, — кивнул Хэмонд. — Только... — он слегка замялся, — будь осторожна с Паулой. Она не всегда бывает искренней.

— Я догадалась, — улыбнулась я. — Не беспокойся, Хэмонд. При дворе Лавении я научилась распознавать истинные намерения за сладкими словами.

Он подошёл ко мне и мягко взял за руку, его глаза были серьёзны:

— Я знаю, что ты можешь постоять за себя, Элизабет. Но столица Сольтерры — новое место с новыми правилами. И я не хочу, чтобы тебе или твоим дочерям пришлось столкнуться с неприятностями из-за... моего прошлого.

— Мы справимся, — уверенно ответила я, сжимая его руку в ответ. — В конце концов, мы уже пережили куда более серьёзные испытания, чем светские интриги столичной львицы.

Хэмонд улыбнулся, и на его лице появилось выражение облегчения, словно с его плеч упал тяжёлый груз.

— Ты удивительная женщина, Элизабет, — тихо произнёс он. — Я каждый день благодарю судьбу за то, что она свела нас вместе, пусть даже при таких непростых обстоятельствах.

В этот момент с улицы донёсся звук подъезжающего экипажа и весёлые голоса — наши путешественники вернулись с прогулки.

Мы с Хэмондом вышли в холл как раз вовремя, чтобы увидеть, как в дом входят, смеясь, Амели, Лорен и, что самое удивительное, Роберт. Даже всегда серьёзный Говард улыбался, закрывая за ними дверь.

— Мама! Лейр Хэмонд! — воскликнула Амели, заметив нас. — Вы не представляете, какое чудесное приключение у нас было!

— Я вижу, вы все в прекрасном настроении, — заметила я, радуясь тому, что вижу своих дочерей счастливыми. — Что же произошло?

Амели, которая всё ещё пыталась подавить смех, прикрыла рот рукой и выдохнула:

— Не могу забыть его изумлённое и обиженное лицо!

Эта фраза вызвала новый взрыв смеха у всех, включая Роберта, который обычно старался сохранять сдержанность в нашем присутствии.

— О ком она говорит? — спросил Хэмонд, глядя на сына с удивлением и радостью одновременно.

Роберт, всё ещё улыбаясь, покачал головой:

— Мы встретили в Королевском парке моих старых знакомых из Академии. Один из них, Дариус Фелд, всегда любил прихвастнуть своими умениями. Особенно он гордился тем, что считался лучшим стрелком из арбалета на нашем курсе.

— И он, конечно же, не упустил случая напомнить об этом, — подхватила Лорен, снимая перчатки. — Заявил, что никто не может сравниться с ним в меткости, особенно в стрельбе по движущимся мишеням.

— Да, он всегда был самоуверенным ослом, — фыркнул Роберт, но без прежней неприязни, которую обычно проявлял в разговорах. — Когда он увидел меня, то сразу предложил пари. Стандартное испытание — шесть яблок на расстоянии пятидесяти шагов, подброшенных в воздух.

— И тут вмешалась Лорен, — гордо объявила Амели, бросив восхищённый взгляд на старшую сестру. — Она сказала: «Прежде чем спорить с лейром Вайлишем, может быть, стоит сначала потягаться со мной?»

— Видели бы вы его лицо! — воскликнул Роберт с искренним весельем. — Дариус был уверен, что это шутка. Но когда Лорен достала свой арбалет и приготовилась стрелять...

— Он сначала отказывался, — продолжила Лорен, и в её глазах блеснули озорные искорки. — Говорил, что не играет против женщин, что это ниже его достоинства. Но его друзья начали подначивать, и он согласился, хотя и с явной неохотой.

— И что же произошло? — спросил Хэмонд, уже догадываясь по их радостным лицам о результате состязания.

— Лорен поразила все шесть яблок, даже не напрягаясь, — с гордостью сказал Роберт. — А Дариус промахнулся дважды. И это лучший стрелок Академии! — Он покачал головой, словно до сих пор не мог в это поверить.

— Его лицо стало таким красным, словно он сам превратился в яблоко! — воскликнула Амели, и все снова рассмеялись.

— А его друзья, — добавил Говард, который до этого молча стоял у двери, — громче всех смеялись над его поражением. Особенно когда лейна Лорен предложила ему реванш с более сложными условиями.

Я не могла не улыбнуться, видя, как мои дочери, Роберт и даже Говард так легко и весело общаются друг с другом. Что-то изменилось во время их прогулки — холодность и настороженность, которые раньше были между ними, исчезли, уступив место чему-то похожему на дружбу.

— Хотя мне и приятно было видеть, как с Дариуса вся спесь слетела, — произнёс Роберт, и его лицо стало серьёзнее, — но должен предупредить: он очень мстительный человек. И такое унижение, особенно от женщины, он не стерпит. Будьте осторожны.

— И не с такими сталкивались, — уверенно ответила Амели, поправляя выбившуюся прядь волос. — Справимся, не беспокойся.

Я же почувствовала укол беспокойства. Последнее, что нам было нужно — это враги в новом для нас городе, особенно сейчас, когда мы только начинали входить в местное общество. Но, посмотрев на уверенные лица моих дочерей, я решила не говорить об этом вслух. День был долгим и странным, и портить его тревожными размышлениями не хотелось.