Нестандартная любовь для мажора

17

В отделении полиции у турникета за стеклянной перегородкой сидел совсем юный дежурный со слегка растерянным выражением лица.

– Здрасьте! – заглянула Люба в окошко к дежурному. – К кому обращаться, если человека хотят отравить?

– К кому вы обычно обращались с этим делом? – заметно волнуясь, спросил дежурный.

– Что значит «обычно»? Я первый раз только. Это вы должны мне сказать, к кому мне нужно.

– Понимаете, я первый день здесь… – сказал дежурный.

– Так узнайте! – распорядилась Люба.

– Да, – кивнул дежурный. – Вы подождите.

Люба стояла у перегородки, наблюдая за дежурным, который набирал то один номер, то другой, что-то выслушивал от своих собеседников.

Люба снова заглянула в окошко.

– Ну что?

– Те, кто вам нужен, на выезде, – сообщил дежурный.

– Все, что ли, уехали?

– Да. Вы подождите.

Она ждала. Час, два. Опять спросила у дежурного:

– Долго ждать еще?

– Не знаю.

Дежурный снова позвонил куда-то, подозвал Любу, вручил ей лист бумаги и ручку.

– Пока заявление напишите.

Люба примостилась у подоконника. Она уже изложила в письменном виде все свои опасения и снова изнывала в ожидании. Снаружи послышался шум, громкие голоса, открылась входная дверь, и тихое помещение наполнилось людьми и их выкриками.

Первым быстро вошел добродушный, полноватый, но очень подвижный мужчина лет пятидесяти, за ним следовала субтильная интеллигентная старушка.

– Давай, ребята, аккуратненько! – распорядился мужчина.

Четверо крепких мужчин внесли холодильник, который еле протиснулся через дверной проем. Удивленный дежурный выглянул из окошка. Мужчины поставили свою крупногабаритную ношу, шумно обсуждая, как ее пронести через турникет.

– Холодильник купили? – поинтересовался дежурный.

– Вещдок, – весело пояснил полноватый мужчина. – Украли его!

– Как это? Кто?

Мужчина махнул в сторону старушки:

– Вот она, преступница!

– Как же она его украла? – изумился дежурный.

– Загадка, юный друг мой! Женщины – загадочные существа!

Вошел симпатичный оперативник, в одной руке которого была большая палка колбасы, а другой рукой он крепко держал упирающуюся девочку лет четырнадцати.

– О, колбаска, чайку попьем, – обрадовался полноватый весельчак.

– Не колбаска, а вещдок, – мрачно возразил оперативник. – Сам чуть не съел. С утра голодный. Самое трудное задание в моей жизни.

– О, Лиля! – веселый мужчина узнал девочку. – Тебя что, дома не кормят?

Дежурный показал Любе на веселого мужчину.

– Вам к нему. Это следователь, – и обратился уже к самому следователю:

– К вам тут девушка.

– Еще девушка! Да я сегодня прямо в цветнике! – жизнерадостно воскликнул тот.

Люба протянула свое заявление.

– Что у вас? – спросил следователь, принимая документ.

– Заявление об отравлении.

Следователь бегло просмотрел заявление, поглядывая на мужчин, которые подняли холодильник над турникетом.

– Осторожнее, разобьете, – предупредил он мужчин и мимоходом поинтересовался у Любы, внимательно наблюдая за сложным маневром:

– А где труп?

– Какой труп? – не поняла Люба.

Следователь заглянул в заявление.

– Вот. Громовой Елены Вадимовны.

– Труп? Который час?

Люба посмотрела на часы на руке следователя и выбежала на улицу.

– Стой! Куда? – крикнул ей следователь.

Холодильник опасно накренился.

– Осторожнее, говорю!

И следователь, забыв про непонятную заявительницу, бросился спасать вещдок.

Люба бежала, наталкиваясь на прохожих, не замечая их. В ушах звучал вопрос следователя «Где труп? Громовой Елены Вадимовны».