Несвятая инквизиция

ГЛАВА 8. Передышка

Сразу с места необъяснимого исчезновения проклятых четвертого ранга пострадавших отвезли в госпиталь. Машина врачевателей не смогла вместить всех, поэтому заботой об оставшихся раненых пришлось заниматься Золтону. И ведьмам, которые еще были в состоянии стоять на ногах.

Эвка не могла ничем помочь, поэтому сидела в хвосте салона, привалившись головой к холодному стеклу, и рассеянно наблюдала за тем, как горожане рассаживаются по местам.

Тех, кто не мог идти самостоятельно, в автобус вносили Золтон и Ашер.

Когда был загружен последний потерпевший, рядом с Эвкой тяжело опустилась Вельва. Лицо ее было залито кровью из сильно рассеченного лба. Руки мелко подрагивали.

— Как думаешь, они насовсем пропали? — спросила она.

— Ммм? Четвертые? — Эвка вспомнила тот странный разговор с главным инквизитором о пропавших проклятых и угукнула, стараясь не шевелиться без особой необходимости, так голова болела меньше. — Думаю, да. Такое уже происходило.

— Правда? — Вельва подобралась. Это известие ее совсем не обрадовало. Трудно было спокойно думать о том, что где-то могли затаиться неусмиренные проклятые.

— Ага… И мне нужно будет вам кое-что рассказать, так что передай, пожалуйста, девочкам, что мы должны поговорить перед тем, как будем писать отчеты.

Вельва понятливо кивнула.

Эвка закрыла глаза, погружаясь в болезненную полудрему. Так она провела все время поездки, которая была очень долгой и аккуратной.

Золтон, понимая, что везет раненых людей, вел очень осторожно, снизив скорость до допустимого минимума.

Госпиталь представлял собой длинное трехэтажное здание из красного кирпича. Когда-то это была городская управа, но со временем город вытянулся и разросся, центр сместился чуть южнее, и управа переехала. Постройку же отдали под специальный госпиталь, в котором принимали ведьм, инквизиторов и магов, а порой и стражников, получавших серьезные ранения магического характера. Горожане в эти стены попадали редко, но в этот раз в большой гулкий холл с высокими потолками и барельефом, представлявшим городскую карту старого типа во всю стену, набилась целая группа перепуганных и раненых людей.

Медицинский персонал засуетился.

Эвка тихонечко стояла у стены, прижимаясь лбом к холодному камню в районе западной набережной, и ждала своей очереди. Она рассчитывала, что ее привычно быстро осмотрят, дадут таблетку от головы и мазь от ожогов — таблетку она всегда выпивала, мазь никогда не брала, потому что в общежитии у нее была баночка со средством получше — и отпустят.

Но ей выделили палату и оставили на сутки под наблюдением из-за обнаруженных нарушений в организме после насильно прерванного усмирения.

Поэтому собрались ведьмы вокруг койки, на которой лежала Эвка, уже переодетая в казенную пижаму. Сами девушки сняли огнеупорную одежду еще в автобусе и по госпиталю ходили в поддетых под куртки спортивных костюмах. С символом ведьмовского отдела на груди…

Палату Эвке предстояло делить с одной из пострадавших горожанок. Женщина весьма преклонного возраста получила несколько серьезных ожогов и тоже была оставлена на ночь, чтобы она точно выполнила все предписания и чтобы утром врачеватели могли проверить потенциал заживления.

Женщина с трудом, но все же согласилась провести ночь в одной палате с Эвкой. Одну ведьму она еще могла стерпеть, но когда в небольшую палату их набилась целая стая, женщина не выдержала и, пошатываясь, выбежала в коридор.

— Так даже лучше, — с облегчением улыбнулась Эвка. — А то я боялась, что не получится ее выпроводить.

В том, что ведьм повсеместно ненавидели и боялись, было слишком много минусов, но порой вот такая демонстративная неприязнь была очень кстати.

— Вот это ты… пятнистая, — с восторгом выдохнула Магда, внимательно рассматривая лицо ведовки. Поверх едва поблекших и еще не сошедших следов, оставленных третьим рангом, уже краснели новые, свежие и яркие ожоги.

— В общежитие в ближайшее время тебе путь заказан. — вздохнула Хифа. — Комендантша тебя до смерти залечит, если поймает.

— Прекратите ее пугать. — велела Руфь.

Девушки посерьезнели. Вельва выглянула в коридор, проверила, что их никто не подслушивает, и аккуратно положила на пороге плетеный оберег, защищавший от чужого любопытства.

— Так что ты хотела нам рассказать? — спросила Магда. Она забралась с ногами на койку, потеснив Эвку. В изножье устроилась Хифа, теребившая тугие бинты на пальцах — она перестаралась с паутиной, из-за чего пострадала, когда четвертый ранг начал вырываться. Собственная магия рассекла ей пальцы до кости.

Вельва робко прижалась к боку Эвки, положив голову ей на плечо.

— Хочешь, я пошепчу, чтобы тебе стало полегче?

— Со мной всё хорошо. — улыбнулась Эвка. — Просто врачеватели здесь паникеры и перестраховщики.

— Если бы ты себя видела со стороны, так бы не говорила. — Руфь продолжала стоять, возвышаясь над ведьмами, скрестив руки на груди. — Натуральная неупокойница. Только рябая.

— Я вас не затем звала, чтобы вы мою внешность критиковали. — обиделась Эвка, но рассказывать начала.

Всех потрясла новость, что этот четвертый ранг оказался крепче третьего. Хифа с Вельвой переглянулись, пытаясь вспомнить, отличались ли ощущения от проклятых, бьющихся в их паутине. Но прошло слишком много времени, чтобы они могли их сравнить.