Неспящая красавица, или (не)подарок для короля

Не легенда - мечта!

– Принцесса, в жизни вы еще прекраснее, чем на старинных полотнах!

Теммер не сводил с меня восхищенных глаз.

Когда я вошла в нашу уединенную едальню, посетив туалетную комнату для важных гостей, он привстал и задержал дыхание, чтобы выразить свой восторг.

– Ваш лик так просветлел!

Еще бы. Я ведь не только руки там мыла.

– Герцог Безард, – я попыталась мило улыбнуться, – если можно, не надо так часто мне напоминать о моем… возрасте.

Я вздрогнула, вспомнив, что увидела в небольшом, мутном, местами заляпанном зеркале уборной.

Много разглядеть не удалось но лицо… лицо было взрослее, чем я его у себя помнила. И у глаз, о ужас, намечались морщинки! Если у моей семьи еще есть дворец, я запрусь в покоях и не выйду, пока не намажу на себя все крема, что удастся найти в хозяйстве.

– О! – смутился Теммер. – Я не подумал… простите.

– Сколько вам лет, герцог? – спросила я, присаживаясь напротив за стол, пока еще пустой.

– Двадцать четыре, – охотно ответил он.

– А мне сто шестнадцать, – вздохнула я, – и надо учиться с этим жить! Или снова заснуть, от всего безобразия подальше. И если вы будете постоянно мне напоминать, что я древность, лучше не будет.

– Вы не древность, Розмари, – горячо воскликнул Теммер, – вы легенда!

Позади зашебуршало и звякнуло.

– Вот, милейший, посмотрите на эту прекрасную девицу! – с жаром обратился герцог к вошедшему слуге с подносом. – Разве похожа она на древность?

Прислужник, рослый парнишка с рыжими волосами, торчащими в разные стороны и прыщавым лицом, поставил поднос на стол между нами и с готовностью уставился на меня. И вскорости вынес вердикт:

– Нет, господин, на древность не похожа. А если вы такое считаете, то совсем ума лишились. Я бы на такой красавице женился хоть сейчас, уж извиняйте.

– Так ведь и я! – поддержал парня Теммер. – Знаешь ли ты, кто перед тобой?

– Вы сказывали, что легенда какая-то, – откликнулся парнишка. – это имя или еще что?

– Это мечта! – твердо сказал герцог. – Сама спящая принцесса.

– Да какая ж она спящая! – рассмеялся парень, взглянув на Теммера как на дурачка. И я с ним была солидарна.

– Вон как зыркает, недобро. Вы уж простите, госпожа, что я на вас пялюсь.

Я только пожала плечами. И чтобы не ругаться нехорошими словами, не подобающими принцессе, принялась разглядывать поднос. Пища его заполняла простая, грубоватая, но до того аппетитная! Я глотнула слюну, борясь с желанием схватить за круглый бочок отварную картофелину. Она призывно торчала из глиняного горшочка, сочась маслицем. Клубень разварен был до мягкости, так что кожица лопнула, показывая мягкое, желтоватое, чуть крупинчатое…

Ох, крестьянская еда, но такая сейчас манящая!

Вот что значит сто лет голодухи.

– Ладно, иди уж, – разрешил парню Теммер, – неси напитки нам.

– Как скажете, господин!

Прислужник поспешно вышел.

– Простите, принцесса, – вздохнул герцог, оглядывая стол, – рацион тут весьма бедный. Хоть я, если честно, готов все пожрать и поднос облобызать, так оголодал.

– Полностью разделяю ваши чувства, герцог, – призналась я.

– Я бы так хотел, чтобы вы разделили все мои чувства, Розмари! – он коснулся моей руки.

Приятно, но без искры.

Не знаю, может ли у нас с ним что-то получиться, поживем-увидим.